Мой сладкий грех (СИ) - Ника Орлова

и та выдала такую инфу, что стало даже смешно. Это двоюродный брат Карины, видела его последний раз года полтора назад, приходил к ним на работу, денег у нее клянчить. Все сходится, как раз до посадки. Все было на поверхности. Тварь!

Завернувшую из-за угла дома с каким-то хреном, Карину вижу издалека, и внутри в геометрической прогрессии разрастается ярость.

Вдох-выдох, беру волю в кулак. Выхожу из машины, они подходят, и Карина замечает меня. Тормозит, смотрит в упор, пытается понять с чем пришел. Иду навстречу, кидаю беглый взгляд на спутника — блондин, лет тридцати, неплохо сложен, слегка слащавый.

Встречаемся с ней взглядами и в моих, видимо, сверкает молния. Карина отступает на шаг.

— Нужно поговорить, — без прелюдий выдвигаю я.

— Мне сейчас нужно уходить, я только переодеться зашла, — пытается держаться непринужденно, но со мной не срабатывает. Я страх на расстоянии чувствую, на уровне флюидов, всегда.

— Я не спрашиваю, я констатирую.

— Карина, кто это? — пытается переключить на себя ее внимание мужик.

— В машину за мной иди! — жестко наседаю, здесь полно свидетелей, а мне нужна от нее правда, и я ее выдавлю из нее любыми способами.

— Никуда она с вами не пойдет! Вы кто вообще? — он встает впереди нее.

Больше цивилизованный тон мне не дается. Врезаю ему под челюсть, так, чтобы не сломать, но, чтобы почувствовал. Он с воплем отлетает в сторону, падает на карачки, но быстро встает и кидается ко мне. Карина визжит, зовет на помощь. Прохожие разбегаются врассыпную, растаскивать двух здоровых мужиков ни у кого желания не возникает. Я вырубаю этого чертилу ударом по почке, он падает, скрючивается и больше встать не может. Держится за место удара и пытается прийти в себя.

Карина затихает, понимает неизбежность разговора.

— Давай здесь поговорим, мне правда, нужно уходить.

Беру ее под локоть и тащу к машине. Она не упирается, понимает, что силы не равны, только скулит, что от моего захвата ей больно.

Закидываю на переднее сидение, сажусь за руль, щелкаю замками на дверях, чтобы не было возможности открыть, и отъезжаю со стоянки.

— Куда мы едем? — испуганно спрашивает она.

— Поговорить.

— Зачем куда-то ехать? О чем поговорить?

— Уверен, ты догадалась.

— Я понятия не имею.

— Не торопи события, скоро узнаешь.

Через пятнадцать минут выезжаю за город, держу путь на горную трассу. Карина начинает причитать, снова заваливать вопросами куда и зачем. Я абстрагируюсь, молчу, стараюсь не сорваться. Сворачиваю на мост через реку, через двести метров ухожу на грунтовку, ведущую в лес. У Карины начинается паника, она начинает плакать.

— Назар, что происходит? Куда ты меня везешь?

Сворачиваю еще раз и доезжаю до конца уже даже не дороги, а широкой тропинки. Останавливаюсь у самого обрыва, внизу горная река, правда в этом месте она больше похожа на ручеек. Зато обрыв глубокий и широкий.

Глушу двигатель.

— Где сейчас твой брат?

— Какой брат? — от страха прекращаются слезы, и она переходит на шепот.

— Черных Александр Юрьевич, 23 года, уроженец Новороссийска. Ты ведь тоже оттуда родом, кажется?

— Я не знаю…

— Это неправильный ответ. Еще один неправильный, я закрою тебя в машине и спущу в этот обрыв! Чтобы почувствовала то, что пережила Ника! — голос дрожит от злости, жар приливает к лицу. — У тебя есть тридцать секунд подумать: либо ты мне рассказываешь, как заплатила этому чмырю, чтобы он повредил тормоза, либо тебя больше никто не найдет. А его я найду немного позже. Менты уже все знают, но я хочу первый до него добраться, у меня прямо мечта за эти дни появилась. Ты, кстати, как заказчик пойдешь под статью.

Ее глаза загораются ужасом, в руках появляется мандраж, голос срывается.

— Я написала ему в тот день, что передумала, но он не прочитал смс. И трубку не брал специально! Понимал, что деньги придется вернуть, — рыдает она. — Это ведь легко, проверить переписку!

— Конечно, все проверят! Будешь к ментам, как на работу ходить, если не скажешь, куда он мог слиться! — ору я, меня трясет нешуточно, пульс орет сиреной и сердце чуть не выскакивает из грудины.

— Он на квартире жил, а потом исчез. Я сама дозвониться не могу. Назар, я пьяная была, когда его попросила об этом. Мы в клубе встретились в тот вечер, я не соображала! Поверь, я не хотела, поверь мне! — она снова начинает рыдать, заламывает руки, похоже осознает, куда влипла.

— Ты, с*ка редкая! Как может женщина быть такой жестокой? В моем окружении нет ни одного мужика, который бы замахнулся на такое! Ты кого хотела убить? Меня?! Нику?! Или кто первый сядет за руль? Не принципиально, правда?

— Я не хочу это слушать! — она закрывает лицо руками, шатается взад-вперед, ее паника и страх перерастают в истерику. — Я не хотела, чтобы так произошло!

Сдаю назад, понимаю, что она не знает где он, так и думал, что подался в бега.

Выезжаю на трассу, Карина переводит обезумевший взгляд с меня на дорогу и обратно. Боится задать вопрос.

— В ментовку тебя сдам, там умеют память освежать.

— Нет, пожалуйста! Я не знаю где его искать, я не хочу в полицию! — истерит она.

Ненавижу ее в этот момент, просто больше не могу выносить, руки так и тянутся придушить. Сворачиваю на обочину, снимаю блокировку с замков.

— Выходи! — смотрит с недоумением, а меня мелко трясет, душно находится с ней в одном пространстве. — Даже не пытайся бежать, только усугубишь свое положение. Твое фото и данные разосланы куда нужно, даже если и получится, я тебя через интерпол найду. Завтра передадут информацию в агентство.

— Не надо, прошу тебя! Не сообщайте на работу, я расскажу в полиции как все было.

— Выходи на х*р, пока не выкинул!

Она выскакивает из машины, а я даю по газам, оставляя ее позади. Еду и не понимаю, легче мне, что все стало понятно, или нет. Пока я не чувствую облегчения. Мне нужно найти этого урода.

Глава 19

Ника

Вчера врач отменил мой бандаж, и я, наконец, могу жить полноценной жизнью. Из процедур остался массаж и различные упражнения, которые я делаю самостоятельно. Но в общем, чувствую себя прекрасно, прямо хочется какого-то движения, я никогда столько не сидела дома. Целых три недели! Ко мне, конечно, приезжал Назар, Стася приходила почти каждый день, Ульяна пару раз в неделю. Иногда мы собирались втроем и сидели у нас на террасе. Само собой, приезжал пару раз Карим, один раз даже с Родионом.

Назара нет