Шайтан Иван 3 - Эдуард Тен

— К Катерине помчалась, мириться. — вздохнула Маман.

— Глафира, кисею принеси, что к платью подвенечному приготовили.- Прислуга принесла прозрачную ткань. Маман накинула на Мару и удовлетворенно прошептала.

— Точно ни у кого не было, красавица ты наша.

Так я смог найти выход из не разрешимой проблемы. Случайно.

Венчание прошло 2 декабря, в Воскресенском соборе. Народу собралось немало. Присутствие Императорской семьи придало большую значимость нашей свадьбе. Императрица вручила Маре гарнитур, кольцо и серьги с бриллиантами, подарков было много. Император выразил свое удовлетворение моим выбором. Императрица и Великая княжна Анна были очарованы Марой, а Великий князь Михаил так пристально рассматривал её, что Павлу пришлось сделать замечание, после которого он покраснел. Единственно кто равнодушно отнёсся к ней, это жена цесаревича Александра, Мария Александровна. Совсем недавно прошла их свадьба и Мария Александровна ещё не привыкла к новой семье, она только начала учить русский язык. Это заметили все. Потом свадебное застолье, бал в середине которого подтвердили наш новый статус, мужа и жены. Мы наконец уехали к себе в новый дом. Свадьба мне запомнилась бесконечно чередой сменяемых картинок. Я никогда в жизни так не уставал, про Мару это отдельный разговор. Она так переволновалась и была в таком напряжении, что мне пришлось успокаивать её в процессе всей церемонии венчания. Только во время застолья и бала она расслабилась наблюдая за весельем царившем в особняке. Утром следующего дня мы проспали до полудня. Завтракали в своём доме, где кроме нас ни кого не было, имею в виду чужих.

Глава 18

Интересную особенность заметил, отпуск во все времена пролетает быстро и незаметно. Не успел оглянуться за всеми большими и маленькими делами, как наступило 26 января. У меня осталось ещё одно важное поручение. Это на первый взгляд оно казалось не значительным и не таким важным, если бы касалось просто знакомого или попутное выполнение простой просьбы. Сын Соловьёва растет один, без поддержки отца, что очень важно в его возрасте. Закладывается характер будущего мужчины. Поэтому решил помочь немного Александру Николаевичу. Мы с Пашей поехали в гимназию, к сыну Соловьёва. Зашли в холл здания. У широкой лестницы сидел смотритель, отставной солдат. Увидев нас, он встал по давней привычке старого служаки и на всякий случай вытянулся во фрунт. Снимаю бурку на руки Паши.

— Здравия желаю, ваше благородие!

— И тебе не хворать. Кто таков?

— Отставной ефрейтор Липецкого пехотного полка, Тулин.

— Вот, что, ефрейтор, как мне найти Соловьёва Петра, четырнадцати лет?

— Через четыре минуты сигнал на перемену, я вам найду его.

— Сделай одолжение, Тулин. — протягиваю ему пятиалтынник.

— Благодарствую, ваше благородие. — Глянув на часы взял колокол и поднялся на второй этаж.

Через минуту раздался громкий перезвон. Из классов посыпались мальчишки всех возрастов и с криками бежали куда-то. Это броуновское движение напомнило мне мои школьные годы. Единственное отличие, не было девочек. Многие, увидев нас с любопытством останавливались и разглядывали. Появился смотритель с подростком, очень похожим лицом на Александра Николаевича.

— Вот, ваше благородие, привел.

Соловьёв младший с непониманием и настороженностью смотрел на нас.

— Вы, Пётр Александрович Соловьёв, юноша?

— Да.

Вокруг собралась уже значительная группа мальчишек. Другие видя, образующуюся толпу, быстро подтягивались и пытались пробиться в первый ряд. Мне было смешно видеть множество любопытных мальчишеских глаз, которые толкались, пихались, ожидая чего интересного.

— Командир отдельной сотни, Семёновского полка, есаул Иванов. Ваш отец, полковник Соловьёв, является моим командиром и по случаю просил передать вам подарок.

— Приказный. — Паша подходит и разворачивает сверток, все видят шашку и кинжал, в паре, украшенные серебром.

— Ух ты, — проносится вздох восхищения.

— Это ваш подарок, — протягиваю ему шашку.

Он осторожно берёт и немного выдвигает из ножен. Окружающие его ребята начинают нетерпеливо галдеть.

— Петь, ну покажи, ну давай, вынимай.

— Пётр, осторожно, и шашка и кинжал боевые трофеи, можно порезаться.

— Ух, ты, боевая — разносится шелест перешептывания.

— Что здесь происходит? Немедленно разойдитесь. Мальчишки дернулись, но остались стоять на месте.

— Господин штабс-капитан, что вы устроили, и как возможно, дать в руки подростка настоящее оружие.

— С кем имею честь?

— Коллежский регистратор Толкунов Виссарион Акакиевич, учитель математики.- кивнул он.

— Ну и имечко, — пожалел я учителя.

К нам подошёл солидный мужчина в форменном сюртуке со знаками титулярного советника.

— Что за сборище, Виссарион Акакиевич? — переводит взгляд на меня.

— Титулярный советник, Щеглов Николай Маркович, заведующий учебной частью.- представился он.

— Есаул, Иванов Пётр Алексеевич, выполняю поручение полковника Соловьёва, передать подарок сыну.

— Он не мог придумать ни чего лучше, чем подарить ему боевое оружие. — влезает Виссарион.

— На Кавказе в четырнадцать лет юношам вручают боевое оружие и учат владеть им с детства, как и у казаков, мальчиков учат верховой езде и владению оружием.

— Да, это там, у вас, на Кавказе, видимо есть необходимость в этом.- веско ответил Щеглов.

— А чем наши подростки и юноши хуже них. В случае опасности для нашего отечества, им предстоит защищать его. И как они по-вашему будут делать это? Я ни сколько не сомневаюсь в вашей храбрости и отваге, Виссарион Акакиевич, покажите, как вы будете защищать отечество.

Протягиваю свою шашку, рукоятью вперёд, этому тощему недоразумению.

— Но я не умею.- растерялся он.

— В том то всё и дело. А ну, разойдись мелюзга.

Мальчишки быстро разбегаются образуя круг. Вынимаю шашку и бросаю ножны Паше. С выдохом прокручиваю разминочные движения. Большой и малый круги, восьмерку и резкие, рубящие движения по плоскостям.

Забираю у Паши бурки.

— Покажи им Паша, ножевой бой.

Паша снимает шашку и достаёт за сапожный нож и начинает выписывать ножом, который мелькает в его руках.

— А это, только он умеет такое? — спрашивает кто-то из ребят.

Беру нож у Паши и проделываю то же самое.

— А как можно научиться такому, господин есаул? — посыпалась куча вопросов и поднялся галдеж.

— Молчать! — громко и внушительно командую я.

— Господа, вы же гимназисты, а не базарная толпа. Всему можно научиться, важно желание. Было бы неплохо ввести в программу обучение военному делу. — Обращаюсь я к Щеглову.

— Пётр Александрович, я отвезу подарок к вам, домой. Я должен увидеться с вашей бабушкой. Авторитет Петра Соловьёва стал недосягаем. Матушка Соловьёва снимала двухкомнатную