Книга пяти колец. Том 6 - Константин Александрович Зайцев

Глава 17

Белая дева

Я никогда не слышал этот голос, но почему-то был абсолютно уверен, что он женский. По ощущениям говорящий или точнее говорящая стояла за моим левым плечом на расстоянии вытянутой руки. Стоило мне начать поворачивать голову, чтобы ее увидеть как тот же негромкий голос произнес:

— Не отвлекайся от игры. Стоит тебе остановиться и тебя ждет окончательное забвение, а твое тело заберет одна из тех бедных теней, что томятся тут и жаждут вновь ощутить вкус жизни. Сейчас ты в моем царстве и тут действуют мои законы. — Мне стало не по себе от этих тихих властных ноток в словах и я не рискнул ослушаться. Не знаю почему, но я ощущал свою связь с этим существом. В моей голове крутилось тысячи вопросов, но мне оставалось лишь последовать ее совету, больше похожему на приказ, и продолжить играть.

— Как же давно я не встречала людей твоей крови в царстве Ожидания. — Не смея останавливать свою игру, я мысленно задал вопрос уже понимая, что это существо, как минимум, слышит мои мысли обращенные к нему.

— Меня зовут Ву Ян, госпожа. Могу я узнать, с кем мне выпала честь общаться? — Этикет это твоя опора в тех ситуациях, когда ты не знаешь, что делать. Насколько мне известно правила поведения в Нефритовой империи это по факту отражение этикета духовных сущностей.

— У меня много имен, но ты часто приносишь их отзвук на острие своих боевых крюков. — После ее слов со всех сторон на меня обрушился целый каскад призрачных голосов и говорили они лишь одно — Смерть. — Воины твоего клана сильнее прочих связаны с моим царством. И я рада видеть тебя у меня в гостях, но ступив на дорогу мертвецов ты или пройдешь ее до конца или останешься тут. Третьего не дано.

— Я готов, госпожа. Что мне требуется сделать? — Жуткие звуки костяной флейты создавали вокруг меня безопасную зону, в которую тени окружавшие меня не могли попасть. Им оставалось лишь кружиться, словно стая акул вокруг добычи, которую они не могут схватить.

— Каждый кто приходит сюда за моим благословением должен доказать, что он достоин. Единственное, что ценится в моем царстве это воля. — Окружающий мир вдруг окутался туманом, из которого вырисовывались до боли знакомые стены покрытые логотипами известных брендов. Мой прошлый дом, в котором я провел немыслимое количество спаррингов. Смерть, в качестве испытания, выбрала для меня октагон. — Вперед дитя воронов, покажи свою волю.

Я чувствовал, что флейта мне уже не нужна. Голодные духи шептали мне свои подсказки, но их советы были отброшены. Я возвращался домой. Туда где я неоспоримый чемпион. Туда где я встретил Белую деву и она улыбнулась мне.

С каждым новым шагом во мне крепла уверенность, что она следует за мной держась на расстоянии вытянутой руки от моего левого плеча. Один мудрый человек когда-то сказал, что смерть бесстрастный судья говорящий только правду и дающие самые точные советы. Но лично я считаю, что он не прав. Смерть прекрасная женщина, с которой можно станцевать танец и пока твой внутренний огонь горит вы будете вечно кружиться вдвоем. Смерть дикий зверь разрывающий души и тела тех кто окажется у нее на пути. Она открывает свои белые объятия пустоты и дарит тебе возможность забыться. Ее две ипостаси, сплетены воедино, но в конце концов каждый должен выбрать лик своей смерти. И я знаю как будет выглядеть моя.

Когда выходишь на ринг ты отдаешь дань Белой деве. Ты ставишь свою жизнь и здоровье на кон, чтобы быть самим собой. Именно поединок сбрасывает с тебя все маски и ты показываешь, чего ты стоишь.

Рывком преодолев стены октагона я оказался внутри и тут же меня захлестнула ритмичная музыка идущая из моего сердца. Жалок тот человек, который считает, что всем может править лишь холодный рассудок и логика. Каждый из нас живет в своем внутреннем ритме и нет ничего важнее, чем научиться его чувствовать.

Тонг-тин-тонг. Звучание невидимых инструментов было созвучно с биением моего сердца.

Тин-тин-тонг. Удары незримых барабанов ускорялись все сильнее и сильнее сливаясь в яростный порыв захлестнувший мое сердце.

Тин-тон-тон. Закрыв глаза я танцевал традиционный танец тайских боксеров. Мне не требовалось видеть, я чувствовал весь октагон.

Музыка неожиданно стихла и где-то вдалеке раздался вибрирующий звук гигантского гонга.

Дууум.

Думмм.

Думммммм.

Стоя в центре клетки я улыбался. Всем своим существом я жаждал встретиться с моим новым противником. Как бы не повернулся бой, я уже был ему благодарен за то что он разделит этот поединок со мной.

Стоило вибрирующей волне утихнуть, как в клетку зашел некто выглядящий как плод воображения художника повернутого на аниме про культуристов, но не умеющего рисовать лица. Пожалуй, более уродливого человека я не видел никогда в своей жизни. Он чем-то напоминал азиатскую версию Кимбо Слайса. Такая же окладистая борода, такой же полувыбритый череп и такой же бешенный взгляд. Вот только рост и вес у него были намного больше.

Эта груда перекачанных мышц была в одной набедренной повязке, но судя по его движениям и сбитым костяшкам этот супертяж умел бить. От него просто фонило едва сдерживаемым желанием убивать. Улыбнувшись я отвесил ему легкий поклон. Вежливость превыше всего. Ответом мне был его оскал с полным ртом острых как бритва желтых клыков. Существо стоящее передо мной не было человеком.

Тук.

Тук.

Тук.

Мерные удары сердца заставляли мою кровь течь по жилам быстрее. С каждым мгновением я все больше уходил в боевой транс. Я вновь стал Яном Вороновым по прозвищу Ворон. Неоспоримым чемпионом обожающим жестокую рубку кость в кость.

Словно кто-то отдал отмашку и мой противник рванул на меня со скоростью разъяренного носорога. Гнев заполняющий меня толкал меня на безумие и сейчас мы были с ним едины.

Короткий разбег и я взлетаю в прыжке. Две ноги вбитые, на противоходе, в подбородок урода отбросили его к сетке. Перекат назад и я вновь был на ногах, готовый ко всему. Мне не нужны были кольца силы, чтобы чувствовать как ярость и злость сжигают душу моего противника. Один из нас сегодня умрет.

Я шел ему навстречу в свободной стойке, раскинув руки в стороны. С ядовитой ухмылкой на лице, я показывал всем своим видом, что он мне не соперник. Издевательски махнув ладонью, я пригласил