Ледяная корона - Андрэ Нортон

Однажды начав, свернуть с дороги было нельзя, и Роун выложила полковнику всю правду, что означало конец для неё. Она рассказала о Службе, о том, почему они прибыли на Клио, о случайной встрече с Принцессой, об установках, и о том, что они значили для его людей. Закончив, она почувствовала себя полностью опустошённой и была благодарна тёплой руке, связывавшей её с живым миром.

— В это невозможно поверить, — начал полковник, и Роун в испуге попыталась отдернуть свою руку — как он мог! Не поверить! Но рука только крепче сжала её запястье.

— Хотя, — продолжал он, — я знаю, что это правда. Вы говорите, что не обладаете ясновидением. Возможно, по меркам ваших людей, это так. Но в моей семье имеется такой талант. У нас также есть странная традиция. Вот уже несколько поколений держат её в секрете. О ней я никогда бы не стал говорить ни с кем, даже с лучшим другом. Секрет передается по праву рождения. Но он имеет отношение к вашему рассказу, и поэтому Вам я раскрою тайну.

Хранители — мы чтим их по традиции, и для большинства они — сверхъестественные существа. Но в моей семье передают легенду о том, что основатель нашего рода служил у Хранителей, а они не были бессмертны, как верят все, а были сотворены из плоти и крови. И он выполнял их поручения в те далёкие времена становления Ревении.

Появившись здесь по воле Хранителей, мой предок сохранил смутные воспоминания о другом времени и месте.

Об этом он никому не рассказывал, кроме своего сына, таким образом легенда дошла и до меня.

Итак, ты хочешь сказать, что Королева находится не под воздействием магического шара, а что она, Реддик, да и все мы — всего лишь пешки в игре, задуманной давно умершими людьми. И эти люди не имели права проводить такой эксперимент над нашими предками. А теперь, если этот контроль исчезнет, мы погибнем.

— Так предположил мой дядя. Он хочет привезти экспертов Службы. Они изучат установку, убедятся, правда, если они вообще приедут.

— Если они вообще приедут! — с горечью воскликнул полковник. — Если бы вы не нарушили правила, они бы вполне могли так и оставить нас жить под властью гудящих железок! Как они могут допустить такое рабство! Или же они сами — рабы? Неужели на всех планетах люди не свободны?

Об этом Роун думала совсем недавно.

— И все эти люди из Службы, если вообще они приедут, ведь пройдет много времени, может годы исследований, пока они соберутся действовать. Ведь так?

— Да.

— И всё это время нами будут управлять машины? Людорика станет творить зло. Реддик, мечтающий ввергнуть Ревению в войну или того хуже, станет Королём. А я — я буду бороться с ним. Но если машины хотят совсем по-другому, все мои усилия обречены на поражение!

— Установку можно уничтожить.

— Аротнер потерял свою корону.

— Принцесса рассказывала мне об этом, — подтвердила Роун.

— Тогда вы знаете, что там произошло. Рискнуть Ревенией — да и всей планетой!

— Результат может быть другой. Потерянная корона и остановленная машина — разные вещи.

— Но каков риск!

— Вам выбирать, — она сделала всё возможное. Если полковник решит, что Клио суждено и дальше жить в рабстве, так оно и будет.

Имфри отпустил её руку. И теперь Роун почувствовала себя совсем одинокой, как будто бы он встал и ушёл. Она сама выстроила свою тюрьму. И тем не менее, она ни о чём не жалела.

Окружавшая её темнота сгустилась в туман усталости.

Что бы ни произошло сейчас, ей было совершенно всё равно. Но несмотря на полное изнеможение, сон не приходил. Её мысли метались, как мечется в постели страдающий бессонницей. Воспоминания прошлого, чужие миры проносились в её голове, как картинки калейдоскопа. Теперь ей казалось, что она всегда жила по шаблону, изготовленному дядей Оффласом. Неужели это правда, как сказал Нелис, что ни на одной планете нет свободы? И всё же правила Службы требовали невмешательства в тревожную жизнь другого мира, даже с лучшими намерениями. Шаблон на шаблоне, сплошные ограничения и правила, никакой свободы.

Роун вздрогнула, потому что опять почувствовала прикосновение, сильная рука обняла её за плечи, и Роун почувствовала тепло живого человеческого тела. И темнота и одиночество отступили.

— Что с тобой, Роун? Почему ты плачешь?

Роун чувствовала его горячее дыхание. Ей не приходилось испытывать такого со времени своего невесёлого детства.

— Наверное, потому что я одинока.

— Но это не так! Ты прилетела с другой планеты, и всё здесь тебе чуждо? Но ты ведь скоро вернёшься к своим! Я обещаю отвести тебя.

— Теперь я им не нужна.

— Не думай о них так. Я всё удивляюсь, как это тебе удалось увидеть во сне Людорику и Реддика? Такие видения не обычны. Как ты думаешь, откуда оно взялось?

Возможно, он пытался как-то отвлечь её.

— Я не знаю. Но я уверена, что не обладаю даром ясновидения. Мой народ разбирается в этом. И они всё проверили — для них это важно.

— И всё же ты рассказала, что на Клио ты сделала много такого, что противоречит твоему опыту, подготовке, твоим понятиям о законности. А я уверен, что ты не из тех, кто нарушает дисциплину. Ведь так?

— Я не знаю почему, но когда я впервые увидела Принцессу, там в башне, я почувствовала, что просто должна помочь ей. Дядя Оффлас сказал, что вы все находитесь под влиянием. И, может быть, когда я покинула пределы лагеря, влияние распространилось и на меня.

— Но всё же ты увидела установки. А Принцесса — нет. То есть для тебя это влияние было не полным.

— Какая теперь разница? Я преступила законы Службы. И, может быть, именно я заварила всю кашу. Принцесса никогда бы и не узнала о Короне, если бы не вошла в пещеру. А если бы она не нашла Корону…

— Роун, не бери на себя вину всей страны. — Нежные пальцы погладили её по щеке. — Опять ты плачешь! Уверяю тебя, ты не виновата! Ты сделала доброе дело. Если бы ты тогда не спасла Принцессу от людей Реддика, её бы уже не было в живых. А не появись ты в Хитерхау — я бы погиб.

— Там были сержант, Маттин и другие.

— Они бы просто просто бесполезно пожертвовали жизнью. К тому же мы бы никогда не узнали об этих машинах. А не приведи ты Принцессу в пещеру, никто бы их и не нашел.

— Возможно.

— И без сведений, полученных от нас, ты бы не поняла, что собой представляют установки. Нет, во всём, что ты сделала, есть скрытый смысл.

— Я его не понимаю.

— Я тоже. Я только чувствую. Ты говоришь, что те, кого мы считаем Хранителями, давно умерли, и на всех планетах их осудили. Они использовали людей, как используют инструменты. Теперь твои люди боятся разрушить то, что сделали Хранители. Но почему же ты рассказала об этом человеку, который во всё поверил, предку которого удалось избежать проклятья, ниспосланного на Юшо?