Песнь о Сиде - Рагим Эльдар-оглы Джафаров

– Это для твоего же блага! – пояснил тот. – Он бы всем рассказал!

– Все и так узнают! – зашипел Роман, помогая Сиду идти. – А. может смотреть через мои глаза.

Они уже вышли в гараж, но после этой фразы Сид остановился.

– Парень с татуировками в бровях?!

– Быстрее! – торопил их Н.

– Ты видел парня с татуировками в бровях?! Это его ты называешь А?! – не унимался Сид.

– Броневик – это вон та дура? – уточнил фальшивый Н.

Роман посмотрел, куда он указал.

– Да!

– Ючи, за руль! Сид, быстрее!

– Парень с татуировками в бровях? – не унимался Сид.

– Да!

– Он здесь?!

– Да!

Сид вдруг попытался повернуться и пойти в обратную сторону. Но ничего не вышло, он сразу же запнулся и упал на колени.

– Пендехо!

Роман и фальшивый сержант подхватили его под руки и потащили спиной вперед к броневику.

– Ладно, может не сегодня… – совсем тяжело дыша, согласился Сид.

Наконец кто-то из преследователей выглянул из двери в гараж, быстро оценил обстановку и отдал команду остальным.

– А, к черту, сам поведу! Быстрее, ну! – усаживаясь на сиденье, кричал фальшивый Н. – Закидают гранатами!

Но их торопить было совсем не обязательно. Они закинули Сида в машину буквально как мешок, запрыгнули следом и закрыли дверь. И в эту секунду первая очередь полоснула по броневику.

– Сука! – ругнулся фальшивый сержант, дернувшись.

– Автоматами не пробьют, – совсем неуверенным тоном успокоил то ли его, то ли себя Роман и подсказал дорогу водителю: – Тут направо!

Они оказались у закрытой массивной металлической двери. Фальшивый Н. ударил по тормозам. Машина замерла. Все посмотрели на ворота.

– Как их открыть?! – рявкнул фальшивый Н.

– Их закрыли с пульта, а значит…

– Как открыть?!

– Приложить вон туда ключ-карту, – Роман указал на небольшую панель у ворот.

В эту секунду еще несколько пуль ударили в броневик. Все вздрогнули и обернулись.

– То есть надо выйти?

– Да… – Роман понял, в чем проблема.

Панель расположена за парапетом, на высоте. Эта точка простреливается почти с любой части гаража. Тот, кто выйдет, в машину уже не вернется.

Все переглянулись. Роман почувствовал, как снова задрожали колени.

– Либо один труп, либо четыре, – сказал Сид, не открывая глаз.

– Без меня бы вы и сюда не добрались! – буквально взвизгнул Роман.

– А кто тогда пойдет? – ткнув в него стволом автомата, спросил фальшивый сержант. – Чем дольше тянешь, тем меньше шансов вернуться живым.

Как будто в подтверждение его слов, машину осыпал шквал пуль. Роман едва не заплакал. И сам не понял, от чего именно. То ли от того, что спасение было так близко. То ли от того, что он снова глупо ошибся. Эти люди ему вовсе не друзья. Им нет никакого резона спасать его жизнь. Они его просто используют.

– Пендехос, вас всему надо учить, – все еще не открывая глаз, устало вздохнул Сид. – Выходи из машины с картой. Тору, сдавай назад и отвлекай наших подружек, Ючи, там бойницы в стенах, ну стреляй, а!

Все еще раз переглянулись. Ситуация вдруг перестала быть неразрешимой. И хотя осадок остался, все решили пока забыть обо всем и действовать сообща.

Роман выскочил из броневика в тот момент, когда машина рванула задним ходом, поливая пулями показывающихся из-за техники противников. Они уже настроились на погоню, поэтому двигались глупо, просто неслись быстрее вперед. А потому, когда броневик стал откатываться назад, оказались без прикрытия.

Роман одним прыжком взлетел на парапет и трясущимися руками приложил карту, ожидая, что спину вот-вот прострелит боль. Буквально прострелит. Ему казалось, что сейчас все целятся именно в него. Руки так дрожали, что карточка ерзала по считывателю, рискуя вовсе соскочить в сторону. Так дело не пойдет.

Один Миссисипи, два Миссисипи, три Миссисипи. Загорелся зеленый индикатор. Он спрыгнул с парапета, броневик снова сменил направление движения и мчался к воротам. Но ждать его на открытом месте глупо.

Роман поднырнул под медленно ползущие вверх ворота и оказался в ночном городе. Вдохнул удивительно сладкий воздух полной грудью, захохотал и осекся. Прямо перед ним стоял удивленный часовой. Роман покачал головой. Он не оперативник, он не выезжал из гаража на машине. Он не знал, что после туннеля, за дверью, еще один пост.

Ворота за его спиной медленно, слишком медленно ползли вверх. Часовой, судя по выражению лица, уже сообразил, что происходит. А у Романа нет даже пистолета. Он почувствовал, как глаза застилают слезы.

Он уже не видел часового, только смутную фигуру где-то вдали. Вот и все. Это последнее, что он увидит. Но он все-таки выбрался. Вдохнул этот сладкий воздух. Заскрипели тормоза, открылась дверь.

– Ну быстрее! – рявкнул фальшивый сержант и, поняв, что Роман в ступоре, за шкирку затащил его в броневик.

Хлопнула дверь, машина рванула с места.

– Чего ты встал?! – злился фальшивый сержант, закрывая голову руками, потому что очередная порция пуль стучалась о корпус, настойчиво желая попасть внутрь.

– Почему он не выстрелил? – ошарашенно спросил Роман. – Я же видел, он мог! Почему он не выстрелил?

– Тебя ебет или интересует? – выворачивая руль, сквозь зубы спросил фальшивый Н.

16

– Да не дави ты так, пендехо! – оскалился Сид. – Просто прикладывай!

– Я же не знаю, как это работает! – разозлился Дельгадо. – Не понимаю, помогает или нет, работают они вообще?

– Работают!

Дельгадо пожал плечами. Работают, и отлично. Кожа Сида действительно приобрела более приемлемый оттенок, он перестал тяжело дышать, да и ругань о чем-то говорила. Раз есть силы ругаться, значит, опасность миновала. Он сделал шаг назад и убрал от раны руки в перчатках.

– Все? – уточнил Дельгадо. – Снаружи-то я вижу, а внутри…

– Откуда мне знать? – вопросом на вопрос ответил Сид.

– Внутри что-нибудь болит?

– Душа, эрмано! Душа! – Сид картинно приложил руку к груди.

– Нет у тебя души! Это гастрит!

Впрочем, всем стало очевидно, что опасность миновала. Если у Сида и есть внутренние повреждения, прямо сейчас он на тот свет не отправится.

Все расслабились и перестали толкаться возле раненого. Разбрелись по помещению в поисках мест для отдыха. Кто-то присел на подоконник, кто-то на ступеньку лестницы, кто-то в кресло, только Ивица остался стоять, скрестив руки на груди. Сид все еще лежал на прилавке.

В этот момент звякнул колокольчик, щелкнула табличка над дверью. Все невольно посмотрели на нее и прочли надпись «Хьюстон».

В лавку вошел Эзра. Он приподнял одну бровь и стал медленно осматривать помещение.

Дельгадо, сидящий на ступеньках, на секунду зажмурился, пытаясь сообразить, с чего начать разговор, но не успел открыть рот, Сид его опередил. Он соскочил с прилавка и наигранно улыбнулся.

– Хефе! Ты же должен был вернуться через неделю? Как поездка, все ли хорошо? Может…

– Кто это? – перебил его Эзра и еще раз окинул лавку взглядом.

Дельгадо встал с места и поднял руки в успокаивающем жесте.

– Я все объясню, просто не торопись с выводами.

– Я и не тороплюсь, – Эзра медленно обошел вокруг прилавка, провел пальцем по тому месту, где недавно лежал Сид, и посмотрел на результат, потом медленно перевел взгляд на Дельгадо.

– Я был ранен, да! – начал было Сид, но Эзра снова его перебил:

– Жаль.

– Спасибо, хефе! Уже все хорошо!

– Жаль, что тебя не убили, – закончил свою мысль хозяин лавки и сел в свое кресло. – Итак, Дельгадо, я тебя слушаю.

Дельгадо снова прикинул, с чего лучше начать и как бы не запутать собеседника.

– Когда ты уезжал, – наконец начал он, – мы планировали одну операцию, если помнишь.

– Помню, – кивнул Эзра. Он достал из-под прилавка коробочку с монпансье, положил перед собой, открыл и стал в ней что-то выискивать.

Дельгадо покосился на Сида, не зная, хороший это знак или плохой. Тот аккуратно помотал головой, как бы говоря: может быть и так и эдак.

– Мы хотели добраться до одного места, в котором, по нашим данным, должны лежать артефакты. Мы же тут именно для этого, да? Мы добываем для тебя артефакты.

– Хорошо, что вы помните, зачем вы тут, – хмыкнул Эзра, продолжая с раздражающим звуком шарить в коробочке монпансье. – А то я засомневался.

– Так вот, Сид отправился к одному человеку, который знает план этого помещения. К архитектору.