Тот самый перевал - Павел Сергеевич Почикаев

Визгливый крик проводника выдавал его испуг. Шаркхомбо испытывали религиозный страх перед Восточным Арселем, поэтому поведение деревенского жителя не удивило Маркуса. Куда в большей степени его напугало пистолетное дуло, прыгающее в дрожащих руках шаркхомбо, он же совершенно не осознаёт, что делает, он пальнёт и не заметит, что спустил курок. Несколько мгновений ствол описывал опасные круги в направлении Маркуса, но затем, впервые за время их встречи, Алмаз протянул ладонь и выхватил из пальцев проводника оружие.

– Тенцинг, – он резко осадил проводника, призвав того к молчанию, – иди помоги Аппе. Поднимать лишний шум нам ни к чему.

Сразу сникший шаркхомбо пошёл в сторону навеса, где Аппа продолжал извлекать из ящиков арсенал и готовить его к предстоящей охоте. Алмаз прокрутил на пальце пистолет и презрительно отложил его на дальнюю сторону ящика, на котором сидел. Видимо, оружие старого Джахира совершенно не произвело на него впечатления.

– Вы всегда берёте с собой пистолеты, когда направляетесь в горы, господин Фломель? Вы не указывали этого в своих дневниках.

Маркус решил проигнорировать вопрос, хотя охотник и дал ему тонкую ниточку подсказки, связывавшую его с расследованием охотника.

– Молчите? Ну-ну… Зачем вы тогда взяли с собой пистолет сегодня? Именно в тот день, когда на седловине должны были находиться мы. Против кого вы хотели его использовать? – Алмаз забавлялся, играл с беспомощной жертвой, пока его подручные готовили орудия смерти.

– Так может расскажите о причинах своей благодарности? – Упрямо повторил Маркус свой вопрос. Становилось холодно. Он сидел в промокших штанах на жёстких камнях и чувствовал, что в скором времени станет дрожать.

Алмаз ответил ему долгим взглядом, со стороны могло показаться, что они вдвоём играют в гляделки, на заднем плане хлопала холстовина и щёлкали механизмы собираемых арбалетов.

– А почему бы и нет. – Снисходительно произнёс Алмаз и поднял термос, лежащий у него на коленях. – Тем более о происходящем здесь будет знать лишь очень узкий круг людей, а свидетелей с большой долей вероятности нам придётся устранить.

Он отвинтил крышку, вдавил кнопку, стал наливать себе густой напиток. Запахло какао…

И только спустя секунду до Маркуса дошёл смысл фразы охотника. Алмаз говорил об убийстве, как о чём-то самом обыденном, сладкий запах какао никак не соответствовал жестокости сказанных слов.

– Устранить? – Переспросил Маркус. Он прекрасно осознавал, что является самым нежеланным свидетелем из всех возможных. Сразу возникал вопрос о том, почему ему тогда до сих пор сохранили жизнь, но размышлять над ним не было времени. Мысль о столь открытом признании в намерении его убийства расшатала под ним остатки твёрдой почвы, за которую он из последних сил старался удержаться.

– Во избежание лишнего шума. – Алмаз отхлебнул какао, и Маркус заметил коричневую струйку, выбежавшую из уголка его рта. – Я работаю на сильных покровителей, и они готовы платить большие деньги за то, чтобы работа была выполнена без проблем и неудобных вопросов. То, что я вам расскажу, вполне возможно, стало бы бестселлером в тех кругах, в которых вы привыкли вращаться, господин Фломель. Но эта история так и останется ненапечатанной.

– Но… но будет расследование, о моём отсутствии известно друзьям и родным. Это не получится замолчать… – Маркус отчаянно старался придать своим словам вескости и значимости. Больше всего его пугала перспектива того, что никто из его знакомых может и не узнать, что именно с ним приключилось.

Алмаз сделал глоток и вновь вдавил кнопку на термосе.

– Подумайте сами: вы часто путешествуете в одиночестве, ходите в горы, забираетесь как можно дальше от цивилизации, мало ли что с вами может приключиться на маршруте. Особенно зимой. Не заметили расщелину, ударились головой, сломали ногу, отморозили пальцы… – Последнее охотник подчеркнул отдельно и поднёс к губам новую порцию какао.

Маркуса, как в трясину, затягивало в предположения Алмаза. Тот говорил вполне справедливые речи, и в данном случае репутация соло-путешественника, которой он всячески гордился, играла против Маркуса. Кто станет удивляться тому, что он отправился в горы? Кто будет видеть что-то иное в несчастном случае?

– К тому же в горах нередко происходят инциденты разной степени тяжести. С этим приходится мириться, это постоянная головная боль для губернаторов горных районов, но Пемба Рита достаточно опытный человек…

Пемба Рита… Всплывшее имя было знакомо Маркусу, но судорожно пытался вспомнить, кому оно принадлежало. Перед мысленных взором проходили жители Ло-Мантанга, люди из приюта, водители, работники аэропорта… Аэропорта…

– Видимо, вы удивлены, и такой поворот сбивает вас с толку. – Алмаз со скучающим видом тянул какао. – Но Пемба Рита стал первым человеком, который встретился с Гуари и остался жив.

Маркус вспомнил: местный аэропорт носил имя Пембы Рита, а сам он был скалолазом, чья карьера закончилась трагедией. Маркус никогда не углублялся в его историю, он довольствовался лишь поверхностными фактами, но сейчас перед ним вырисовывалась картина, отличная от привычного положения вещей. Если Пемба Рита встречался с Гуари, то не стал ли житель перевала причиной его травмы?

Словно прочитал его мысли, Алмаз продолжил свой рассказ:

– Гуари сбросило молодого Пембу со скальной стенки, поэтому он стал калекой и вынужден был завязать с горами. Но он никому не рассказал, что конкретно произошло с ним, шакрхомбо обязательно заклеймили его проклятием и ему никогда бы не удалось занять столь высокий пост. Он очень долго хранил свой секрет и поделился им только со мной всего пару недель назад.

События стремительно набирали ход, а Маркус не успевал за ними. Национальный герой Умптекских гор, столько сделавший для местных жителей пострадал вовсе не в результате несчастного случая. Самый уважаемый и известный человек горного массива на самом деле обманщик, готовый в случае чего закрыть глаза на «несчастный случай» с одним писателем.

При иных обстоятельствах Маркус подивился, сколь увлекательно ведёт повествование охотник, он буквально не мог оторваться от захватывающей истории, героем которой он внезапно стал.

– Я давно подозревал, что в этих горах происходит нечто необычное. Необычное для прочих, мне же было вполне очевидно, что здесь водится зверь, и я стал собирать информацию. Подобные сообщения часто встречаются по всему свету, у каждого народа свои легенды и трактовки, но суть от этого не меняется, правда, Умптекские горы чаще прочих фигурировали в источниках. Сведения ненадёжных очевидцев, отчёты поисковых групп, впечатления побывавших здесь туристов – всё это везде одинаково, но здесь помимо прочего имелись ещё и представители религии Бон, которые испытывали неописуемые страхи перед некоторыми вершинами. У страха всегда есть причина, пусть даже с годами она могла и позабыться. А потом мне на