Мир островов. Рождение. - Иван Киричатый

Владимиру было грустно и стыдно. Мгновенье назад, он вел себя, как девчонка. За последнее время мальчик сильно поменялся. Раньше с него и слезу не выдавишь. Мужчины не плачут, часто ему повторял отец. И он следовал этому утверждению. Сейчас разрыдался, как малолетний ребенок. Сам Асалдухи был свидетелем этого немужского поведения. Хорошо, что рядом не было его бывших деревенских друзей. Они бы такое событие не пропустили, обязательно бы поиздевались и высмеяли. А потом еще бы с месяц дразнили. К мальчишескому счастью, он был один, конечно не считая Валена и Асалдухи. Ни первый и второй точно не будут позорить Владимира за мимолетную слабость. В дальнейшем больше никто и ничто не заставит его заплакать. Он будет сильным. Каким его хотел видеть отец. Монастырь оказался удивительным местом, полным загадок. Здесь к нему пришел сам Бог. Единственное, о чем продолжал сожалеть Владимир, это о том, что Асалдухи, кроме него, больше никто не видел. Мальчик утер остатки слез рукавом. Потом взглянул на юнгу. Стон оказался единственным звуком, который произвел Вален. Сейчас юнга выглядел намного лучше, чем раньше — он порозовел. Желание жить, похоже, вернулось к юнге. Предположив, что Вален очнулся, Владимир ошибся. Юнга продолжал так же лежать без сознания. Но этот сон уже был отдыхом мирно спящего человека. Случилось чудо, слеза бога сделала невозможное, дала надежду на выздоровление. Выздоровление человека, который среди этих мрачных стен, мог стать ему единственным и настоящим другом.

В комнату вошел мастер Элеонор. С первых минут знакомства он понравился Владимиру. Не то, что не нравились другие. Целитель был единственным из пяти старцев, который действительно подходил на роль монаха. Само наличие богов в его храме, подтверждало это. Простые, общепринятые вещи были более понятны и приемлемы для Владимира. Раз это монастырь, то здесь должны быть монахи. Возможно по этой причине или совсем по иной, синий мастер был единственным, кто связывал его с прошлым. Если другие монахи были строгие и замкнутые, то Элеонор был их полной противоположностью. Он был открытый и доброжелательный. Было странно, что могло этих разных людей объединять. В дополнение он был опрятно одет. Конечно не новая одежда, но и не обноски, как у Учителя. Элеонор неспешно подошел к кровати. Как бы стараясь не потревожить покой Владимира и Валена. Но те изменения, что произошли с юнгой, потрясли его. На его лице отчетливо читались эмоции от удивления, до негодования. Он странно искривился и бросился к юнге. Пощупал пульс. Поводил руками над телом. Приложил ухо ко рту Валена. Ровное и глубокое дыхание ранее безнадежного пациента подтвердили сомнения. Мальчик выздоровел.

— Как?! Такого не может быть! Это ты сделал?! Как?! Рассказывай немедленно! — неожиданно с криком он набросился на Владимира — Что-то здесь не так! Этого не может быть. В тебе очень слабая искра, чтоб такое сделать. Ты точно не мог этого сделать. Или мог?! Нет! Не мог! Это сделал кто-то другой! Кто это сделал?! Еще с утра он напоминал скорее мертвого, чем живого. И вдруг чудо! Рассказывай, что произошло! Немедленно!

В один миг из доброго, блюдущего свою паству священника он превратился в жесткого и требующего диктатора. Владимира и так собирался все рассказать. Но Элеонор от нетерпения решил ускорить процесс признания. Владимира, как будто сплюснуло, затем растянуло. Ему стало очень больно. Так больно и обидно, что снова выступили слезы. Потом резко дернуло вверх. Земля вмиг ушла из-под ног. Владимир не на шутку испугался. И главное, за что его так?!

— Я не знаю, что случилось! — закричал Владимир — мне приснился…

— Меня не интересуют твои мальчишеские сны, — в нетерпении выкрикнул Элеонор, — рассказывай, что произошло и как!

— Я и гогого. во. рю Вам, что мне приссс. нился… — заикаясь и всхлипывая, начал свое оправдание Владимир, но договорить фразу он не усел. В комнату вбежал, даже скорее влетел Жан Дао. Учителю хватило мгновенья, чтобы оценить обстановку. Он бросился к Элеонору. На удивление Владимира, целитель отмахнулся от наставника, словно от мухи. Жан Дао перелетел через кровать с Валеном. При падении зацепил и перевернул стол и стулья, упав в противоположный угол от Владимира. Это отвлекло священника и ослабило магические путы. Мальчик шлепнулся пол. И естественно бросился вон из комнаты. Но не тат-то было. Он влетел в какую-то невидимую вязкую массу. Движения сковало и стянуло. Владимир еле-еле продолжал двигаться.

— «Попал, как муха в паутину», — подумал Владимир.

— Не так быстро, юнец, — рыкнул ему Элеонор и, развернувшись, продолжил, обращаясь уже к Жан Дао писклявым и неуверенным голосом, словно извиняясь и страшась наказания за содеянное:

— Мастер Жан Дао, по какому праву Вы вмешиваешь в моем храме в мои дела?!

Учитель его слова проигнорировал и даже не стал подыматься с пола. Он занял свою любимую позу лотоса. Сложил руки в лодочку на уровне груди, на мгновенье закрыв глаза и погрузившись в себя. В то же время Владимир не бросал попыток убежать. Со всех сил пытался преодолеть злополучные последние вязкие метры до двери. Учитель, наконец, пришел в себя, он резко развел руки и хлопнул. Раздался звук лопнувшей струны. Вязкая масса, удерживающая Владимира, пропала, от неожиданности мальчик шлепнулся на пол. В комнату вбежал мастер Хасид. Магическая возня в храме Элеонора была замечена другими. Скоро сюда сбежится весь монастырь, Владимир спасен.

— Элеонор, прекрати, — спокойно обратился к священнику Хасид, — Жан Дао объявил мальца своим учеником.

— Объявления мало! Не было посвящения, значит нет еще и ученика.

— Будет тебе посвящение. Завтра и будет, — смирившись с прекращением магического поединка, тихо отвел Жан Дао.

Учитель поднялся с пола, взял Владимира за руку и увел из храма. Они направились в келью. Владимир печально шел следом за Учителем. Ему было больно, обидно и противно. Как он ошибся. Как можно было считать самого злого человека — самым порядочным. Прейдя в комнату Владимира, Учитель начал его успокаивать. Что все хорошо, что Элеонор просто вспылил. Обычно он даже мухи не обидит. Наверное, случилось что-то сверх экстраординарное, что так задело целителя. Мастер несколько месяцев пропадал в своем храме, пропускал общие собрания, все пытаясь привести Валена в чувства. Отлучившись на несколько минут, по неотложным делам, по возвращении обнаружил, что кто-то другой уже преуспел в его деле. Причем не матерый мастер, а какой-то юнец, практически полный ноль в магическом умении. В дополнение юнец не желавший объяснить что все-таки произошло. В свое оправдание Владимир попытался рассказать, что случилось. Но не смог, не смог перебить Учителя. Наставник все говорил и говорил. Говорил о том, что Владимира никто из мастеров не хотел брать в ученики. Из пяти мастеров, только Учитель поверит в него. Что у него большое будущее. Никто, кроме Жан Дао, в это больше не верит. Слишком уж слабая искра у Владимира. По правде говоря, даже он иногда сомневался. Сомневался до сегодняшнего утра. Владимир опять попытался рассказать, что не он вылечил Валена. Но наставник не стал его слушать и перебил: