Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Пожалуйста, возьми на себя сопровождение леди Янтарь. Мне необходимо подумать.

Янтарь сжала мою рубашку:

— Ты уходишь? Не хочешь остаться и послушать?

Я оторвал её руку от себя грубее, чем собирался. Я не мог сдержать в голосе беспокойство и раздражение оттого, что так долго не мог признать очевидное.

— Это ничего не изменит. Они будут решать, что с нами будет, когда мы отплывем, и кто пойдет с нами. Мне нужно ещё кое-что обдумать. Спарк будет с тобой, как и Лант с Пером. Но мне сейчас нужно подумать.

— Я понимаю, — произнесла она голосом, который говорил, что это не так.

Но моё озарение насчет способности корабля манипулировать человеческими эмоциями было слишком масштабным, чтобы я мог поделиться с ней. Я ушел в трюм корабельной команды. Пустые гамаки. Остались лишь несколько матросских сундуков и чемоданов. Я сел на чей-то сундук в темном и душном помещении и задумался. Мне казалось, что я собираю кусочки разбитой чайной чашки. Серебро, которого так жаждали живые корабли и ревниво охраняли драконы, было тем же Скиллом, который я видел на руках Верити, когда он вырезал своего дракона. Это была основа магии, самая её суть. Я видел, как эта густая жидкость попала на руки моего короля, наблюдал, как он превращает камень в дракона с силой, которую она дала ему. Разделив с помощью Скилла сон Верити, я видел в реке широкую полосу чистого Серебра, текущего в воде. Я видел завиток Серебра в пузырьке с драконьей кровью и видел, как оно помогло исцелить Шута, точно так же, как Скилл исцелил и изменил детей Кельсингры.

Итак, Серебро было Скиллом, и Скилл был магией, которую я использовал, чтобы мысленно связываться с Чейдом. Шут однажды намекнул, что в моих жилах течет кровь дракона. Смоляной сказал, что я принадлежу дракону. Был ли это тот каменный дракон, которого я коснулся, или это было отголоском Верити, которого я знал? Я переосмыслил эту идею. Что если я унаследовал кое-что с кровью, какую-то часть истинного Серебра, которое давало мне возможность мысленно обращаться к другим? Серебряные прожилки в каменных порталах, в Скилл-колоннах, которые я использовал для перемещения. Нити серебра в камнях, из которых Верити вырезал дракона, и в каменных драконах, которые спали, пока я не разбудил их при помощи крови и прикосновения Скиллом. Следы Серебра в камнях памяти, где хранились записи, которые Элдерлинги оставили для нас.

Чем же тогда был ток Скилла, который я использовал, чтобы дотянуться до Неттл или Дьютифула? Это была внешняя сила, в этом я был уверен. И в ней были другие, могущественные сознания, которые привлекали и могли поглотить меня. Кем они были? Неужели я действительно чувствовал Верити? Короля Шрюда? Как это связано с Серебром?

В моей голове было слишком много мыслей. Мой разум перескакивал от восхищения Скилл-потоком к возможностям, которые могут открыться, если я выпью пузырьки с Серебром, которые дал мне Рапскаль. Искушение боролось со страхом. Принесет ли это мне великую силу или мучительную смерть? Сколько Серебра могло воспринять человеческое тело? Совершенный стал гораздо сильнее от Серебра, которое дала ему Янтарь. Каждый флакон в моей сумке содержал вдвое больше, чем он принял. Сейчас его эмоции транслировались с такой силой, что я едва мог сопротивляться. Знал ли он, что делал с людьми? Или же на меня это влияло сильнее, потому что я обучался Скиллу? Если бы он понял свою силу и направил её, смог бы я выстоять?

Кто-нибудь вообще смог бы?

Когда каменные драконы поднялись в воздух, и Верити привел их на битву с пиратами Красных Кораблей, они повлияли на сознание воинов, пролетая над ними. Кислотным дыханием, мощными ударами крыльев и крепких хвостов они уничтожили наших врагов. Но хуже было то, что они сделали с их разумом. Оказаться в тени каменного дракона означало потерять воспоминания. Это не так уж отличалось от того, как захватчики с Внешних Островов перековывали пленников. Даже наши собственные жители почувствовали это, — появление Верити-дракона повлияло на стражей Баккипа. Воспоминания о том, как королева и Старлинг вернулись в Баккип, было туманным у всех, кто стал тому свидетелем. Наиболее распространенной была версия, что Верити прилетел верхом на драконе, он и доставил их в безопасное место. А вовсе не то, что король сам стал драконом.

Такова была сила Скилла и Серебра — смущать и запутывать. Красть память и, возможно, человечность.

Так мои люди были сбиты с толку в ту ночь, когда была похищена Пчелка. Использовали ли они Серебро или кровь дракона для той магии, которая заставила всех моих работников забыть то, что они пришли и украли моего ребёнка, забыть, что она вообще существовала?

Возможно ли использовать эту же магию против них?

Я посмел вообразить, как пью Серебро. Не все и не сразу. Немного для начала, чтобы посмотреть, что я смогу делать. Сколько нужно, чтобы сделать меня настолько сильным, чтобы противостоять эмоциям корабля. Чтобы вылечить Шута, не теряя зрения самому. Возможно ли это? Достаточно ли, чтобы обратиться за советом к Чейду, может даже излечить его тело от последствий старения и восстановить его разум. Смогу ли я это сделать? Может ли Неттл знать больше о том, что возможно, а что нет?

Если я выпью все, смогу ли я пойти в Клеррес и потребовать, чтобы все там убили себя? Может ли это быть так легко — уничтожить их и вернуть мою дочь?

— Что ты здесь делаешь? — спросил Лант. Я обернулся и увидел, что он идет ко мне, Пер и Спарк брели за ним.

— Где Янтарь?

— С носовой фигурой. Она отослала нас. Что ты делаешь?

— Размышляю. Где все остальные?

— Уинтроу вернулся на Проказницу. Кажется, её нужно успокоить. Королева и Соркор отправились обратно в Делипай. Думаю, они попытаются найти Кеннитсона и урезонить его. Брэшен и Альтия закрылись в своей каюте. Янтарь отправила Спарк принести дудочки; сейчас она играет для Совершенного, — он вздохнул и осмотрелся. — Ты пришел сюда, чтобы подумать?

— Да.

— Ты можешь думать во время работы? — я повернулся на голос Клефа. Под палубой было влажно, по его лицу стекал пот, когда он вышел из темноты трюма. — Я как раз шёл тебя искать. Нам не хватает рук, нужно перенести груз. Некоторые ящики сдвинулись и несколько выглядят промокшими. Капитан хочет поднять их на палубу. Ты сказал, что хотел бы поучаствовать. Сейчас самое время.