Больше, чем игра - Станислав Романов

— А параллельные миры пересекаются? — поинтересовался Егор-хозяин невинно.

— Не знаю, честно говоря. Я в теории не силен.

— Не силен в теории, но, видимо, силен в практике, что доказывается твоим здесь появлением. Так ты мне скажешь, в конце концов, как ты сюда попал из своего параллельного мира?

— При помощи карты.

— Карты? Какой карты? Географической или, может быть, медицинской?

— Кончай тупо острить, — процедил Егор-гость. Он полез в карман рубашки, достал самодельный эмберский козырь и протянул его своему двойнику. — Вот эта карта!

Егор-хозяин, весьма заинтригованный, козырь взял, посмотрел на него, потом, с легким недоумением, — на Егора-гостя.

— Это же двор перед моим домом…

— Совершенно верно.

— И ты сам эту штуку нарисовал?

— Сам.

— Здорово, — похвалил Егор-хозяин. — У меня бы терпения не хватило столько черточек нацарапать. — Он снова взглянул на эмберский козырь. — Так как же эта карта, которая и на карту-то непохожа, помогла тебе перескочить из одного мира в другой?

— Нужно просто пристально смотреть на рисунок, — принялся объяснять Егор-гость, — сосредоточиться на картинке, и тогда она как бы оживет, станет реальной, и можно будет сделатьшаг внутрь нее и оказаться в том самом месте, которое изображено на карте. Да что я тебе объясняю, ты Желязны не читал, что ли?

— Кого-кого? — удивленно вопросил Егор-хозяин.

— Тоже мне любитель фантастики, — проворчал Егор-гость. — Ну, Роджер Желязны, автор элолеи из десяти романов под общим названием Хроники Янтарного королевства, они же Хроники Эмбера. Неужели не читал?

— В первый раз слышу про твоего Желязны и про его хроники, — заявил Егор-хозяин.

— Вот так дела, — озадаченно пробормотал Егор-гость. — Досадный пробел.

Егор-хозяин между тем сообщил:

— Чего-то ничего у меня не получается. Я на эту твою карту смотрю, целую минуту не мигаю даже, и, кроме рези в глазах, — ни фига.

— Не умеешь — не берись. — Егор-гость протянул руку. — Верни мне карту, будь любезен. Я сам тебе покажу, как все это происходит.

— Пожалуйста-пожалуйста. — Егор-хозяин с усмешкой отдал козырь Егору-гостю. — Наверное, это будет интересный фокус.

Сарказм в голосе хозяина чувствительно зацепил самолюбие гостя. Фокус? — подумал он. — Будет тебе фокус.

Егор-гость взял карту в левую руку, левым же локтем покрепче прижал к боку футляр с мечом, правая рука осталась свободной. Он вперил в рисунок пристальный взгляд, внутренне заклиная: Ну же — давай! оживай! действуй! И карта послушно похолодела в его пальцах, рисунок расцвел яркими красками солнечного дня, углубился, расширился…

— Ни хрена себе! — потрясенно прошептал Егор-хозяин. А Егор-гость вдруг цапнул его за плечо незанятой правой рукой и шагнул вперед в карту, увлекая двойника вместе с собой. Это была его маленькая месть за неверие, насмешки и натягивание носа. (Хотя, казалос бы: чего обижаться? — у самого точь-в-точь такой же характер…)

В мгновение ока оба Егора Трубникова перенеслись во двор. Хозяин, приоткрыв от удивления рот, щурил глаза на яркий солнечный свет и, как затаил дыхание во время перехода, так и забыл сделать новый вдох. Гость, как более опытный путешественник, снисходительно похлопал его по плечу — ничего, мол, порядок, уже можно дышать. Егор-хозяин подвигал нижней челюстью, силясь что-то вымолвить, но не смог издать ни звука, лишь махнул рукой и сел прямо на асфальт. Егор-гость только теперь обратил внимание, что Егор-хозяин не обут, и проговорил, сокрушенно качая головой:

— Ну надо же, а я и не подумал, что ты босиком.

— А? — поднял голову Егор-хозяин.

— Бэ, — сказал Егор-гость. — Ничего, и так дошлепаешь — до дома недалеко.

Егор-хозяин задрал голову вверх, к окнам пятого этажа, и поинтересовался, уже почти нормальным голосом:

— А не мог бы ты проделать свой фокус в обратную сторону, чтобы раз — и дома?

— Нет, — сказал Егор-гость. — У меня же нет козыря с интерьером твоей квартиры. Признаться честно, у меня вообще нет никаких других козырей.

— Может, оно и к лучшему, — философски заметил Егор-хозяин, поднимаясь на ноги. — А то затащил бы ты меня в какое-нибудь дьявольское место, и пришлось бы мне там босиком по углям скакать. Ну а до дома-то я и босиком дойду.

Внимательно глядя под ноги, чтобы не наступить на стекло или прочую пакость, Егор-хозяин направился к дверям своего подъезда. Егор-гость, помахивая чертежным футляром, шествовал следом.

— Сегодня утром просыпаюсь, а башка трещит — ужас. Вчера вечерм я деньги получил, ну и приняли, конечно, с мужиками сразу после смены, а потом еще взяли. Ну, сам знаешь. Вот. А деньги все, понимаешь, я вчера, как вернулся, так жене и отдал, и себе ничего не заначил, забыл. Вот утром лежу, башка трещит, думаю: надо у жены обратно на фанфурик просить. А жена уже встала, на диване сидит и телек смотрит. Ну, я тут покряхтел немножко, и жена уже на меня смотрит, думает, видно, что вот я сейчас у нее денег буду просить на опохмелку, а она будет мне отказывать. И вдруг я гляжу, а под диваном десятка на полу лежит — я вчера получку одними десятками принес, толстая такая пачка. Жена, наверное, все пересчитывала вчера да и обронила десяточку. Я так обрадовался и говорю: Мне ничего не надо. А жена так на меня вытаращилась и спрашивает: Чего тебе не надо? Ничего не надо, — говорю…

На лавочке возле подъезда непринужденно расположилась компания из трех человек, а три — алхимическое число компаний вполне определенного рода. Все трое так были увлечены собой и своим заветным делом, что не обратили абсолютно никакого внимания на необыкновенное появление во дворе двух Егоров Трубниковых. Один из теплой компаний, который рассказывал замечательную историю про счастливо обретенную десятку, дрожащей, но точной рукой наполнял из водочной бутылки маленький пластмассовый стаканчик. Второй, кивавший головой в ударных местах истории, держал в руке надкушенный огурей и, нетерпеливо моргая, не отводил от стаканчика глаз. А третий, сидевший на краешке скамейки с особенно задумчивым видом, был тот самый давешний алкаш, что пытался выклянчить у Егора-гостя сигаретку.

На парочку двойников обратили внимание только тогда, когда они поравнялись со скамейкой. Рассказчик, ловко завершивший историю одновременно с наполнением стаканчика, спросил, обращаясь сразу к обоим Трубниковым:

— Эй, земеля, закурить не будет?

— Нет, ответили Трубниковы в один голос, — не будет.

Тот, что с огурцом, удивленно моргнул.

— А вы братья, что ли?

— Однофамильцы, — хмуро ответствовал Егор-хозяин, заходя в подъезд. Егор-гость только кивнул и тоже скрылся за дверью.