Закат Человечества - Даниил Тихий

может поделиться целой кучей деталей. От фильтрующих элементов столь необходимых сейчас общине, до ячеек аккумулятора.

Дед знал какая задача им предстоит. Ознакомился со слепками памяти и скриншотами. Поэтому набор тросов, парамагнитных застёжек и даже рукотворные петли с деревяшками, были притащены в тоннель топтунами.

Тем не менее перед началом работ следовало убедиться (насколько это вообще возможно) что вентилятор не загремит на пол и не расплющит работяг об лёд.

Старатель проник во внутренние помещения через проём в стене. Ангар, некогда забитый товарами, был разграблен. Многочисленные стеллажи были обвалены и раздавлены обрушившимся потолком и стенами, а затем сюда пришла вода и застыла с первыми морозами, превращая завалы в обледенелые горы.

Здесь не было снега, но наросшая толстым слоем изморозь хрустела от каждого его шага.

Осмотревшись, Дед приметил пролом в потолке, но ступив на обледенелый склон понял, что так просто туда не заберётся. В поисках иных, более доступных вариантов он прошёлся между завалами и обнаружил почти нетронутую лестницу, а на ней — человека.

Бедолага замерз насмерть, сидя на ступеньках и обхватив себя руками.

Дед не стал его трогать. Слой инея скрыл лицо мертвеца, одежда примёрзла к телу, а рюкзака или оружия не было видно. Под его комбинезоном могло найтись что-то ценное, но старатель отогнал мысли о мародёрстве прочь. Прежде всего нужно было выполнить работу и позаботиться о покойнике.

Напарник чеченца был твёрдо уверен, что нажива в этой жизни далеко не самое важное.

Поднимаясь по ступенькам, старатель приметил отсутствие следов и оказавшись на втором ярусе отправил сообщение Волку:

Нашёл лестницу. Совпадает с довоенным планом тоннеля. Целая.

Волк ответил незамедлительно:

На позиции. Поднялся штурмовыми перчатками.

Дед принял информацию к сведенью и продолжил осмотр. На втором ярусе было ветрено, из разбитой вентиляционной шахты задувал холодный ветер. Споткнувшись, старатель бросил взгляд под ноги и обнаружил второй труп.

Рука торчала из наледи и была буквально вморожена в пол, что делало едва различимой среди обломков. Присев на корточки и рассмотрев находку внимательней, старатель понял, что ручка принадлежит ребёнку, едва перешагнувшему порог подросткового возраста.

Задрав голову к потолку, он со всей силы сжал пальцы на соколе и втянул носом воздух.

Не уберегли…

Не защитили…

Поднялся и перешагнув конечность Дед пошёл дальше, пробуя наледь ногой. Проваливаться и прибавлять своё тело к уже лежащим под обломками и льдом старателю не хотелось. Находки настроили на рабочий лад, заставили подобраться и ощутить холодок блуждающей по тоннелям смерти.

У тебя пульс подскочил. Проблемы?

Дед вышел к вентилятору. Механизм нависал над тоннелем прямо перед ним. Наполовину провалился в помещение, держась на остатках лопнувшей трубы, кабелях и метровом слое льда.

Всё в порядке… здесь тела. Возможно, лежат с начала зимы.

Что с целью?

Можно работать из помещения. Болтаться на стене не придётся.

Дед заминировал шахту осколочной миной, а затем ушёл вниз и отправив топтунов выполнять их работу поделил с Волком сектора наблюдения. Ветер подвывал и свистел между ярусами, заставляя старателей мёрзнуть.

Сверху сыпались искры, это искорёженный технический люк вентилятора никуда не годился, и топтуны его вскрыли, взрезав металл плазменной дугой притащенного с собой резака.

Металла в городе было в достатке. Кабеля, трубы, бытовые предметы и ворота ангаров, с лёгкостью раскладывались на элементы в синтезаторах и проходя через промышленные принтеры, доставленные в Башню, превращались в нужные предметы и детали.

Но группу интересовал не металл. Её интересовали куда более технологичные продукты человеческого труда. Сложные в изготовлении или требующие специального, недоступного общине оборудования.

В ворохе искр люк упал на перрон издав куда больше шума чем требовалось для того, чтобы вызвать раздражение Деда. Топтунам повезло, что камни были покрыты льдом и скрадывали звук.

Старатель не стал отчитывать неосторожных рабочих. Шевельнулся в темноте прохода, заставив сенсоры в линзах очков вращаться из стороны в сторону и снова замер, держа оружие наготове.

Тоннель не отозвался на звук упавшего люка, а мёртвый город повременил наказывать нарушителей своего покоя. Наверху снова использовали резак, посыпались искры.

Работа продолжалась.

С тех пор как за их парой закрепилась репутация проводников, Дед стоял вот так и ждал уже десятки раз. Его опыт позволил придумать игру, способную заставить внимание быть таким же острым, как и в первую минуту весьма долгого ожидания.

Старатель искал подвох.

Его взгляд блуждал по трещинам и завалам. Изучал морозный рисунок на стенах и забирался в тёмные ниши выбитых ангарных створок. Где-то здесь таилась угроза, разглядеть которую стало главной задачей бывшего машиниста. Находясь на посту, он не допускал даже мысли о том, что всё может пройти гладко.

Двое человек никак не могли контролировать округу целиком. Довоенные карты зачастую передавали лишь общие черты, но не соответствовали действительности. Сдвиги породы и несущих плит вызвали цепную реакцию разрушений во внутренних помещениях-пристройках, что шли вдоль стен любого тоннеля. Эти конструкции складывались внутрь себя, потолки обваливались, хороня под собой товары и стеллажи, а отдельные стены переставали существовать, открывая новые пути движения.

Именно поэтому старатели теперь носили с собой ставшие популярными осколочные мины. Башня производила их в достатке, и как только нужды многочисленных патрулей, несущих службу на поверхности, были закрыты, первые партии “сито” выбросили на внутренний рынок.

Деду сразу полюбилась поделка, как только он увидел первые кадры подрыва. Сама форма мины в виде блинчика позволяла размещать её в многочисленных щелях среди завалов поворачивая боевую часть в какую угодно сторону и практически под любым углом. Поставил на ребро, прижал камушком потяжелее и пускай “смотрит” прямо на тропу. Покажется изменённый? В его сторону уйдёт конус лёгких осколков, без труда срывающих мясо с костей и превращающих незащищённых бронёй выродков в решето. В условиях замкнутых пространств, подъездов и иных помещений, эти осколки ещё и рикошетят будь здоров, устраивая настоящую мясорубку в ограниченном пространстве.

Вижу движение. Мой сектор, дистанция двести, ориентир — двойная вершина обломков.

Сообщение от напарника заставило Деда вздрогнуть и приложить приклад пневматической винтовки к плечу. Прикладываясь к оптике, он задал всего один вопрос:

Характер движения?

Слепок памяти смазан, ИскИн выдаёт 47 %-тную вероятность гуманоидного типа, но никакой определённости.

Дед окинул искомый ориентир взглядом через оптику и ничего не увидел. Тем не менее, Волк не мог ошибаться, а значит за зубчатой вершиной в двухстах метрах от них и в самом деле кто-то скрывался.

Гуманоидного типа… или низший изменённый или человек, одно из двух. Другое дело, что Волк уловил настолько смазанное движение, что даже