Тот самый перевал - Павел Сергеевич Почикаев

не имело смысла, поэтому Маркус промолчал и опустился на стул возле южного окна. От него не укрылось, что за прошедшую ночь хромота старика обострилась, Джахир вынужден был прибегнуть к помощи трости, хотя, скорее всего, считал это оскорблением своего звания горного проводника. Но всем рано или поздно приходится идти на уступки.

Джахир принёс ему непомерно большую порцию каши, которую Маркус ни за что не сумел бы запихать внутрь себя, даже если бы был голоден. Он уныло возил ложкой по стенкам тарелки, буквально заставляя себя глотать вязкую субстанцию. Сосредоточенными мыслями он уже находился в дороге, припоминая подробности своего прошлого похода к Восточному Арселю. Солнце уже начало свой подъём, тени, заполнявшие дно долины, постепенно смещались, пурга улеглась, снаружи всё дышало чистотой и свежестью.

Напуганный старик недвижно стоял возле окна, они оба молчали, возможно, не хотели тревожить тишину, возможно, от того, что вчера вечером успели сказать слишком много. Маркус более не мог изображать усердие в поедании каши, он отпил большой глоток свежезаваренного чая и поспешил в свою комнату за умывальными принадлежностями.

Наспех умывшись и ограничившись лишь чисткой зубов, он вернулся в свою комнату – следовало собрать рюкзак и приготовиться к выходу. Идти он собирался налегке, большую часть вещей оставив в «Последнем километре» и с собой прихватив лишь необходимый минимум и небольшой перекус, приготовленный Джахиром.

Он не решился сразу надеть пистолет, а потому засунул его в боковое отделение рюкзака, наверное, ему всё же придётся нацепить на себя кобуру, но сделает он это только у подножия перевала. Не хватало ещё, чтобы эта тяжеленная штуковина билась о его ноги на протяжении всего перехода через долину.

Оставленные в комнате вещи выполняли роль якоря, привязывающего его к «Последнему километру». Маркус надеялся вернуться в приют. Может быть, билет он действительно купил в один конец, но собирался это исправить по своему возвращению. Как немногого он хотел, и каких трудов ему стоило правильное решение.

Ключ от комнаты он оставил на стойке. Далее прошёл в гостиную и собрал со стола приготовленный для него перекус.

– Они только что проехали. – Сообщил Джахир.

Не было нужды уточнять, кто именно и куда они направлялись.

Путешественник и шаркхомбо, как пара закадычных друзей, вышли в коридор. Маркус стал натягивать на себя шапку, потом спрятал руки в специальных перчатках и принялся щёлкать крепёжными механизмами трекинговой палки, подгоняя её под нужную длину. Он забросил на плечи небывало лёгкий рюкзак, застегнул поясной ремень и обернулся к ожидающему Джахиру.

– Пусть дух перевала окажется на нашей стороне! – Старое пожелание народа шаркхомбо прозвучало верным напутствием. Они вновь обменялись крепким рукопожатием. А затем Маркус вышел на скальный уступ.

Его мигом окружила кристальная свежесть. Прозрачный, чистейший воздух раздвигал границы зрения, и его стопроцентный взгляд постигал километры открывающегося пространства. Первым делом он посмотрел на юг, но не увидел никакого движения или блеска фар, внедорожник успел отъехать на порядочное расстояние, и ему нужно было выдвигаться следом.

Морозный воздух кусал кожу возле глаз, чистое небо не предвещало снегопада, но наводило на мысль о безжалостном холоде. Неподвижный воздух скрывал в себе секрет отрицательных температур, и наедине с ним Маркусу предстояло провести порядочное количество часов. До той поры, пока ему не представится возможность встретиться с кем-то ещё.

Он спустился по лесенке и сразу с места взял довольно приличную скорость. Тренированным мышцам не требовалось долгой раскачки, чтобы войти в привычный ритм. Наконечник палки погружался в снежный покров, оставляя за ним цепочку круглых отметин.

Хорошо запомнившегося ему ветра не было и в помине. Маркус шёл в одиночестве по обширной долине и не замечал никакого постороннего движения внутри неё. Если бы он не знал о том, кто сидит в приметном красном внедорожнике и с какой целью те прибыли в эти места, ему бы оставалось только радоваться нетронутыми видами и зрелищам пробуждающейся природы. Всю идиллию портили параллельные следы протекторов, продавившие в снегу характерный узор и становившиеся всё более отчётливыми по мере продвижения солнца, двигавшегося по левую руку от Маркуса.

Навигатор болтался на левой лямке его рюкзака, хотя в нём совершенно не было нужды. Его путь представлял собой прямую, упиравшуюся непосредственно в подножье нужного ему перевала.

Наконец, снежное однообразие впереди нарушилось ярко-красный цветом. Всё больше деталей открывалось на припаркованном джипе, солнце отражалось в зеркалах заднего вида, причудливым горбом вырисовывался багажный отсек, размещённый на крыше, обтекаемый силуэт казался чуждым здешнему пейзажу. Две минуты Маркус наблюдал за машиной, но не заметил вокруг неё никаких шевелений, кто бы не прибыл в ней сюда, они уже покинули автомобиль и приступили к штурму перевала. Чуть прищурившись, Маркус стал вглядываться в уходящий к седловине горный склон, но не заметил идущих по нему людей. Должно быть они опередили его намного сильнее, чем он предполагал.

Последний участок долины он преодолел с максимально возможной скоростью, он всё время ощущал себя слишком заметным, как будто пересекал огромную тарелку, параллельно с этим гадая, не является ли он предметом пристального внимания? У сидящих сверху в данном случае было неоспоримое преимущество, делающее его крайне уязвимым.

С излишней осторожностью он подбирался к пустой машине: Джахир сообщил ему, что за Алмазом всегда следует огромный темнокожий детина, а в деревне они обзавелись услугами проводника, теоретически никого из этой троицы не могло остаться в джипе, но вдруг охотник решил увеличить свою свиту и прихватить дополнительного шаркхомбо, чтобы тот сторожил машину?

Никаких лишних личностей в машине обнаружено не было, поэтому Маркус ограничился лишь беглым осмотром места парковки. Далее склон начинал приобретать крутизну, к тому же гораздо чаще попадались обширные каменные нагромождения, справиться с которыми джипу было уже не под силу. Из него выжали максимум, а потом оставили на последнем относительно ровном участке.

Три пары следов вели в сторону склона, постепенно сливаясь в одну тонкую тропинку. Маркус двинулся было по ней, когда его голову посетила странная идея: а что если расстрелять джип, вывести его из строя? Но при здравом рассуждении он тут же отмёл это предложение: во-первых, он боялся истратить весь свой боезапас, а во-вторых, стрельба раньше времени предупредила бы ушедших на перевал о его присутствии, лишив его появление внезапности, и в-третьих, не стоило забывать про риск лавины. Маркус оценил снежную обстановку на склоне, с одной стороны он не видел явных признаков опасности, с другой – не был экспертом по этим вопросам, и попросту не знал, на что следует обращать внимание.

Он ещё боролся с искушением пробить шины