Последние первые планетяне - Павел Третьяков

– Антон, говори! – отозвался начальник. – Мы на связи из управления.

На другом конце Минин тяжело дышал – он не то запыхался, не то был взволнован.

– Освободились? – наконец пролепетал он.

Максим заговорила вперед старшины – сказала, что приятель Ящинского оказался тем еще придурком и быстренько слился.

– Скорее езжайте на станцию, – ответил первый помощник. – Боюсь, у нас проблемы.

– На Тракте? – переспросил Давыдов. – Почему Князевы не доложили…

Минин тут же перебил:

– Не на Тракте, босс. С грузовым составом. – Антон выдержал паузу, словно набирал в легкие воздуха, а вместе с ним смелости, и договорил: – Николай… мы потеряли поезд…

20

Сообщая о пропаже грузового состава, первый помощник Минин драматизировал.

Примерно за четверть часа до звонка на поезде, несущемся на всех порах от Большого Кольца к Борей-Сити, отключилась система связи и вместе с ней гео-трекер, позволяющий в реальном времени отслеживать движение состава по степной пустоши. В обычной ситуации подобные неполадки не вызывают тревоги у ожидающих прибытия. Автоматизированный, да и полностью автономный, поезд способен справиться самостоятельно с любой бедой. Даже на случай механических поломок двигателя или магнитной подушки состав оснащен ремонтным отрядом синтетиков. Машина буквально способна починиться посреди глухой местности без вмешательства со стороны человека.

Последнему остается лишь надеяться, что состав не перевозит никаких важных грузов, своевременное прибытие которых может оказаться вопросом жизни и смерти.

Ничего такого поезд, ожидаемый на станции Борей-Сити, не доставлял. И тем не менее наличие в одном из вагонов дорогостоящего комплекта андроидов-ищеек заставляло первого помощника потеть от волнения в ожидании каких-то вестей. Точно также это обстоятельство вынуждало беспокоиться Давыдова и Максим, которые спустя пару минут уже неслись сломя голову по Фермерскому тракту в направлении вокзала. Максим – на машине, а Николай – на электроцикле, рассекая пыльный фронтирский воздух в очках и со шляпой, взмывающей над головой на веревке, точно бумажный змей.

Оба вихрем пронеслись мимо гостиницы «Кинг Пилигрим», от которой у Давыдова до сих пор пробегал холодок под лопатками, и сразу на повороте на стоянку офицеров встретил первый помощник. Весь на нервах и носящийся в такой душный день по вокзалу в попытках узнать судьбу поезда, Минин был взмокший и лицом красный, словно переспелый перец. Как на остальных, волна обрушившихся на Борей-Сити злоключений повлияла на Антона. Парень заметно недосыпал в последнее время, часто являлся на службу на взводе и много жаловался на родню, которая, будто живя в параллельной вселенной, где в городе не происходит ровным счетом ничего, не уставала давить со свадьбой и внуками. Тем не менее, наученный одолевать стресс, Минин брал себя в руки в нужный момент.

Вот и теперь, встретив коллег, первый помощник сначала хорошенько продышался, а уж затем, когда лицо его чуть побледнело, заговорил:

– Увы, ситуация не изменилась, – доложил Антон и показал, где на вокзале командный пункт. – Минут двадцать как у них оборвалась связь с составом. На станции даже не уверены, продолжилось ли движение. Сказали, – вздохнул он, – поезд уже должен был показаться, если б сохранил прежнюю скорость.

– Наверняка застрял за холмами, – отозвалась Максим.

Она забралась на подножку автомобильной двери и, приложив ко лбу ладонь, чтобы не мешали слепящие лучи прометея, деловито поглядела в восточном направлении. Разлегшийся за фермерскими угодьями пустырь просматривался на несколько километров, но постепенно пропадал в полуденной дымке и метающейся по степи пыли, словно за грязной вуалью. Того места, где магнитная дорога сворачивала на юг и терялась за холмами, было не видать. Если состав заглох на повороте, опознать его очертания со станции не представлялось возможным.

Последовав примеру коллеги, Давыдов обреченно поглядел вдаль.

– Туда отправили людей? – уточнил он.

Первый помощник тотчас закивал:

– Два отряда. Полудюжину работников в общей сложности. – Он показал на место, где Тракт пересекал магнитнодорожные пути и сливался с бегущей мимо Борей-Сити трассой. – Одна команда выехала на юг – так они быстро доберутся до точки, где отказала связь. Состав, наверно, там и остановился.

– А вторая?

– Отправилась вдоль путей на восток, – продолжил Антон. – Если что-то случилось на повороте к городу, они прибудут первыми.

Максим спрыгнула с подножки и недовольно фыркнула.

– А нам просто сидеть на жопе ровно и ждать? – спросила она.

– Соглашусь, – неожиданно отозвался Николай. – Мне такой расклад не по душе. Мы поедем вдоль путей вслед за второй бригадой. Возражения?

Младшие офицеры разом заверили, что в деле.

– Тогда сообщу начальнику станции, и выдвигаемся, – оживившись, бросил Минин.

Первый помощник пулей устремился в командный пункт, а Давыдов, не теряя времени, запрыгнул в седло электроцикла и приказал Максим заводить машину.

Пользование байком за пределами ухоженных городских улиц было той особенностью каждодневной рутины на Западе, к которой требовалось приложить недюжинные терпение и усилия, чтобы научиться не замечать откровенной ее авантюрности. Николай убедился в этом, когда несся вдоль магнитной дороги навстречу затерявшемуся в пути грузовому составу.

Бегущее параллельно магнитной ветке, шоссе пронизывало открытую низину к востоку от поселения насквозь и продувалось с четырех сторон так же беспощадно, как если бы было магнитом для ветров. Пылевые вихри налетали то с одной стороны, то с другой. Давыдов мог поклясться, что слышит, как песок бьется в толстое стекло защитных очков, а спустя минуту бешеной езды Николай не сдюжил и был вынужден натянуть на лицо старый платок, который позаимствовал из гардероба пропавшего старшины, и от которого странно разило, как будто текилой или чем-то покрепче. Это было отнюдь не приятное, даже тошнотворное ощущение, зато плотная ткань не давала пыли забиваться в ноздри.

Картина впереди не менялась некоторое время, но затем шоссе стало прилично уходить на юг, и обступившие магнитную дорогу холмы стремительно разошлись в стороны, точно механизированные створки ангара. Взгляду Давыдова открылся природный коридор: длинное, почти что идеально прямое ущелье, с краями из отвесных склонов, уже давно осыпавшихся. В основании ущелья, на искусственном возвышении, неслась магнитная ветка. Автомобильное шоссе, чтобы не подбираться близко к обрыву, огибало коридор поверху с восточного края.

Когда дорога заметно поднялась над магнитнодорожными путями, Николай сбавил ход и уже не в силах был оторвать восторженного взгляда от увиденного. Он проезжал это ущелье на пути в Борей-Сити,