Призраки и пулеметы (сборник) - Вячеслав Бакулин

– Замечательно, а скажите, мистер Прэджел, вы не знаете, куда он направился, быть может, назвал судно?

– Так это, он там, спит.

– Где спит?

Хозяин кивнул за стойку:

– У меня там, за баром, пара комнат для клиентов. Если кто чересчур крепко погуляет… Андре после того, как вернулся, так набрался, не то что трап – где корма, где нос не различил бы.

Холмс вздохнул с невыразимым чувством удовлетворения и одновременно печали:

– Все сходится. Доктор, будьте любезны, сообщите ближайшему констеблю, что мы ждем мистера Грегсона с тремя-четырьмя крепкими парнями в пабе «Винджамер».

Граф Турнин с любезным поклоном принял у миссис Хадсон чашку чаю.

– Скажите, правда ли ваша царица Александра предпочитает чай с молоком? – поинтересовался Холмс, выпуская дым из трубки. – Меня бы это не удивило, ведь ее величество росла при дворе нашей славной королевы Виктории.

– Говорят, ее императорское величество предпочитает черный или зеленый чай.

– Как хотите, решительно не понимаю, зеленый чай со штруделем…

– Не имел чести быть приглашенным к трапезе государя. По рангу мне подобает во дворце лишь стол второго разряда, и то лишь в часы дежурства. Насколько мне известно, к чаю традиционно подаются булочки с шафраном. Этот обычай был заведен еще при Екатерине Великой. Однако к чему все эти расспросы?

– Ну что вы, просто беседа за чаем. Надеюсь, граф, вы удовлетворены результатами расследования?

– Да, вполне, – помощник военного агента развел руками. – Глупейшая смерть.

– Полностью с вами согласен. Совсем недавно заходил инспектор Грегсон. Его ищейки действительно нашли саквояж там, где его припрятал бедняга Мениль. Представляете, там было двадцать пачек пятидесятифунтовых банкнот. Сто тысяч фунтов – огромные деньги! Грегсон сказал, что Скотланд-Ярд примет их, а затем передаст вашему посольству. Вам желательно зайти, не откладывая, в Департамент уголовных расследований, – Холмс пристально глянул на гостя.

– Это уже не моя забота, – отмахнулся граф Турнин. – В посольстве достаточно чиновников, которые займутся финансовыми вопросами. А я сегодня же отбываю, – штаб-ротмистр вытащил плотный синий конверт.

– Здесь тысяча фунтов. Это ваш гонорар. Надеюсь, вы сочтете его приемлемым; если нет, только скажите.

– Вполне, – Шерлок Холмс достал одну из пятидесятифунтовых купюр и улыбнулся. – Осталось лишь одно.

– Что же?

– Мой вопрос. Помните, в самом начале…

– Да, да, конечно, я вас слушаю.

– Кто вы на самом деле и для чего затеяли весь этот маскарад?

– Вы забываетесь! – помощник военного агента резко поднялся, всем видом изображая негодование. Затем вдруг рассмеялся и, махнув рукой, сел на место.

– Впрочем, кому я это говорю?! Мистер Холмс, я не знаю, на чем прокололся, но, должно быть, вы полагаете меня каким-нибудь шпионом или хитроумным налетчиком, выслеживающим сбежавшего сообщника.

– Нечто подобное приходило мне в голову, но тогда вопрос ограничился бы второй частью. Это ведь с вашей легкой руки в «Times» напечатали, что делом занимается Грегсон, а затем позвонили из русского посольства с просьбой, чтобы именно он вел это дело.

– Да.

– Зачем?

– С инспектором Грегсоном вы обычно легко находите общий язык.

– Это правда, – кивнул Холмс, – вы хорошо осведомлены о моих предпочтениях, как и о нравах русского двора. Даже забавно думать, что вас так глупо выдал звон шпор.

– В каком смысле?

– В прямом. После дела о браслетах императрицы Феодоры мне довелось побывать в Санкт-Петербурге, где я ко взаимному удовольствию общался со многими вашими генералами и офицерами. Все чины русской гвардейской кавалерии заказывают себе шпоры исключительно в мастерской некоего Савелова. Его изделия отличаются особым малиновым звоном, совсем не таким, как у вас, граф Турнин. Или вам угодно пользоваться каким-нибудь другим именем?

Офицер немного помолчал, обдумывая то, что считал нужным сказать:

– Мистер Холмс, я действительно граф Турнин, если вас это интересует. Но в одном вы правы. Я не служу императору Николаю II. При этом я не шпион и не налетчик, так что если господин Ватсон прячется сейчас за дверью с револьвером в руках, то он может совершенно не волноваться. Однако то, что я вам расскажу, очень желательно, чтобы осталось между нами.

Холмс испытующе поглядел на своего визави:

– Хорошо, пусть будет так.

– Постарайтесь мне поверить. То, что вы услышите, возможно, покажется невероятным, но это чистая правда.

Знаменитый сыщик молча кивнул.

– Относительно вашего времени я живу в будущем, в мире, очень похожем на этот, но все же несколько ином.

– Это что же, шутка?

Граф Турнин устало вздохнул и достал из рукава небольшую коробочку.

– Это не шутка, – произнес он, поднеся коробочку к губам, – это самая настоящая правда. – Закончив говорить, он нажал на кнопку, и коробочка заговорила голосом Холмса: «Это не шутка, это самая настоящая правда».

– Занятная вещица.

– Очень занятная. С ее помощью я могу прослушивать и перехватывать любой телефонный разговор в Лондоне, даже не приближаясь к кабелю. При этом при необходимости обе стороны будут слышать нужный текст, произнесенный любым измененным голосом.

– Позвольте полюбопытствовать.

– Сделайте любезность, смотрите. Итак, мистер Холмс, я сотрудник Института Экспериментальной Истории и прибыл в начало ХХ века, чтобы пролить свет на загадочную смерть в вашем мире того самого господина Рихтера.

Настоящая фамилия его – Ульянов. Владимир Ильич Ульянов, помощник присяжного поверенного. Этот человек действительно имеет отношение к банде грабителей банков некого Иосифа Джугашвили. Деньги, на которые позарился Андре Мениль, были переданы из России для проведения второго съезда Российской социал-демократической рабочей партии, который должен состояться в августе этого года. Это очень важный съезд. На нем должно было произойти разделение социал-демократов на большевиков и меньшевиков. Понимаю, что для вас эти названия пустой звук, но, поверьте, этот звук пострашнее орудийной канонады.

В нашем мире большевики во главе с этим Ульяновым свергли царя и пришли к власти, воспользовавшись ужасной войной, получившей название Первая мировая. Она унесла десятки миллионов жизней. Российская, Австрийская, Германская и Османская империи обратились в прах. Британская выстояла, но с великим трудом.

Согласитесь, зная это, необходимо было выяснить, что стоит за таинственной смертью господина Ульянова. Чей-то политический расчет, месть или что-то еще. Иначе сложно было бы просчитать варианты последствий.