Красные листья. Восточный альманах. Выпуск восьмой - Нгуен Динь Тхи

Пошли к омде. Прежде чем Гульбан кончил объяснять, зачем они явились, омда, которому тема разговора была явно неприятна, сказал как отрезал:

— Напиши мне жалобу, и я разберусь в ней официальным порядком.

— Жалобу на кого? — не понял Гульбан.

— Не важно, на кого угодно, а я ею займусь.

Побывали они и у начальника полицейского участка. Тот подпер щеку ладонью, прикрыл глаза, положил вытянутые ноги на соседний стул и заверил рабочих, что им не следует волноваться: Египет переживает золотой век свободы и безопасности. Потом спросил Гульбана:

— Ты умеешь читать?

— Нет, бей, умею только писать свое имя.

— Жаль.

— Почему, бей?

— Из тебя вышел бы хороший сочинитель. Все, что ты рассказываешь, сказка. И никакого ад-Дабиша не было.

— Но вы же, бей, сами приезжали к нам в деревню расследовать историю ад-Дабиша!

— Я действительно приезжал. Но откуда ты знаешь, для чего? Если каждый будет совать свой нос в государственные дела, то как же поддерживать порядок?

И, обращаясь ко всем, заключил:

— Идите по домам. А тот, кто хочет говорить об ад-Дабише, сначала должен доказать, что на свете когда-нибудь существовал человек с таким именем.

ДЕЛО АД-ДАБИША МОЖЕТ СТАТЬ ВЫГОДНЫМ ПОМЕЩЕНИЕМ КАПИТАЛА

Мы приближаемся к концу нашей повести, который так и не стал счастливым. Но она еще не завершена. Разыгрываются последние акты. Вопрос, который все еще остается без ответа: кто убил ад-Дабиша? Врач? Офицер? Председатель деревенского совета? Свидетели, показания которых не стоят и горсти пыли? Американская мечта, пришедшая из-за океана? Рай, который привезет с собой на поезде высокий гость, единственный в мире человек, способный решить проблему Ближнего Востока! После его визита Египет целое столетие не будет знать войн, не будет иметь нужды в армии. Каир превратится в город голубой мечты, в Александрии вырастут горы муки высшего качества, Порт-Саид будет завален телевизорами, автомашинами, магнитофонами, холодильниками и стиральными машинами. В центре Исмаилии встанет лес из радио- и радарных установок, обеспечивающих прямую связь с Иерусалимом и Тель-Авивом, а по европейским кварталам будут бродить солдаты в зеленых мундирах. Живые арабские короли нахлынут в Суэц и в другие города.

Рабочие долго думали, кому подать жалобу. Пошли к деревенскому писцу, который составлял все прошения и жалобы. Положили перед ним на стол пять шиллингов[27].

— Чего вы хотите, ребята?

Не поверил своим ушам, переспросил удивленно:

— Коллективная жалоба? На кого?

Они сначала смешались, потом заговорили все разом, путаясь в словах. Писец с трудом понимал их бестолковую, горячую речь.

Ад-Дабиш не существовал! Анекдот! Только нас он не смешит. У него не было свидетельства о рождении! Да разве мать ад-Дабиша, торговка горохом на мельнице, могла дать взятку санитару, сторожу в доме омды, писарю или сама пойти в Этай аль-Баруд, чтобы выправить свидетельство о рождении? А когда он женился на Судфе, той было едва десять лет. Брак был заключен устно, маазун не зарегистрировал его в своих книгах, удовлетворился присутствием свидетелей. А кто может это доказать? И когда появились трое детей, их тоже не зарегистрировали. Все равно, у ад-Дабиша не было продовольственной карточки, и даже имей дети свидетельство о рождении, он не смог бы получать на них ни сахар, ни чай, ни масло. А в армию ад-Дабиша не призывали потому, что у него не было удостоверения личности. Он пошел его получать и узнал, что для этого требуется свидетельство о рождении, а где он его возьмет? Он несколько раз ходил в социальный центр, но все без толку. Сам над собой смеялся, говорил, анекдот какой-то, у правительства нигде не записано мое имя. Считал, что ему не повезло, оттого что его не могут призвать: если бы ушел в армию, выбрался бы из ад-Дахрийи. Ему предлагали ехать в Каир, в комитет по мобилизации и там подтвердить свою личность. Но у него только и было, что медное обручальное кольцо, которое он носил в нагрудном кармане. А то, что о нем говорят, — выдумки и неправда.

Теперь о помощи. Спрашивается, почему схватили одного ад-Дабиша? У богачей дома ломятся от продуктов, некоторые получали их по десять раз, и ничего. А тот, который донес на ад-Дабиша, сам получил семь раз и хвастался, что только скромность не позволяет ему взять больше. Рассказывают, что в доме ад-Дабиша нашли оружие, револьверы, кинжалы и ножи. Но всякий знает, что если бы у него было оружие, он перерезал бы тех, кто его схватил. А вернее всего, продал бы его, чтобы накормить детей. И по какому праву его арестовали? Говорят, в стране существует ясный закон: никто, даже офицер полиции, не имеет права арестовывать человека без письменного разрешения прокуратуры. Самое большее, что могут сделать, — посадить на несколько часов под замок. Когда в ад-Дахрийе узнали, что ад-Дабиша отправили в участок, люди даже не поняли, что это арест. Он и сам этого не понял. Кто знает, что на свете существует прокуратура? Просто все боятся полиции.

В этом месте их прервал незнакомый голос, повернувший весь разговор в неожиданную сторону. В лицо все знали говорившего, это был юноша из их деревни, учившийся в Александрии. Но сейчас смотрели на него так, словно видели в первый раз.

— Надо возбудить судебное дело.

Рабочие согласно закивали головами. Юноша рассказал им об эре справедливости и законности, о ликвидации нищеты и наступлении всеобщего благоденствия и настоятельно посоветовал обратиться к помощи судебных органов. Гульбан горячо поддержал идею.

— Только для этого требуются деньги, — заметил юноша.

— Сколько?

— Фунтов пятьдесят на первый случай: гербовый сбор, оформление документов, залог.

Гульбан решил, что образованный юноша шутит. Соглашаясь на его предложение, он воображал, что требуемая сумма будет исчисляться в пиастрах — расходы на поездку в Этай аль-Баруд и обратно.

— Пятьдесят фунтов?!

— А потом потребуется еще сто.

— Что за слова ты говоришь? Детям ад-Дабиша нечего есть, в доме ни миллима, и мы все чистехоньки…

Образованный юноша, энергично взмахнув рукой, ответил:

— Глупость, недальновидность и невежество! Что важнее, допустить, чтобы дети ад-Дабиша умерли с голоду, но пресечь несправедливость или накормить детей, но допустить, чтобы завтра пришел черед детей Гульбана?

Он заявил, что изучает юридические науки и готовится стать работником прокуратуры, а если это не удастся, то будет работать в суде адвокатом, защищать обиженных.

— В смысле денег это дело выгодное, и нельзя упускать случай.

— Какое дело?

— Дело ад-Дабиша.

Юноша пояснил свою мысль: жена и дети ад-Дабиша имеют право подать иск в суд и потребовать денежной компенсации в сумме не менее десяти тысяч фунтов. Можно заявить, что