Мой сладкий грех (СИ) - Ника Орлова

не хочется, немного начала ныть сросшаяся ключица, но ему я об этом точно не скажу. Он пододвигается, обнимает одной рукой и утыкается мне в плечо.

— Даже не верится, что все закончилось, — говорит устало.

— Ты о чем?

— Об аварии. Сегодня ночью Черныха арестовали.

— Вот так новости. Почему сразу не сказал?

— Мне эта тема уже по горло. Давай не будем больше об этом говорить. Особенно сегодня.

— Давай. А что сегодня особенного? Ну кроме окончания твоего целибата.

— Хм, — его губы растягиваются в улыбке на мою шутку, — сейчас поедем в одно место. У меня для тебя сюрприз.

Не знаю, что там за сюрприз, только мы едем на другой конец города и меня все больше разбирает любопытство. Через какое-то время сворачиваем к зданию огромного автосалона. Смотрю на Назара вопросительно.

— Это Полянского салон, — объясняет он с улыбкой.

— Мы в гости?

— Мы по делу, но можем кофе выпить.

Выходим из машины, Сергей показывается в дверях центрального входа и идет нам навстречу.

— Привет, — здороваемся, они жмут руки.

— Как здоровье? — интересуется у меня.

— Все хорошо.

— Выглядишь отлично.

Взгляд Назара задерживается на чем-то в районе угла здания за рядами выставочных машин.

— Заправлена? — обращается к другу.

— Конечно.

— Идем, — берет меня за руку.

Мы направляемся прямиком к отдельно стоящему от общей массы машин, белому БМВ. Полянский остается позади, я уже ничего не понимаю.

— Это мой подарок тебе, — нажимает кнопку на ключе и открывает передо мной водительскую дверцу.

Шок, гром и молния проносятся в моем мозгу. Ошарашенно смотрю на него и не могу произнести ни слова. Так и стоим, взирая друг на друга, я с офигевшим выражением лица, он в ожидании.

— Ника, очнись!

— Я…спасибо, это немного неожиданно…сейчас.

— Тебе не нравится?

— Нравится, очень. Но я сомневаюсь, что с могу сесть за руль теперь…

— Поэтому и купил. Если сейчас не переборешь этот страх, потом будет гораздо сложнее.

Вдох-выдох. Заставляю себя заглянуть в салон.

Шикарные белые кожаные сидения, впечатляющая передняя панель с множеством функций, встроенный навигатор, четыре колонки. Красиво, но перед глазами проносятся кадры аварии, и я захлопываю дверцу. Даже не думала, что будет такая реакция, мне, как будто, душно. Назар это видит, сжимает меня за плечи, заставляя посмотреть в глаза.

— Ника, знаешь, что меня в начале наших отношений удивило в тебе больше всего? Что ты ничего не боишься, что смело шагаешь ко всему новому и тебе все оказывается по силам. Я не хочу, чтобы этот случай сломал тебя. Сильные люди закусывают губу, сжимают кулаки и преодолевают страх, другого варианта решения нет.

— Ты хочешь, чтобы я сейчас поехала? — желудок скручивается в узел, мышцы напрягаются до боли, я зажимаюсь от нахлынувшей паники.

— Я буду рядом. Если станет совсем невмоготу, пересядешь.

— Ладно, а куда поедем? — тревога так и не проходит.

— За город, в горы, там меньше движение.

Завожу двигатель, он взрывается характерным рыком, машина мощная, в отличие от мерседеса, высокая, с хорошим обзором. Трогаюсь с места, вцепляюсь в руль до боли в запястьях. Сердце навылет, Боже, зачем я согласилась?

Выезжаю на дорогу и понимаю, что мне хочется плакать. Доезжаю до ближайшего съезда, сворачиваю и торможу.

— Все, сдулась? — спокойно спрашивает Назар.

Мне так обидно, не знаю, что делать, пойти на принцип и пусть сам едет за рулем или поддаться этой шоковой терапии.

— Нет, не сдулась, остановилась, чтобы собрать себя в кучу, — выдаю я.

Завожу и снова выезжаю на трассу. Сосредотачиваюсь на дороге, пытаюсь привыкнуть к управлению. Машина незнакомая, но довольно удобная в плане соотношения кресла и руля.

— Расслабь руки и спину, едь медленно до тех пор, пока тебе самой захочется ускориться.

Стараюсь выполнить инструкции, сначала получается не очень, еду двадцать километров в час, можно сказать ползу. Назар ничего на это не говорит, просто следит за дорогой.

Когда выезжаем на горную трассу, машин практически нет. Я почти месяц, кроме как в клинику, никуда не выезжала, меня так захватывает красота раскинувшихся вокруг гор, что я позволяю себе, на какие-то секунды отрываться от дороги, а потом и вовсе практически расслабляюсь. На ровном участке нажимаю газ и ускоряюсь до сорока километров. Назар посматривает на спидометр.

— Быстрее не надо ехать. На сегодня это максимальная скорость.

— Угу, — начинаю понимать, что ничего ужасного не происходит, мне комфортно и даже почти спокойно.

Вспоминаю, что здесь неподалеку ресторан, в котором мы когда-то первый раз обедали, сворачиваю и еду туда. Назар не спрашивает, судя по всему, догадался.

— Приехали, — вдыхаю полной грудью и улыбаюсь, заглушив мотор на парковке ресторана.

— Солнышко, я тобой горжусь, — с нотками облегчения вещает Волков. Только сейчас понимаю, что он всю дорогу переживал. А мне казалось спокоен, как удав.

То ли от стресса, то ли от свежего воздуха, но мы обнаруживаем, что сильно проголодались. Заказываем первое, мясо, салаты, компот, я дополняю заказ еще и десертом. Закрываю меню и с вызовом смотрю на Назара.

— Что?

— Ты не беременна?

Вопрос вводит меня в краску.

— Нет, просто проголодалась.

— Окей.

— А что бы делал, если бы ответила положительно? — мне прямо становится любопытно, мы никогда не говорили о детях.

— Охренел бы. А потом, как любой нормальный мужик — женился и воспитывал.

Теряюсь в чувствах, он сейчас это понял или думал об этом? Его слова заставляют посмотреть на наши отношения с другого ракурса. Даша бы назвала их серьезными, а мне просто очень приятно и неожиданно надежно.

— Назар, спасибо тебе за машину, это как снег на голову, но совершенно невероятно. Я оценила, правда, просто вначале испугалась.

Только сейчас прихожу в себя и до меня доходит смысл происходящего. У меня есть автомобиль, свой!

— Пожалуйста, — улыбается.

Нам приносят еду, и мы с удовольствием уплетаем борщ со сметаной. Солнце заходит за гору, легкий ветерок приятно обдувает и дарит облегчение в жаркий день. Чувствую себя здоровой, любимой и счастливой. Жизнь налаживается.

Глава 21

Назар

— Что с тобой в последнее время? Не замечал раньше за тобой безрассудных поступков, что сейчас изменилось?

— Пап, не знаю, переклинило.

— А если бы убил?

— Но не убил же.

— Сегодня Калинин встречается по этому вопросу со следователем, тот грозится открыть дело.

— Замнет?

— Замнет, вопрос цены.

— Ну и отлично.

— Ничего отличного не вижу. Ты же не подросток, включай мозги в следующий раз.

Вид из кабинета отца на бухту яхт-клуба, навевает желание выйти на яхте в море и, наконец, расслабиться за столько беспросветных недель. Даже не помню, когда был на пляже