Хэллгейт: семья - Ёсими

или иначе. Стэши хорошо помнила, что за зельями чаще всего шли именно к ней — хотя и Леви, любительница выпечки и хозяйка крошечной кондитерской, успела заработать определённую репутацию. Поговаривали, будто она отравила мужа.

Если это и впрямь было так, жалеть не стоило. Жуткую историю помнили абсолютно все: муж-тиран, избиение на позднем сроке беременности, повлёкшее за собой потерю ребёнка, внезапная, но такая желанная смерть. Стэши надеялась лишь, что за минувшие годы Леви удалось прийти в себя.

Если же дело не в зельях… Как-то ей доводилось слышать о горожанах, подсевших на вампирскую кровь — не в тех количествах, чтобы обратиться, разумеется. Несколько капель в кофе, вине или даже воде надолго помогали либо взбодриться, либо забыться. Всё зависело от того, в какой напиток добавляли кровь, и от возраста вампира. Чем старше, тем действеннее.

Стэши только хмыкнула: наверняка любители вампирской крови пытались выпросить или даже выкупить пару капель у Люсьена. А может, даже пробовали отнять их силой.

Этим дуракам оставалось лишь посочувствовать.

Когда Стэши добралась до дома Дельфины, Джин уже ждала с небольшим чемоданом на колёсах и туго набитым рюкзаком.

— Чего не зашла?

— Да как-то… — Джин зябко поёжилась.

— Брось, сама же сказала, что Афина очистила дом. Пошли.

Стэши подхватила её чемодан и первой двинулась к дверям. После обряда, о котором Джин рассказывала ещё в участке, окна больше не были заколочены, а дверь открылась легко, будто хозяйка вышла совсем недавно.

— Надо будет новые стёкла поставить, — сказала Джин, с беспокойством взглянула на тёмные провалы окон. — Ещё влезет кто-нибудь…

Насколько Стэши знала, пару раз за минувшие месяцы в дом Дельфины действительно кто-то влезал — в том числе и она сама, — но, судя по всему, лишь ей удалось выйти оттуда. Многие рассчитывали поживиться ценным барахлом, а кое-кто — и чем покруче.

Пусть она редко умела останавливаться на полпути, никогда не забывала: имеешь дело с ведьмами — не давай волю жадности, даже если ведьмы уже отправились на тот свет. Что случилось с бедолагами, которые не сумели покинуть эти стены, Стэши не могла сказать наверняка, но, к сожалению, догадывалась.

— Если хочешь, возьму это на себя, — предложила она. — У меня есть пара знакомых в центре. Позабочусь, чтобы заменили стёкла и не содрали с тебя втрое больше, чем надо.

— Ничего себе, — Джин явно обрадовалась. — Наверное, у тебя есть что-то на них…

— У меня есть Ахилл.

Не то чтобы угрожать кому-то было правильно с точки зрения морали, но Ахилл сам просил, чтобы Стэши обращалась к нему, когда нужно постоять за плечом с многозначительным видом, и она не стала отказываться. Вдвоём они представляли куда большую опасность, чем поодиночке. Кроме того, некоторые вещи в Хэллгейте решались только силой — и чаще всего это касалось тех случаев, когда тебя пытались ободрать как липку.

Новых домов в городе было немного, старые нуждались в регулярной починке — и потому малочисленные мастера задирали цены как хотели, не обращая внимания на то, насколько их услуги выходят дороже по сравнению с работами специалистов за границами Хэллгейта. Ещё, конечно, они любили делать вид, что перспектива приводить в порядок жилище ведьмы или, не приведи господь, вампира пугает их до чёртиков — небось получится выбить ещё сотню.

— Кстати, — Джин пыталась бодриться, но было слышно, что её голос чуть заметно дрожал, — узнала что-то новенькое? Ты вроде говорила, что собиралась к Рэй Тёрнер.

— Кое-что. Минутку, погоди-ка…

— Хотела бы я с ней познакомиться. Какая она вообще?

Стэши задумалась.

— Строгая. Замкнутая. Лишний раз лучше к ней вообще не лезть. Но, если тебе нужна помощь и ты у неё на хорошем счету — поможет однозначно.

— Судя по всему, хороший человек.

— Можно и так сказать, — согласилась Стэши. — А ещё…

Она быстро рассказала про Коннора — не упоминая, что пристрелила его сама, — и достала из папки нужные бумаги.

— По пути к тебе заскочила в автомастерскую, — добавила она, — проверить Засранца. Теперь, раз Коннора нет, там его младший брат Грег за главного механика. Так вот он сказал, что нашим покойничком кое-кто интересовался. Ещё до смерти, конечно. Заезжал пару раз и о чём-то лично беседовал.

— Дай угадаю: кто-то из общины или ковена?

— Бери выше! Мэр.

Блэйк Александер мало кому нравился. Он поднялся сразу после гибели Хьюзов и ловко сместил предшественника. Впрочем, тогда вокруг царила такая неразбериха, что этому никто не удивился. Стэши была хорошо знакома с новостными заметками тех лет: городской совет стоял на ушах, его члены долго и упорно делили «Хьюз Индастриз», но в итоге ни к чему не пришли. С тех пор компания, приносящая городу деньги так долго, перешла в распоряжение совета, но лишь до того времени, пока не будет обнаружен ближайший родственник Шона Хьюза.

Удобно, как ни крути — все знали, что родных у Хьюзов не было.

Стэши не сомневалась, что Александер давно прибрал к рукам большую часть акций и оформил все необходимые бумаги, чтобы стать управляющим партнёром «Хьюз Индастриз». Трусоватый, чтобы конфликтовать с кем-то открыто, он тем не менее оказался изворотливым, подлым, и к тому же всегда знал, кого подкупить, чтобы оказаться в выигрыше.

Только вот зачем ему мог понадобиться простой механик…

Она слишком глубоко погрузилась в собственные мысли и опомнилась лишь тогда, когда тишину опустевшего дома Дельфины прорезал тонкий вскрик. Джин дрогнула, осела на пол сломанной куклой, запрокинув голову к потолку. Взгляд её стал пустым и безразличным.

Стэши бросилась к ней, тряхнула за плечи раз, другой. Ничего не изменилось.

— Да очнись же ты!

Джин почти беззвучно что-то забормотала. Знакомые слова сочетались с фразами на чужом гортанном языке, который Стэши никогда не доводилось слышать, и от одного вида помертвевшего лица становилось жутко.

— Афина поможет. Сейчас, сейчас…

Стэши открыла список контактов, однако Афины Гудвин почему-то не было ни на «А», ни на «Г». Она лихорадочно пролистала его с начала до конца, не веря своим глазам — ведь была же уверена, что номер на месте! Впрочем, когда они в последний раз беседовали с Афиной? Сразу после приезда Стэши в город, когда она попросила бывшую Верховную проверить хижину? Сколько лет прошло.

Тупица. Непроходимая самоуверенная тупица. Какой репортёр стирает контакты из