Василий Тёркин - Александр Твардовский

КП, К

9-24 В К — нет.

14-24 В КП — нет.

22 Не застроенный зимой,

3, 1944, 1944С, 1946СП, 1946В, 1946Г

29-54 Вспомнить разом, что придется:Сонный полдень над водой,Дворик, стежку до колодца,Где песочек золотой,Книгу, читанную в поле,Кнут, свисающий с плеча,Лед на речке, глобус в школеУ Ивана Ильича…

Детства день до гроба милый,Край родной, что сердцу свят.

КП, К

57-64 в КП, К — нет.

90-91 Этот час не за горою,С этой вестью для тебяЯ послал туда героя,Всей душой его любя…

КП, К

94 Ты уж начал про себя.

КП

127-130 Вот и ясно все до корки,Дальше двигаться пора…День провел Василий ТеркинВ том лесу вблизи Днепра.

День был долог и, быть может,Хоть ни мало но поэт,Теркин как-нибудь похожеРазмышлял. А нет, ну — нет…

КП, К

Рассказ партизана

— Скольких вас, про то не буду,Проводил я на восток.Первый ты идёшь оттуда,Вот и дожил я, сынок.Поздороваемся, ну-ко…

Взяв подмышку дробовик,Подошёл к бойцу и рукуПротянул ему старик.

— Вот и радость, вот и жалость, —Всхлипнул дед, — дождался я.А старуха не дождалась,Тимофеевна моя.Вот и нет моей подружки,Шутка ль, вместе сорок лет…

Жалко, видишь ли, телушкиСтало ей, — добавил дед.

Старина, как на картинках,Седина, да свеж с лица.В голубых глазах, в морщинках —И печаль и хитреца.

Рябью тень лежит от веток,В чаще трав куёт коваль.— Немцев, милый, близко нету,Это — наша магистраль.Кто тут я? Чего же проще:Проверяю вот, слежу…— Ах, вот как! Регулировщик?Дед не понял;— Не скажу…

Сели. Ладится беседа.Обняв дуло ружьеца,Вот что дед бойцу поведал,Слово в слово до конца.

— А и то подумать, милый,А и так понять, сынок:Ведь она ее кормила,Берегла, растила впрок.И забота ей в охотуС телкой той. Была онаЗа усердную работуОт колхоза ей дана.Дескать, вот тебе на племя,Сберегай, обзаводись.А теперь приходит немецИ свою имеет мысль.«В ряд с немецкою полушкойТвоему не встать рублю.Матка, матка, дай телушку,Я телятину люблю».В глупой, жалостной надеждеБаба с просьбой к подлецу:«Вы телушку, мол, не режьте,А зарежьте вы овцу».Плачет баба, топит печку,Немца жалость не берет.Правду скажем, что овечкуОн зарезал наперед.Учинил себе пирушку,Съел зараз бараний бок.А потом уже телушкуНа корыто поволок.И опять у них жаркое,Трое немцев за столом.Даже в горе нет покояСо старухой нам вдвоем.И в своем дому нам тесно,Не уйти от ихних глаз.Вдруг как станет интересноИм спьяна глядеть на нас.Поглядят, перемигнутся, —Их, мол, праздник и престол.Вдруг как цорснут, аж погнутся,Аж повалятся на стол.Пожуют, чего-то скажут,Выпьют, снова пожуют,Снова с хохоту полижут —Кто на скатерть, кто под кут.И вовек такого смехаЯ не видел у людей.Тот под стол нарочно съехал,Чтоб ещё ему смешней.Тот в подливку локоть мочит,Тот уж строит, что нивесть:Вынул зеркальце, хохочетИ глядит, какой он есть.Наше горе — им игрушки,Веселей идет обед.Ни овечки, ни телушкиУ старушки, дескать, нет.Хохот, грохот. Вскоре гостиВовсе память перешли.Со стола кидать нам костиНоровят. Хватай с земли.Как последняя собака,Человек в своей избе.И не выдержал, заплакал,Признаюсь, сынок, тебе.Что ж тут есть на белом свете?Как же быть? Куда бежать?Где ж покинули вы, дети,Старика, родную мать?Или вы уж так далече,Что кричать напрасно вслед?Или бить его уж нечем —Войска нет, силёнки нет?И уже пройдет границаПоперек родной Руси?И уже, как говорится,Только милости проси?И уже навеки, глухоПрипечатана печать?..А старуха… Ах, старуха,Может, лучше б ей смолчать,Вдруг и встала…Не иначеНе под силу боль пришлась:Как сижу, хозяин, плачу —Увидала в первый раз.Или, может быть, подружке,Тимофеевне моей,Так уж стало жаль телушки,Как бывает жаль детей.Или, может, стало плохо,Что топила жарко печь, —Вдруг немецкий этот хохотУ старухи вызвал речь.У простой моей старухи,Что весь век жила за мной,Поднялися с дрожью рукиНад седою головой.Слов тех много или мало,Суть одна и смерть одна.— Будьте прокляты, — сказала, —Ни покрышки вам, ни дна…

Отдалось в мозгах их пьяныхБабье слово трезвое.За столом их смех поганый,Как ножом, отрезало.И сидят в дыму табачном,Блеск идет от красных лиц.А старухе уж не страшно.— Врёшь, — кричит, — подохнешь, фриц!..

При словах последних этих, —Всё как будто бы во сне, —Вынул немец пистолетик,Отвалясь спиной к стене.Погрозился б, так не диво,Но меня, чуть вспомню, — в пот,Как он целился ленивоИ кривил от дыма рот.На особую заметкуВ память я навеки взял,Что в зубах он сигареткуВ тот момент свою держал…

Не ослабла та пружинка,Не подвел немецкий бой,Не поспел и я, мужчинка,Заслонить жену собой…

Отошла она без страху,Довелось в своей избе.А смеретную рубахуУж носила на себе.Все тянулась пить из кружки,И как мог сказать язык,— Вот, — промолвила, — телушкиНе дождались мы, старик…

И такая боль и жалостьУ меня, как вспомню я.Ничего ты не дождалась,Тимофеевна моя…

Вот и нет моей подружки,Шутка ль, вместе сорок лет.Жалко, видишь ли, телушкиБыло ей, — закончил дед.

Молча, бережно и жадноСлушал старого боец.И вздохнул, и только:— Ладно,Ладно, — молвил подконец.

Но не будь он службой связан,Не блюди солдатский долг,Он бы, может, с тем рассказомВоротился тотчас в полк.От начальства до другого,Как положено в строю,Он пошел бы.— Дайте слово,Дайте речь сказать мою.

Он бы влез на танк, на пушку,Чтобы всем издалека,Всей дивизии в окружкуСлышно было.А пока:— Ладно, дед. За ту телушкуМы возьмем еще быка.

КП, К

Рукописные варианты к главе «Рассказ партизана»

1. Попытка вставной песенки в «Рассказ партизана»:

Замуж вышла, свадьбу справила,Надо жить, а тут война.На войну меня отправили —И осталась ты одна.

Двор раскрытый, луг некошенный,Надо жить — как жить одной?И пришел с войны поношенный,Потревоженный, больной.

Миновало время слезное,Надо жить, а нет поры.Поднялась деревня розная,В поле выползли дворы.

Воют в поле зимы снежные,Надо жить — достаток мал.А лета уже не прежние,А детишек бой послал.

Вот и старость подбирается,Надо жить. Неурожай.А народ в колхоз сбирается —С места заново съезжай.

За людьми и мы, как исстари.Надо жить — опять война.И грозит уже не издали,В двери ломится она.

Немец чистит под метелочку.Надо жить — ему не спрос.Вот бы выростили телочку,А попала псу под хвост.

Рассудить, размыслить ежели —Надо жить, а жизни нет.А и жили мы иль не жили —Неизвестно. Дай ответ.

2. Начало «Рассказа партизана» (из «Гвоздева»):

На тропинку Теркин вышел,Что такое? Шум в ушах?Где-то рядом шорох слышит,Осторожный чей-то шаг.

Дай-ка, думает, проверимПо привычке боевой,Что за птицу или зверяМы имеем за спиной.

Все вокруг тебе знакомо.Ты в родном лесном углу.И однако ты не дома,А во вражеском тылу…

Не поймет — кругом затишно,Долог счет немых минут.Остановится — не слышно,Чуть пойдет — и вслед идут.

Надоела эта штука;То ли дело — на войне.И сказал боец: — А ну-ка,Кто там есть, сюда — ко мне.

За кустами неприметно,Кто и сколько, но тогдаСлышит голос он ответный:— А поди-ка ты сюда.

Дальше — больше. Толку нету.Тишина. Кругом кусты.Не идет ни тот ни этот:— Лучше ты.— А лучше ты.

Зло солдату вникло в душу,Нетерпенье давит грудь.Что же ты думаешь, что трушу?Так ничуть. — И я ничуть.

Ах, ничуть. — С тропинки узкойТеркин — первым — в глушь кустов —С тем одним словечком русским,Что — замена стольких слов.

Сгоряча, а вышло ловко:Свой — примета из примет.Дробовик наизготовку —Из кустов выходит дед.

И ни тот, ни тот — ни с места,Но уж срок заговорить.— Здравствуй, дед.Признайся честно —Не найдется ль закурить.

Дед, прищурившись от света,Достает кисет тотчас:— Уж из этого кисетаУгощалось — тыщи вас.

Затевается беседа.Сели. Правды нет в ногах.Тот бойца, а этот дедаПроверяют не за страх…………Не скажу, чего не знаю,А доподлинно одно,Что сия тропа леснаяНе тропа, а полотно.

И не так давно движеньеБыло здесь, сынок ты мой!Тыщи душ из окруженьяПроводил я по прямой.

Шли худые, шли босыеВ неизвестные края.Что там, где она, Россия,По какой рубеж своя?

Шли бойцы и шли майоры,Подполковник ковылялИ полковник, а который,Может, он и генерал.

И причмокнул, сидя рядом;— Ну-ко, понял или нет?— Ладно, дед, про то не надо.Я ходил, я знаю, дед.

Из «Встречи»