Беспощадная - Сара Шепард

Она думала о леди Макбет, блуждающей в ночи, пытающейся очистить свои окровавленные руки от несмываемого стыда.

- Ах ты, проклятое пятно! - она думала о вине, вызванной ситуацией с Табитой.

Она открыла глаза и присмотрелась к своим ладоням, воображая, что они покрыты кровью—кровью Табиты, только что упавшей с крыши.

Она была вынуждена вновь пережить ту ужасную ямайскую ночь.

Как Табита набросилась на Ханну.

Как она боролась с Арией.

Как Ария столкнула её с края.

Безрезультатные поиски тела Табиты на берегу.

Каждое утро они боялись подходить к океану, уверенные в том что её тело за ночь вынесло на берег.

Виденные на тв несколько недель назад жуткие новости о Табите.

Но, как только она повторила строчку несколько раз, другое воспоминание настигло её.

Она увидела себя в том жарком, плохо освещённом полицейском участке в студенческом городке Пена.

Это было примерно через полчаса после того, как она говорила с Ханной и изложила свой ​​план.

Спенсер не знала, осуществила ли Ханна задуманное, но она слышала многочисленные телефонные звонки и шарканья ног снаружи.

Наконец, полицейский ворвался обратно и посмотрел на нее.

«Вы можете идти", сказал он хрипло, держа дверь открытой для нее.

"Я-я?" плюнула Спенсер.

Он вернул ей ее iPhone.

"Примите мой совет, мисс Гастингс.

Заверши летнюю программу и вернись домой в пригород.

Будь хорошей девочкой.

Вы же не хотите, чтобы перепутались таблетки.

" "Что насчет Келси?"выпалила Спенсер ,войдя в зал.

Углы рта полицейского свернулись в уродливой улыбке.

В тот самый момент открылась дверь второй камеры задержания .

Два копа вели арестованную Келси по коридору.

Она вскрикнула и ее затрясло.

"О чем вы говорите?" спросила она.

"Что же мне делать?"

"Вы знаете, что вы сделали," полицейские зарычал на нее.

Келси встретилась глазами со Спенсер на мгновенье и дала ей умоляющий взгляд.

О чем они говорят? Но было что-то в ее лице тоже о чем Спенсер не хотела думать до сих пор.

Это была ярость.

Как если бы она точно знала, что сделала Спенсер.

- Ах ты, проклятое пятно! - ещё раз повторила Спенсер, уставясь на свои руки так же, как леди Макбет в пьесе.

Внезапно ее ладони заполнили мелкие, белые, круглые таблетки.

То были Лёгкие Пятёрки?

С пронзительным криком она выбросила их.

Откуда они взялись?

Она посмотрела на Бо, но он исчез.

Дворик был пуст.

- Бо? - крикнула она.

Нет ответа.

Было уже темно.

Сколько времени прошло?

Деревья шуршали на ветру.

Сова ухнула на расстоянии, и малейший запах дыма от прошлогоднего пожара щекотал ноздри Спенсер.

Она снова осмотрела ладони; почему-то таблетки Лёгкая Пятёрка вернулись.

- Убирайтесь! - она пыталась выбросить их, но таблетки оставались прикованными к её коже.

- Убирайтесь! - визжала она, ногтями расцарапывая ладони докрасна, на коже проявились острые линии.

- Я не могу их видеть! - кричала она.

Они не могут догнать меня!

Но таблетки не сдвинулись с места.

Вращаясь кругами и тяжело дыша, Спенсер шатнулась в сторону прудика, располагавшегося за сараем.

- Убирайтесь, убирайтесь, убирайтесь! - орала она, погружая руки в застойную полузамёрзшую воду.

Она почти не чувствовала холода.

Мгновение она полоскала руки в воде, а затем вытащила их обратно.

Таблетки были все еще там.

"Нет!" Кричала она, водя мокрыми ладонями по волосам.

Застывшие, зловонные капли текли по ее лицу и капали в уши и рот.

Другая ветка треснула.

Спенсер вскочила на ноги,с рук и волос капало.

"Кто здесь?" закричала она, ее сердце колотилось.

Это были копы? Они пришли за ней? Они увидят Лёгкие Пятёрки на ладонях и уведут её?

Кто-то хихикнул за кустом.

Тсс, другой голос.

Две фигуры вышли из-за деревьев.

Одной из них была Келси.

Другой была Табита.

Они стояли, взявшись за руки, глядя на Спенсер.

"Эй, Спенс," дразнила Келси, глядя как с ладони Спенсер капает .

"Чувство вины, о чем-то, убийца?"

"Ты не можешь убежать от нас", Табита шептала.

"Мы знаем, что вы сделали.

" Она загадочно улыбнулась и продвинулись вниз по склону.

Спенсер повернулась спиной,ее лодыжки попали в самую гущу скрученных корней.

Через несколько секунд её зад ударился о берег, голова и правое плечо погрузились в ледяную воду.

Ее лицо мгновенно онемело.

Когда она открыла глаза, Келси и Табита стояли над ней, с вытянутыми руками.

Готовы утопить ее.

Готовы потребовать мести.

"Мне очень жаль!" Спенсер дрожала, размахивая в ледяной воде.

"Не достаточно жаль", Келси зарычала, погружая ее грудь вниз.

"Тебе было не жаль, когда вы это сделали", Табита кричала, держа ее за шею.

"Мне очень жаль сейчас!" Спенсер изо всех сил пыталась вырваться из рук девушек, но они держали ее крепко.

- Пожалуйста! Не надо!

- Спенсер?

Кто-то вытащил её из ручья Лед скользнул вниз по ее спине.

Холодный воздух ударил ее по щекам.

Когда она открыла глаза, Келси и Табита пропали.

Вместо этого она увидела Бо стоявшего перед ней, одетого в пиджак.

- Всё в порядке, - проворковал он.

- В порядке.

Спенсер поняла, что Бо выводит её из леса.

Через мгновение она открыла глаза и осмотрелась, полуплача, её голова кружилась.

Она снова была на заднем дворике.

Она посмотрела на ладони - чисто.

И хотя видения о Келси и Табите исчезли, реальная Келси стояла в нескольких футах от неё на лужайке вместе с Амелией и другими девочками из оркестра, пришедшими на вечернюю репетицию.

Ее глаза были широко открыты и на лице играла удовлетворенная ухмылка .

- Что с ней? - спросила Амелия недовольным голосом.

- Она в порядке, - ответил Бо, ведя Спенсер к дому.

Мы репетировали.

- Ч-что случилось? - изумлённо прошептала Спенсер, когда они поднялись по ступеням террасы.

Бо расплылся в улыбке.

- Ты была великолепна.

Ты полностью прошла через это.

Ты погрузилась в Метод—буквально.

Большинство актёров годами учатся устанавливать такую глубокую эмоциональную связь.

Завтра ты порвёшь их.

Он помог ей пройти через раздвижные двери, Спенсер попыталась улыбнуться, как если бы она знала, что делала всё это время, но внутри она чувствовала слабость и опустошённость, подобно маленькому городку, разрушенному торнадо.

А когда она повернулась, настоящая Келси всё ещё смотрела на неё.

Она по-прежнему ухмылялась, словно знала источник странного поведения Спенсер.

Словно она знала всё.

Глава 25

"НО ЧТО ЗА БЛЕСК Я ВИЖУ НА БАЛКОНЕ?" (прим."Ромео и Джульетта" Акт 2, сцена 2)

Ханна открыла глаза.

В другом конце комнаты на электронных часах сверкали большие красные цифры 2:14...

На стене висел огромный постер группы Beach House, окна затемняли жалюзи.

Она находилась не в одной из своих спален.

Где она, чёрт возьми? Пружины заскрипели, когда она поднялась.

Тусклый свет из коридора через всю комнату отсвечивал на зеркало.

Занавеска из нанизанных бусин свисала с двери шкафа.

Освежитель воздуха в виде клевера с четырьмя листьями болтался на лампе.

Ханна увидела картину девочки с красными волосами в серебряной рамке от Тиффани на столе.

Рядом лежали четыре учебника по АР.

Ханна резко вздохнула.

Это была комната Келси в общежитии колледжа Пенн - она вспомнила некоторые детали оттуда, когда прокралась в неё прошлым летом.

Но как она оказалась здесь сейчас. и почему? Рука коснулась ее плеча.

Ханна повернулась и чуть не вскрикнула.

Там, стоя прямо пред нею была знакомая белокурая девочка с сердцевидным лицом и преследующей улыбкой.

Это была настоящая Эли.

Она была одета в синюю оксфордскую рубашку и белую спортивную куртку, которую она одела на пресс-конференцию в прошлом году, когда ДиЛаурентисы объявили о её возвращении в Розвуд.

- Хочешь что то вырастить? - дразнила Эли, облокотившись на бедро.

- Конечно, нет! - Ханна спрятала бутылёк с пилюлями за спиной.

- А что ты здесь делаешь? Ты должна быть...

- Мёртвой? - Эли прикрыла рот и захихикала.

- Ты знаешь лучше, чем это, Ханна, не так ли? - И вдруг, она ринулась на Ханну с протянутыми вперёд руками.

Ханна вскочила на кровати, хватая ртом воздух.

Она провела пальцами по прохладному лбу и подождала пока замедлиться сердцебиение.

Она снова была в своей лофт-комнате в папином доме.

В углу тихонько шипел обогреватель.

Её дверь была закрыта, приглушённый телевизор демонстрировал ночной показ "Мальчишника в Вегасе".

Но присутствие Эли всё ещё ощущалось таким реалистичным.