Беги, Люба, беги! - Лариса Ильина

— Но сначала я гляну на определитель, — кивнул Тигрин.

Не успела я дойти до кухни, как он меня окликнул:

— Люба, сколько вчера было звонков?

Я высунулась из-за угла:

— Вообще-то, много...

— А точнее?

Наморщив лоб, я задумалась.

— Он позвонил утром до работы... Когда ушла милиция... Потом позвонил Олег...

Максим хмыкнул и сказал:

— Три!

— Потом звонили Нина Сергеевна, Лидкина мама, и Ферапонтов. И все.

— Прекрасно! — воскликнул Тигрин. — На определителе остаются три последних номера. Мы имеем телефон... вашего соседа... вашей подружки и... вашего мужа.

Я похлопала глазами, он сконфуженно улыбнулся:

— Простите, что забыл вас предупредить.

Ничего не оставалось, как только развести руками. Бывает... Теперь получалось, что Тигрин вроде бы уже свободен. Но тут меня посетила одна мысль:

— Максим, а номер сотового он может определить?

— Может. Но эти номера не с мобильников, а городские.

— Не может быть! — тряхнула я головой. — Олег звонил по мобильному.

Максим покосился на меня, чуть заметно вздохнул и продиктовал номер.

-Чей?

— Ферапонтова.

— А этот?

— Лидкин.

— Этот?

— Не знаю.

— Он местный, и, если хотите, мы сейчас определим его принадлежность.

Я активно кивнула. Максим достал свой сотовый.

— Девяткин? Прими... — он продиктовал цифры. — Да... И адрес. Давай! — Развернувшись ко мне, пояснил: — Это недолго. Мы как раз успеем выпить кофе.

Поняв тонкий намек, я вернулась на кухню.

Максим ошибся, мы не только не успели выпить кофе, мы даже не успели его приготовить, — зазвенел его сотовый.

— Диктуй, Девяткин! — сказал Тигрин, жестом прося у меня бумагу и ручку. -Так, понял. Где? Не хило!

— Что? — торопливо спросила я, по выражению его лица поняв, что сообщили что-то интересное. — Чей телефон?

Тигрин посмотрел на меня, словно примеряясь, как лучше донести информацию.

— Телефон загородного дома в дачном поселке Мишкино? Там городские номера.

Поселок Мишкино в городе знает каждая собака. Тамошние дворцы за трехметровыми заборами могли смело претендовать на попадание в Книгу рекордов Гиннесса.

— И кому этот дом принадлежит?

— Криминальному авторитету Мамонову Валерию Валерьевичу.

Известие поразило меня в принципе. Главарь местных бандитов коротает время, развлекая меня звонками? Задумчиво потерев переносицу, я неуверенно предположила:

— Ну вот... Я же говорила, что это не Олег...

Максим кротко вздохнул и пожал плечами.

— Не знаю, как вас переубедить, Люба. Единственное, что могу предложить, так это навести кое-какие справки об абоненте. Может, тогда что-нибудь и прояснится.

На это вполне разумное предложение я согласилась.

— Что ж, — кивнул на прощание Тигрин, — понадоблюсь, сразу звоните...

Безо всякого толка поломав голову над новой информацией, я решила не изводиться понапрасну и занялась уборкой. Совершать значимые трудовые подвиги не позволяла раненая рука, поэтому я потихоньку возилась е пылью и рассовывала по законным местам разбросанные мелочи. В связи с длительным пребыванием на моей территории дорогой подруги, таковых набралось множество. Однако помимо воли в голове роились мысли о странном телефонном номере, и зароненные уверенными словами Тигрина зерна недоверия и подозрительности начинали давать свои всходы. Машинально перебирая на письменном столе мужа папки и блокноты, я выдвинула нижний ящик, намереваясь убрать стопку чистой бумаги. Неловко задев ворох старых документов, случайно сдвинула их в сторону. Несколько секунд ушло на размышление. На дне лежал мобильный телефон Олега. В состоянии, среднем между сном и явью, я взяла его в руки.

— Не понимаю... Он его забыл? Но почему не сказал? И зачем убрал так далеко? То есть... он действительно не мог по нему звонить?

Все больше хмурясь, я оставила сотовый и вышла в коридор.

— Добрый день! — вежливо сказала я, выслушав пламенное приветствие секретарши из офиса Олега-могу я поговорить с Сергеем Доценко?

— Минуту... — В трубке заиграла раздражающая электронная музыка, потом хрюкнуло и послышался голос бухгалтера:

— Доценко слушает!

— Здравствуйте, Сергей, это Люба Платова. Я хотела узнать, нельзя ли как-нибудь связаться с Олегом? Я волнуюсь, а мобильник не отвечает.

Сергей закряхтел, видимо, усиленно размышляя.

— Видите ли... Они сейчас находятся на периферии, там, в принципе, нет сотовой связи... Такая, знаете ли, глухомань! Но у него все в порядке, вы не волнуйтесь!

— А вы откуда знаете? — невинно поинтересовалась я. — Ведь связи-то нет?

Бухгалтер смешался:

— Ну, не то чтобы совсем нет... Он факс прислал...

— Изумительно, — с трудом выдавила я. — Он его с почтовой вороной прислал?

Тут Сергей окончательно запутался и понес сущую околесицу. Не добившись толку, я с ним распрощалась.

Подозрительное поведение бухгалтера заставило меня не на шутку разволноваться. Что означают его странные ответы? Словно он не знает, что сказать... Может быть, у Олега какие-то проблемы? Может, он в беде? А вдруг... его похитили? И Сергей не мог ничего объяснить, чтобы я не заволновалась и не наделала глупостей? А что, ведь так и бывает: требуют выкуп... У него действительно появилось много денег? Ведь это не может быть простым совпадением: тогда, в кабинете Исмаиляна, Шушана явно имела в виду Олега, а Климин прямо намекнул, что я пытаюсь содрать с мужа большой куш. Когда Олег вчера звонил, то сказал, что не может больше разговаривать... А если он пытался на что-то намекнуть?

От нахлынувших мыслей закружилась голова. Добравшись до ванной, я хлебнула воды прямо из-под крана и снова вернулась в коридор. Когда стала набирать номер капитана Климина, пальцы затряслись.

— Петр Семенович! — слабо хрюкнула я в ответ на его бравый милицейский отклик. — Это Любовь Платова! — Капитан разом погрустнел. — Я только хотела узнать, сообщали ли вы Олегу о том, что случилось со мной в подъезде? — Я вкратце поделилась нахлынувшими на меня страшными подозрениями, но капитан ошарашенно молчал. — Муж вчера позвонил, и мне показалось, что он уже обо всем знает...

Ответа Климина пришлось подождать.

— Да, — проявился наконец Петр Семенович. — Я с ним связался. Он просил меня во время отъезда за вами... приглядывать. А откуда у вас предположения о похищении?

Слова капитана окончательно сбили меня с толку.

— А как... то есть... по какому телефону вы ему звонили?

— Как «по какому»? — В интонации работника милиции послышалось раздражение. — Что значит «по какому»? По его телефону. А почему вы спрашиваете?

— Вы звонили ему на сотовый?

— Нуда...

— А скажите мне, пожалуйста, какой у него номер...

— У кого?

Тут и я поняла, что начинаю, заводиться.

— У телефона, естественно!

— Что же вы, Любовь Петровна, не знаете телефон собственного мужа?

— Знаю! — рявкнула я. — Но забыла!

— Удивительно, — опечалился Климин. — Что это вашу память в самые ответственные моменты отшибает? И что за странные мысли приходят вам в голову?

Мы еще минут пять препирались подобным образом, но волшебного номера телефона, по которому капитан связывался с моим мужем, я так и не узнала. Это все не лезло ни в какие ворота! И я позвонила Тигрину.

Когда я вышла на улицу, его машина уже стояла возле подъезда.'

— Позвольте узнать, почему вы хотите это сделать и к чему такая спешка?

Памятуя, какое впечатление мои подозрения произвели на Климина, делиться ими снова я не торопилась.

— Во-первых, — тщательно подбирая слова, мило улыбнулась я, — погода прекрасная, жаль дома сидеть... Хочется, на природу, воздухом свежим подышать... Вот я и подумала, что можно сразу убить двух зайцев: съездить за город и заодно глянуть на тот самый дом в Мишкине.

Свою основную догадку — что бандит Мамонов похитил Олега и, держа в загородном доме, требует у сослуживцев выкуп — я оставила при себе. Не знаю уж, поверил ли Максим в мою версию, но он, покладисто кивнув головой, принялся болтать о пустяках.

Вскоре мы очутились за городом. Тигрин опустил в машине стекла и, поглядывая на убегающую вдаль ленту пустого шоссе, предложил:

— Вы ведь не водите машину... Не хотите попробовать?

В первое мгновение предложение огорошило, я недоуменно глянула на своего спутника. Однако потом сообразила, что всей серьезности этой поездки Максим не представляет, поскольку об истинных моих мотивах не догадывается. Пожалуй, лучше вести себя соответственно моменту.

— Что ж... — застенчиво поморгала я в сторону, — можно, конечно... Но я немного... трушу. Автомобиль все-таки.

— Пустяки! — безапелляционно махнул он рукой, останавливаясь у пыльной обочины. — Здесь автоматическая коробка передач. С ней даже дети могут ездить !