Вторая мировая война - Уинстон Черчилль

Следующей ночью 2 эсминца, вышедшие из Сингапура, пытались предпринять атаку, но были перехвачены. Один из них был потоплен. Высадившиеся японцы быстро продвинулись вниз по побережью из Эндау и атаковали австралийскую 22-ю бригаду в Мерсинге. Таким образом, 27 января произошли бои на правом фланге наших линий в Мерсинге, в центре, в Клуанге, а также на нашем незащищенном левом фланге. Генерал Персиваль решил отойти на остров Сингапур. На последнем этапе отступления все люди и машины должны были перейти туда по дамбе. Большая часть одной из бригад была потеряна на первых этапах отступления, но утром 31 января остатки сил перешли на остров, и дамба была взорвана за ними.

Можно, конечно, спорить о том, не лучше ли было сосредоточить все наши силы для обороны острова Сингапур, ограничиваясь сдерживанием продвижения японцев по Малаккскому полуострову с помощью легких подвижных отрядов. Решение командиров на местах, которое я одобрил, заключалось в том, чтобы вести битву за Сингапур в Джохоре, но, насколько это возможно, задерживать приближение к нему противника. Оборона материковой части заключалась в постепенном отступлении, тяжелых арьергардных боях и упорных прикрывающих стычках. Войска и командиры, принимавшие участие в боях, проявили себя с самой лучшей стороны. Однако эти бои поглощали по частям почти все подкрепления, как только они прибывали.

Все преимущества были на стороне противника. До войны было проведено тщательное изучение местности и всех условий. Были составлены самые подробные карты местности. Японские агенты тайно проникли в эти места и провели всестороннюю подготовку, в том числе были созданы даже тайные запасы велосипедов для японских велосипедистов. Были собраны превосходящие силы и большие резервы, часть которых даже не потребовалась. Все японские дивизии были хорошо знакомы с условиями войны в джунглях.

Еще одним смертельно опасным фактором было японское превосходство в воздухе, которое, как указано выше, возникло благодаря тому, что мы остро нуждались в самолетах в других местах, и местные командиры ни в коей мере не несли за это ответственность. В результате основные боевые силы той армии, которую мы выделили для обороны Сингапура, и почти все подкрепления, посланные после объявления Японией войны, были использованы в боях на полуострове, и когда эти войска перешли дамбу и оказались там, где должны были произойти решающие бои, они утратили свою ударную силу. Здесь они присоединились к местному гарнизону и к частям, обслуживавшим базу. Это увеличило численность, но не силу наших войск. Оставались еще две свежие бригады английской 18-й дивизии, только что высадившиеся со своих судов после длительного путешествия в странных, необычных для них условиях. Армия, которая могла бы вести решающую битву за Сингапур и была предназначена для этой высшей цели на этом театре военных действий, распалась прежде, чем началось японское наступление. Возможно, она насчитывала 100 тысяч человек, но это была уже не армия.

Следует признать, что действующих кораблей едва хватало для сопровождения конвоев с подкреплениями и для того, чтобы охранять морские подступы к Сингапуру. Для патрулирования берегов оставалось лишь несколько слабо вооруженных небольших судов переоборудованных береговых судов с плохим вооружением. Наши немногочисленные и слабые суда стойко держались, несмотря на преобладающие силы противника в воздухе. Нельзя сказать, чтобы им не хватало боевого духа, но у них не было средств для достижения успеха.

Вскоре стало ясно, что генерал Уэйвелл сомневается в нашей способности выдержать длительную оборону Сингапура. Я рассчитывал на то, что остров и крепость выдержат осаду, поскольку для ее осуществления японцам надо было высадить, перевезти и установить тяжелые артиллерийские орудия. До своего отъезда из Вашингтона я полагал, что сопротивление продолжится по крайней мере два месяца. Я с опаской следил, как таяли наши войска во время отступления на Малаккском полуострове, но активно не вмешивался. С другой стороны, мы выиграли драгоценное время.

Чтобы убедиться в прочности обороны на суше, которую я до сих пор считал бесспорным фактом, и чтобы ознакомиться с подготовкой к предстоящей осаде, я направил следующую телеграмму:

Премьер-министр, Вашингтон – генералу Уэйвеллу

15 января 1942 года

Прошу сообщить Ваше мнение о том, что произойдет в случае, если Вы будете вынуждены отойти на остров… Мне всегда казалось, что исключительно важно вести оборону острова до последней минуты, но я, конечно, надеюсь, что до этого не дойдет…

Ответ Уэйвелла на эту телеграмму был получен мною лишь после возвращения в Лондон.

Генерал Уэйвелл – премьер-министру

16 января 1942 года

Во время моего недавнего пребывания в Сингапуре я обсуждал вопросы обороны этого острова и просил представить мне подробные планы. Почти до последнего времени все планы были основаны на принципе отражения атак на остров с моря и сдерживания наступления на суше около Джохора или дальше на севере, а поэтому мало или почти ничего не сделано для строительства оборонительных сооружений на северной стороне острова в целях предотвращения перехода противником Джохорского пролива, хотя были предприняты меры для взрыва дамбы в случае необходимости. Тяжелая крепостная артиллерия имеет круговой обстрел, но траектория снарядов делает эту артиллерию непригодной для подавления артиллерийских батарей противника. Нельзя, конечно, дать никаких гарантий, что с помощью этой артиллерии удастся подавить осадные батареи противника. Со снабжением дело обстоит благополучно. Уже отдан приказ о переводе некоторых баз военно-воздушных сил и складов на Суматру и Яву, чтобы не допустить чрезмерного скопления людей. После получения подробных планов буду телеграфировать дополнительно. Многое будет зависеть от обстановки в воздухе.

С чувством мучительного удивления прочитал я эту телеграмму утром 19-го. Итак, там не было никаких постоянных укреплений, которые прикрывали бы военно-морскую базу и город со стороны суши. Кроме того, еще большее изумление вызывал тот факт, что со времени объявления войны, в особенности с того момента, когда японцы закрепились в Индокитае, ни один из представителей высшего командования не принял никаких заслуживающих внимания мер для создания полевой обороны. Они даже ни разу не упомянули о том, что такой обороны не существует… Мне никогда не приходило в голову, что знаменитая крепость не защищена с тыла кольцом постоянных фортов. Я не могу понять, как могло случиться, что я не знал об этом. Но, по-видимому, ни один из офицеров, находившихся на месте, и ни один из моих советников в Англии не понимали этой необходимости. Во всяком случае, ни один из них не указал мне на это – даже те, кто видел мои телеграммы, исходившие из ложного предположения о том, что для захвата крепости потребуется длительная осада.