Ледяная корона - Андрэ Нортон

— Господин, один Хаус стоит целого полка.

— Хорошо бы. Ведь Реддику стоит его только заподозрить.

— Реддику не поздоровится. Питомцы Хауса служат лучше, чем охрана Короля, — радовался Маттин.

— Они тоже смертны, достаточно нескольких метких выстрелов. Надеюсь, что он приготовил оправдание для Реддика, когда тот прибудет.

— Вы думаете, он приедет, господин Полковник?

— Я не обольщаюсь на свой счёт, Вулдон. Как вы и предположили, они объявят меня вне закона. А после, — Имфри пожал плечами, — я стану зверем, за поимку которого назначат награду. Но Реддик знает, что пока я жив, я не успокоюсь, не узнав, как это он заколдовал Королеву.

Роун передёрнуло от холодной решимости полковника.

— В пещере он воздействовал на неё магическим шаром. Но теперь, вряд ли Шэмбри мог изобрести что-нибудь подобное — слишком уж сильный и стойкий эффект. Вы слышали, как объявили, что она собирается выйти замуж за Реддика. Он станет супругом царствующей Королевы, и недалеко то время, когда он будет править Ревенией. Уверяю вас, она тоже пленница, хотя, вполне возможно, и не осознает этого.

— Господин, — Маттин посерьёзнел, — я знаю, что магический шар не может заставить человека делать то, что не свойственно его натуре.

— Я не поверю, — медленно произнес полковник, — что Принцесса подписала мой смертный приговор по своей воле. И никто не поверит. Спросите Леди Роун, она её хорошо знала.

Все посмотрели на Роун. И она подтвердила:

— Да, Принцесса находится под воздействием.

Маттин и сержант были встревожены, а полковник закивал:

— Вы видите? Королеве нужна наша помощь. Мы должны сделать всё, что в наших силах.

— Но Господин, мы не сможем собрать армию, не сможем противостоять силам Реддика. К тому же, если Шэмбри Увещеватель настолько всесилен, что держит под контролем Королеву даже против её воли, то он может тоже самое сделать и с нами. Господин, если бы Вы только добрались до границы Лейкстана или…

— Вы думаете, соседи мне помогут? Королева искала помощи в Лейкстане, а там её предали. Стоит ли нам надеяться на лучшее? Мы не можем позволить Реддику заставить нас бежать. Обратной дороги не будет.

— Ну хорошо, вам не нужно бежать сегодня. Сейчас надо подумать о том, где укрыться, — возразил сержант.

— Ты прав, — ответил Имфри. — Далеко ли нам идти?

— Достаточно. А как Вы себя чувствуете, сэр? — перебил его Маттин.

— Лучше, чем я ожидал. И всё благодаря Леди Роун и её чудесным снадобьям. А вы, Леди? Вы пойдете с нами?

Вновь Роун была поставлена перед выбором. И она поняла, что уже давно его сделала. Полковник искал ключ к загадке перемены, происшедшей с Людорикой. И Роун знала, что этот ключ у неё. Открыто выступить против Реддика — это ни к чему хорошему не приведет. Ведь установки работают, контролируют даже то, что происходит сейчас. А Служба вовремя не поможет.

— Да, — просто ответила Роун. Ответом ей было молчание.

— Идти далеко, Леди. Но по крайней мере, там мы укроемся и не будем ничего боятся. Это старый военный лагерь времён мятежа Кароффа. Врагам не удалось взять его силой, удалось хитростью. Но нам-то боятся нечего, среди нас нет предателей.

Когда они добрались до места назначения, высоко в небе сияла луна. Роун так и не поняла, как сержант и Маттин ориентировались среди этой чащи, и была счастлива, что наконец-то можно было отдохнуть. В изнеможении она опустилась в углу комнаты. Полковник, напротив, оправился и без труда переносил все тяготы путешествия. Плечо его болело уже меньше, и всё это благодаря лекарственным запасам Роун.

Роун уже не представляла, как далеко они находятся от лагеря дяди Оффласа и спрятанной установки, но она надеялась, что Имфри сможет найти дорогу туда. Правда, оставался вопрос: пойдет ли Имфри на это, если узнает об опасности, предсказанной дядей Оффласом. С другой стороны другого способа освободить Людорику не было. Установка должна быть уничтожена.

— Сэр, — изучив укрепления лагеря, Вулдон предстал перед своим командиром, — мы доставили вас сюда в целости и сохранности. Наши ребята, проложившие ложный след, должно быть уже на свободе и ждут нас у Кривой Шпаги. И если вы позволите, я поспешу забрать их. А Маттин — ему надо добраться до Перевала Булавки и достать свежих лошадей.

— Похоже, у вас большие планы, Вулдон, — в голосе полковника чувствовалось удивление.

— Да, сэр. Или вы хотите что-то изменить?

— Зачем? Я уверен, что ничего лучше не придумаю. Счастливо. Да пошлют вам Хранители удачу.

— Мы свистнем по-старому, сэр, когда вернёмся. Да пошлют вам и Леди Хранители удачу.

Отдав честь, сержант удалился. В кромешной тьме Роун ориентировалась только на слух. Вдруг она почувствовала лёгкое прикосновение пальцев на своей руке, пальцы скользнули вниз, и тёплая живая рука сжала её запястье.

— Почему вы пришли?

Поглощённая в свои перепутанные мысли, Роун ответила чистую правду:

— Из-за моего сна…

— Сна?

Не видя его лица, говорить было почему-то очень просто. Роун казалось, что разговор облегчит душу. Поверит он или нет, сейчас ей было всё равно. Достаточно было рассказать ему всё. Она начала со своего видения, пытаясь в красках описать его, упомянула о каждой мелочи — о комнате, блюдах на столе, прибытии Королевы, служанок и Реддика.

— Я почему-то не могла слышать их слова — только видела, как двигались губы. Как будто я смотрела телевизор с испорченным звуком. Но всё остальное я так живо представляю! Раньше я тоже видела сны, да кто их не видит! Но так явственно — никогда!

— Вещий сон, — послышались из темноты его слова.

— Вещий сон? — переспросила Роун.

— Вы обладаете даром ясновидения.

— Нет, — возразила Роун. — Меня тестировали — ничего такого. Это был сон.

— Сон о комнате в замке Уркермарк, о Королеве в трауре, о подписании моего смертного приговора? Когда вы в последний раз были в Уркермарке, Леди Роун?

— Я никогда там не была.

— Пришло время, — его голос зазвучал ровно, полковник взвешивал каждое слово, — поговорить начистоту. Если мы не скажем друг другу правду сейчас, то не скажем никогда. Вы меня понимаете?

Последний шанс. И перед ней предстали ряды щёлкающих машин, каждая со своей, короной и рабами, затем Людорика, превратившаяся в чудовище.

— Кто вы? — прошептал он. — Или что?

Роун глубоко вздохнула.

— Я — женщина, — сказала она, отвечая на последний вопрос. — Меня зовут Роун Хьюм. Я не с вашей планеты.

Однажды начав, свернуть с дороги было нельзя, и Роун выложила полковнику всю правду, что означало конец для неё. Она рассказала о Службе, о том, почему они прибыли на Клио, о случайной встрече с Принцессой, об установках, и о том, что они значили для его людей. Закончив, она почувствовала себя полностью опустошённой и была благодарна тёплой руке, связывавшей её с живым миром.