Принцесса на измене - Варвара Мадоши

— Пусть попробуют, — хмуро сказал я. — Неэтично, но в этой ситуации я «включу барона» без зазрения совести!

— Если что, мы ее просто похитим, — кивнула Мира.

— Надеюсь, до этого не дойдет. Хотелось бы все-таки миром решить… Ладно, в крайнем случае, деньгами уладимся. Или через герцога Эмлиса буду действовать. Корпоративная солидарность и все такое. А понадобится — так и через короля. Но не думаю, что будут проблемы. За обычного ребенка с Ядром родня бы схватилась — но от некроманта скорее рада будет избавиться. Тем более, Ильза не ладит со свекрами, и у них еще с десяток других внуков.

— Поняла, поняла, — кивнула Мира. — Но… раз такое дело, может быть, стоит Рагну охранять? Вдруг бабка с дедом решат чем-то ей повредить?

Пугающая мысль. Мне она бы и в голову не пришла — но Мира, безусловно, лучше меня ориентировалась в непростых семейных отношениях!

— Блин… — пробормотал я.

Мы с Мириэль оба устали до предела. Если я останусь ночевать в одной комнате с Ильзой, это вызовет пересуды. А просить Миру мне очень не хотелось бы: она устала еще больше! Я-то хоть прошлой ночью немного поспал, а она уже двое суток глаз не сомкнула. Да и дралась гораздо больше меня.

И тут моя жена коварно улыбнулась.

— Оставь здесь Ночку! В виде кинжала. Попроси ее помочь. Думаю, она не откажется.

— Точно! — я хлопнул себя по лбу. — Мира, ты молодец. А я тоже хорош! Все-таки иногда забываю, что Ночка человек. И ей, наверное, тоже тревожно — что там с Рагной.

— Все мы забываем, — со вздохом сказала Мира. — Трудно помнить, когда она ничего не говорит и ни с чем не спорит! И… Рей, а мать девочки не будет возражать, если я войду и посмотрю на нее?

— А это ты уже у нее спрашивай, — отбоярился я. — Ильза произвела на меня впечатление адекватной женщины. Пойду с Ночкой договариваться.

Ночка, похоже, не возражала, потому что по первому же намеку приняла облик страшноватого обсидианового кинжала, который я с необходимыми пояснениями оставил в колыбели Рагны. Ильза восприняла это и с недоверием, и одновременно с облегчением: не знаю уж, боялась она свекрови или какой-то сторонней беды, но явно очень не хотела потерять чудом ожившую дочь! Я, правда, не сказал ей, что кинжал — моя жена-голем, а просто назвал ее живым разумным кинжалом, который будет охранять Рагну. Ильза это под сомнение не поставила.

Она также разрешила Мире подержать малышку, и моя эльфийка вдоволь насюсюкалась с младенцем. Я же сознательно удержался — очень хотелось, но стоило представить, с какими осложнениями это все будет связано через пресловутые восемнадцать лет, если я ненароком проникнусь к Рагне отцовскими чувствами… нет уж! Лучше не создавать себе лишних психологических проблем на пустом месте. У меня достаточно детишек, которых я могу тискать без всяких опасений.

Может быть, я и дул на воду — по опыту, совсем крохотные малыши-кулечки мало напоминали себя будущих — но береженого богиня Любви бережет.

Я же отправился разыскивать Кэтрин. Мне нужно было проверить, разместила ли она всех наших людей, как там Хелена и Миш, не нужно ли им чего. Только после этого я мог с чистой совестью отправиться спать… Кстати, а куда?

Но оказалось, что Кэтрин уже разобралась со всем без моего участия, распределив наших людей по домам, конюшням и сеновалам. Хелену с Мишем она поместила в дом здешнего старосты и его жены, той самой Магды. Сама остановилась там же.

Об этом мне поведала нянька Камилла Мозес.

— Капитан Грэйвз любезно предложила ночевать в одной комнате с госпожой и маленьким господином, чтобы охранять их, — сказала нянюшка. — Очень предусмотрительно с ее стороны!

Молодец, Кэтрин! Действительно, молодец. Хотел бы я знать, о чем они там будут говорить перед сном… Хотя нет, по здравом размышлении, не хотел. Я и в разговоры своих-то жен стараюсь не лезть — они иногда такие вещи обсуждают, что мне хоть под землю провалиться!

Однако мне все же нужно было перекинуться с ней несколькими словами, чтобы уточнить, что именно сообщить Мишу во сне… Ах, блин, если удастся послать ему сон! Он-то вряд ли сейчас спит… Правда, может, мне повезет, и выяснится, что он задремал в седле?

Короче говоря, я направился к дому старосты, не сразу нашел, с какой стороны вход — он стоял как-то боком к улице, в отличие от всех остальных деревенских домов, — и вынужден был обходить под окнами. И услышал обостренным драконьим слухом кусок как раз того разговора, который подслушивать не собирался! К счастью, он не касался Мишеля или каких-то интимных подробностей. Хелена говорила сквозь всхлипы:

— Я… я до сих пор в себя прийти не могу! Держала этот кинжал, и знала, что… Что это мой долг… Но как бы я это сделала⁈ Руки еще дрожат, посмотри! Как мне вообще такая мысль в голову пришла⁈

И голос Кэт, очень мягкий:

— Ш-ш-ш, все хорошо. Не понадобилось — и отлично, живем дальше. Но ты правильно все решила. Как настоящий командир. Ты должна была позаботиться так о сыне, если по-другому никак, ты права. Я вот не сообразила. А ты сообразила.

М-да. Мне тут же расхотелось вызывать Кэтрин на разговор. Пусть утешает Хелену — вообще пусть налаживают отношения, может, пригодится еще. У меня еще со вчерашнего дня метались в голове полуоформленные мысли насчет этой троицы, но я сознательно не давал им хода. Что бы там себе ни думали мужчины, в такой ситуации все зависит от женщин. Если они поладят — считай, девяносто процентов сделано, осталось только уговорить… нет, даже не Мишеля, с ним-то все ясно. Еще кое-кого.

А если не поладят, то все. Либо Хелена будет благородно закрывать глаза на измену (и страдать), либо Мишель и Кэтрин будут благородно делать вид, что забыли друг друга (и страдать), третьего не дано.

Короче, я отправился в дом, с хозяйкой которого Кэтрин договорилась насчет меня с Мирой. Это был второй по величине дом в деревне после старостиного, там заодно расположились няня Камилла и служанка. Но нам с Мирой отвели отдельную комнату — правда, маленькую, зато с настоящей мягкой кроватью. В нее я и рухнул, машинально проделав нужные магические действия. К счастью, само по себе насылание сна — очень низкоэнергетическая штука,