Королевская кровь-12. Вороново сердце. Часть 1 - Ирина Владимировна Котова

начал работать с флангов. Либо врезался бы клином в центр обороны, коим и являлось поселение Нор-бидж, зачистил его, и затем бы уже пошел добивать остатки врага по обе стороны. Общим оставалось лишь то, что во всех случаях войска следовало сконцентрировать в один или два кулака. Это было второе, чего он добивался, — на ограниченном пространстве легче окружить и задавить врага числом, а уж инсектоидов у него сейчас было достаточно. Не зря после разгрома своей армии под фортами противника он собирал их по всей Инляндии.

Ренх-сат был готов ко всем трем вариантам. В любую точку на помощь его армии охонги подойдут за три-четыре часа, ударную часть тха-охонгов можно перенести манками, а раньяры долетят и того быстрее.

Самое главное — связать руки колдуну военной хитростью и затем пленить его сетью Лесидия или одной из ловушек, смешаться с войсками противника, навязав ближний бой, и тем самым затруднить работу вражеских орудий, плюющихся огнем. А до этого как можно больше накрошить врагов на подступах к укреплениям и втянуть в длительные уличные бои. Чем дольше бой, тем больше ма-гов выдохнется, тем меньше у местных останется оружия и пат-ро-нов, и пусть каждый из людей Ренх-сата уже умел обращаться с таким оружием, все решится в конце концов в рукопашной. А местные уступали лорташцам в ближнем бою.

Сам Ренх-сат со связными (был среди них и Арвехши), тха-норами, жрецами и слугами переместился из замка в одну из старых горизонтальных шахт в холме у города, которую обустраивали все это время. В таких шахтах таилась значительная часть раньяров, в такой же, рядом с укрытием тиодхара, готовые взлететь в любой момент, находились всадники на раньярах и его личный раньяр — они должны были помочь Ренх-сату загнать и накрыть сетью Лесидия змея-колдуна.

Колдун должен был умереть — слишком давно Ренх-сат вел на него охоту, и слишком свежо еще в памяти было его нападение на замок. Да и не подчинишь такого, хотя его умения тиодхару бы пригодились, и на змея с раньяра он бы пересел с удовольствием. Но нет, слишком непредсказуем, слишком непонятна природа его силы — поэтому пойдет на жертву богам, чтобы дать им мощи перед приходом в этот мир.

А вот командующего местной армией Ренх-сат взял бы к себе советником: и подчинить его будет не сложно, ибо на всех допросах пленные говорили, что он обычный человек. Хороший ум, хорошее предвидение. Одно плохо — слишком мягок, слишком бережен к простолюдинам. Оттого и легко этим пользоваться. Оттого и проиграет.

И когда Ренх-сату доложили, что противник пошел на Норбидж, он довольно усмехнулся и вознес молитву богу-Нерве. А затем приказал использовать все манки и запалить на вершинах холмов, окружающих поселение, большие костры, чтобы показать ждущим сигнала тха-норам из других городов, куда вести войска.

* * *

Ночью звуки разносятся далеко, и даже почти непрерывным грохотом артиллерии сложно скрыть передвижение большого количества людей, боевых машин и машин с боекомплектами, оружием, снаряжением, припасами. Отдельным подразделениям за ночь пришлось пройти до двадцати километров и их поставили в тылы наступления.

Командующий Венсан Майлз исходил из худшего: что переформирование дармонширской армии для врага и без визуального подтверждения не будет секретом, тем более что между отдельными подразделениями Дармоншира и окопами иномирян оставалось не более километра. Но Ренх-сат, если только не обладал предвидением, не мог с абсолютной уверенностью предположить, чем закончится маневр противника. Значит, дармонширцы хотя бы смогут воспользоваться эффектом неожиданности.

Главное, чтобы припасенные Ренх-сатом хитрости (а таковых не могло не быть) не свели этот эффект к нулю.

Полковник Майлз был военным до мозга костей, из династии военных, и при всей своей сухости не мог не относиться с уважением к полководческому дару противника, к его умению адаптироваться и принимать новые технологии, оружие, способы ведения войны. Такие люди очень пригодились бы Инляндии. Если бы не абсолютная безжалостность генерала иномирян.

Так думал командующий Майлз, когда ему доложили, что наступление началось. И что противодействие инсектоидам осложнено тем, что в окопах стоят мирные жители, связанные друг с другом, — иномиряне стреляли поверх их голов, невидши проскальзывали под их скованными руками.

Командующий Майлз понимал, что это не первый сюрприз, приготовленный Ренх-сатом, и уповал только на то, что противник не знает, что змеев у них теперь двое — значит, и действовать смогут вдвое быстрее. И на леди Викторию, под гигантским щитом которой начали наступление к окопам врага берманы, маги с огнедухами и огнеметчики со стрелками.

* * *

Небо на востоке начало наливаться самой ранней, предрассветной прозрачной зеленью, когда Виктория поставила огромный щит над почти шеститысячной сводной дивизией. Невысокий, но под километр в диаметре, стойкий и динамичный — Март бы присвистнул от удивления. Над Льенпордтом он делал пятикилометровый, но высокий и статичный.

Сейчас, в условиях, когда каждый день снижалась убойность и площадь заклинаний, когда от стихий остались лишь тени себя прошлых, поставить такой щит для Вики казалось почти невозможно. Однако это было необходимо — и она сделала.

Кровь Марины Рудлог усилила и Марта, и ее.

Подразделения, лавируя средь деревьев, двинулись в наступление. Задачей было под защитой щита довести отряды до укреплений иномирян и уничтожить всех невидши, открыть безопасный проход для пехоты. Щит предстояло переформировать в «крышку» прямо перед окопами врага — иначе бы он просто оттеснил, как тараном, все живое своей кромкой, или размазал бы о стены укреплений. Конечно, и у Виктории, и у магов были персональные щиты, завязанные на накопители, чтобы работали, даже если владелец оказался без сознания.

После первой схватки и зачистки указанного отрезка их подразделению предстояло разделиться, пропуская оставшиеся в тылу отряды, а самим продолжить зачистку окопов до холмов слева и справа.

Виктория шла в первых рядах под прикрытием небольших и легких гусеничных бронемашин, пришедших с рудложскими войсками и легко маневрирующих в лесах. Ей прятаться в центр отряда не было смысла, да и проще так контролировать переднюю кромку щита. Пальцы с кольцами-накопителями холодили заготовленные массированные заклинания. С обеих сторон от города грохотала артиллерия.

Резерв таял на глазах.

Первые части дармонширцев преодолели засеки из поваленных деревьев, вышли на пустое пространство метров за пятьдесят перед окопами — оно было все перепаханное, заполненное выкорчеванными пнями, ямами с водой и грязью от прошедших гроз. Их уже видели, стреляя в щит из гранатометов, — каждый удар Вики воспринимала, как удар кулаком в тело, — сверху врезались в щит раньяры. То и дело завывал ветер, относя