Мой отец Пабло Эскобар. Взлет и падение колумбийского наркобарона глазами его сына - Хуан Пабло Эскобар

Саэнс[34] великому латиноамериканскому Освободителю Симону Боливару[35] и несколько медалей с его профилем.

• Пара фактов о Неаполитанской усадьбе: там была своя бензоколонка, технический и покрасочный цех для автомобилей и мотоциклов, двадцать семь искусственных озер, сто тысяч фруктовых деревьев, самая большая трасса для мотокросса в Латинской Америке, «парк Юрского периода» с динозаврами в натуральную величину, две вертолетные площадки и взлетно-посадочная полоса длиной почти в километр, тысяча семьсот работников, три тысячи гектаров, три зоопарка и десять домов, разбросанных по территории.

• На Рождество один из вертолетов отца использовался для доставки пудингов, пончиков и даже кровяной колбасы. Несомненно, довольно экзотический способ выразить свою любовь к семье.

• Шоколадные конфеты и пригласительные открытки на мое первое причастие доставили на самолете отца из Швейцарии. Мать отправила Грегорио Кабесаса, шеф-повара здания «Монако», в Швейцарию, чтобы он выбрал там конфеты и дизайн открыток и пригласительных билетов, а также оплатила ему лучший курс шоколатье. На обратном пути самолет совершил посадку в Париже, чтобы забрать двадцать бутылок одного из лучших французских вин – Петрюс Помроль урожая 1971 года. Спустя годы девятнадцать из них оказались в мусорном баке, потому что их так и не выпили, и кто-то посоветовал выбросить их из-за возраста.

• Цветы для двухэтажного пентхауса в здании «Монако» площадью 1600 квадратных метров дважды в неделю привозили из Боготы на самолете отца. Когда мать спросила, можно ли так делать, он ответил: «Любовь моя, Онассис посылал для своей Жаклин за горячим хлебом из Парижа, значит, и я пошлю для тебя самолет за цветами из Боготы».

• На семейных праздниках часто разыгрывались картины известных художников, скульптуры и различные древности.

• Мне было тринадцать лет, когда родители решили, что для снижения рисков у меня должна быть своя квартира. В ней было две просторные комнаты, зеркала на потолке спальни, бар с футуристическим дизайном, шкура зебры в гостиной и кресло Venus[36].

• В Венеции мать заказала вышивку на льняных скатертях и салфетках на двадцать четыре персоны для столовой в «Монако». Из-за размера и уровня детализации на выполнение заказа у работниц ушло немногим меньше четырех лет. Кроме того, датская компания George Jensen, известный производитель изделий из серебра, изготовила уникальный набор серебряной посуды с монограммой в виде переплетенных фамилий Эскобар и Энао. Во время обсуждения матери сказали, что не получали таких больших заказов ни от кого, кроме королевских династий. Счет составил четыреста тысяч долларов. Как ни жаль, весь этот набор посуды был украден в Медельине в 1993 году.

• На одном из лучших земельных участков в районе Эль-Побладо родители задумали построить дом своей мечты. Для этого они наняли известных калифорнийских архитекторов, которые прислали планы и модель проекта площадью 4600 кв. м. Декоратор матери даже воскликнула: «Они сошли с ума, зал этого дома больше, чем зал в отеле «Интерконтиненталь», а по коридорам можно проехать на машине!»

• Коллекция автомобилей отца включала: лимузин Mercedes-Benz, принадлежавший Карлосу Ледеру, а до того – высокопоставленному немецкому чиновнику времен Второй мировой войны; итальянский мотоцикл Moto Guzzi, принадлежавший одному из генералов Бенито Муссолини; черный кабриолет Mercedes-Benz модели 1977 года; привезенный из США дилижанс времен Дикого Запада с кожаной обивкой, шторами и деревянными панелями; и наконец кофейный Porsche Carrera GT – первый спортивный автомобиль отца.

• К 1988 году, когда мне исполнилось одиннадцать, у меня уже была коллекция из примерно тридцати скоростных мотоциклов, мотоциклов для мотокросса, трициклов, квадроциклов, автомобилей для картинга, багги и гидроциклов, все лучших марок.

• Мать так сильно любила тематические вечеринки, что в дом каждой приглашенной семьи приходил портной, чтобы разработать костюмы для каждого гостя. Так, например, мы отметили пятисотую годовщину открытия Америки – с тремя каравеллами в бассейне и костюмами в духе того времени. Другая тематическая вечеринка была устроена по мотивам легенд о Робин Гуде: с луками и стрелами, мечами и лошадьми. На Хеллоуин устраивали особую вечеринку, где за лучший костюм вручали приз. И на всех мероприятиях, организованных матерью, присутствовал наш семейный фотограф – даже на поминках отца.

• Новый год мы отмечали в поместье шесть или семь раз, и каждый год отец выписывал фейерверки из Китая – контейнеры стоимостью пятьдесят тысяч долларов. Половину он раздавал своим людям, а остальное доставалось нам. В первые дни января фейерверков было еще так много, что немаленькая часть ящиков так и оставалась нераспечатанными.

• Когда мать была беременна Мануэлой, она несколько раз летала на отцовском самолете в Барранкилью, где одна известная модельер шила ей одежду для беременных.

• Главным призом на частном теннисном турнире в доме «Монако» был совершенно новый автомобиль. В чемпионате участвовали только друзья и члены семьи, и если победителем оказывался человек богатый, он был обязан пожертвовать приз в пользу бедной семьи.

Другие излишества:

• Прическу и макияж матери каждый день приходили делать личные визажист и парикмахер.

• На полотенцах было вышито название каждой усадьбы: «Ла-Мануэла», «Неаполь» и так далее.

• Горничные носили униформу, обучались делать макияж, и мать даже оплачивала им маникюр.

• Ужины в «Монако» оживляли скрипачи.

Предметы роскоши: этот набор посуды на двадцать четыре персоны обошёлся в 400 000 долларов.

Богатства хватало на всё: в пиньятах в качестве сюрприза лежали пачки купюр.

9

Masтер помогать друзьям

В июле 1981 года полковник четвертой армейской бригады в Медельине передал другу отца кассету с записями, на которых боевики партизанского движения М-19[37] обсуждали похищение главы мафии ради выкупа.

Копия, разумеется, попала к отцу, который к тому времени уже построил впечатляющую военную машину, основой которой были юноши из беднейших районов города. Эти парни работали для него киллерами, наркодилерами, охраной. Даже у меня (всего в четыре года!) были телохранители.

Внимательно прослушав запись, не оставлявшую сомнений в намерениях партизан, отец немедленно начал расследование, в ходе которого выяснил, что похищение заказала медельинская ячейка М-19. Через сеть контактов в преступном мире и в правительственных спецслужбах отец и его люди за неделю установили местонахождение четырнадцати членов группировки, среди которых были Марта Элена Корреа, Луис Габриэль Берналь, Эльвенсио Руис (его Пинина нашел в одном захудалом отеле Боготы) и Хорхе Торрес Виктория (известный как Пабло Кататумбо).

Отец пару раз говорил мне, что восхищается М-19, отчасти потому, что они совершили несколько впечатляющих поступков: захватили доминиканское посольство и выкрали из гарнизонного арсенала меч Симона Боливара и четыре тысячи единиц обычного оружия. Но особенно его восхищало то, что в самом начале они нападали на молоковозы и развозили украденное в беднейшие районы