Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Хорошо, я сейчас, — бросила через плечо Джинни. — А тебе известно, Стив, что Лиза Хокстон моя ближайшая подруга?

— Нет, я этого не знал.

— Мы работаем вместе, она технический сотрудник лаборатории.

— И какая же она, эта Лиза?

— Уверяю, она не из тех, кто станет обвинять кого попало.

Он кивнул.

— И все равно запомни: лично я не верю, что это сделал ты.

На секунду ей показалось, что Стив сейчас заплачет.

— Спасибо, — сдавленно прошептал он. — Поверьте, это очень, очень много для меня значит.

— Позвони, когда выйдешь отсюда. — Джинни продиктовала номер своего домашнего телефона. — Запомнишь?

— Конечно.

Джинни не хотелось уходить. Она изобразила ободряющую улыбку.

— Удачи тебе!

— Спасибо. Она мне здесь очень пригодится.

Джинни поднялась и, не оборачиваясь, вышла. Женщина-полицейский проводила ее до вестибюля.

На улице уже стемнело. Джинни села в машину, включила фары и поехала по направлению к университету Джонс-Фоллз. Ехала она слишком быстро, ей не терпелось как можно скорее добраться до цели. Она всегда ездила быстро. Водителем она была умелым, но несколько безрассудным, и знала это. Но просто не было терпения ехать с положенной здесь скоростью пятьдесят пять миль в час.

Белая «хонда» Лизы все еще стояла на автостоянке у Дурдома. Джинни поставила свою машину рядом и прошла в здание. В лаборатории горел свет. На столе стоял мини-холодильник с пробой крови Денниса Пинкера.

Кабинет Джинни находился напротив. Она отперла дверь, сунув в щель специальную пластиковую карточку, и вошла. Села за стол, взялась за телефон и набрала домашний номер Пинкеров в Ричмонде.

— Наконец-то! — воскликнула она, услышав долгожданные долгие гудки.

Трубку сняла Шарлотта.

— Как там мой сын? — первым делом осведомилась она.

— Пребывает в добром здравии, — ответила Джинни. Он мало походил на психа, во всяком случае, до тех пор, пока не приставил ей нож к горлу и не заставил снять трусики, подумала она. Но матери говорить этого нельзя. — Он нам очень помог.

— У него всегда были прекрасные манеры, — произнесла Шарлотта с гнусавым южным акцентом.

— Скажите, миссис Пинкер, не могли бы вы уточнить дату его рождения?

— Он родился седьмого сентября! — торжественно сообщила сна, словно речь шла о каком-то государственном празднике.

Джинни надеялась услышать от нее другое.

— А где именно он родился? В какой больнице? — спросила она.

— В то время мы жили в Форт-Брэгге, в Северной Калифорнии.

Джинни захотелось выругаться.

— Майор тренировал там новобранцев для Вьетнама, — с гордостью сообщила Шарлотта. — И там, в Брэгге, был большой военный госпиталь. Именно в нем Деннис и появился на свет.

Джинни не знала, что сказать. Тайна осталась тайной.

— Огромное спасибо вам за сотрудничество, миссис Пинкер.

— Не стоит.

Джинни зашла в лабораторию и сказала Лизе:

— Получается, что Деннис и Стивен родились в разных штатах и с разницей во времени в тринадцать дней. Просто не укладывается в голове!

Лиза вскрыла коробку с новыми пробирками.

— Что ж, попробуем призвать на помощь науку. Если ДНК у них одинаковая, они являются идентичными, или однояйцевыми, близнецами, кто бы там что ни говорил о времени и месте рождения. — Она достала две запечатанные тоненькие стеклянные пробирки с дном конической формы. Каждая была не более двух дюймов длиной. Лиза достала упаковку с наклейками, написала на одной «Деннис Пинкер», на другой — «Стивен Логан», наклеила на пробирки и поместила их в штатив.

Затем распечатала пробирку с кровью Денниса и отлила каплю в маленькую пробирку. Достала из холодильника пробирку с кровью Стивена и сделала то же самое.

Затем добавила в каждую из пробирок по капельке хлороформа — с помощью специальной калиброванной пипетки. Затем достала чистую пипетку и добавила столько же фенола.

Запечатала обе пробирки и поместила их в центрифугу марки «Верлмиксер», где они обрабатывались несколько секунд. Хлороформ был призван растворить жиры, а фенол — разрушить белки, но длинные витки дезоксирибонуклеиновой кислоты оставались при этом нетронутыми.

Лиза поставила обе пробирки обратно в штатив.

— Теперь остается лишь ждать, — сказала она. — Несколько часов.

Растворенный в воде фенол будет медленно отделяться от хлороформа. В верхней части пробирки должен образоваться мениск. ДНК останется в водном растворе, который на следующем этапе теста можно отделить с помощью пипетки. Но придется ждать до утра. Где-то в отдалении зазвонил телефон. Джинни нахмурилась — похоже, звонок доносился из ее кабинета. Она побежала туда и сняла трубку.

— Доктор Феррами?

Джинни терпеть не могла людей, которые, даже не представясь, спрашивали твое имя. Все равно что постучаться в чужую дверь и сказать: «Ты кто такой, черт побери?» Но она сдержалась и ответила:

— Джин Феррами. С кем имею честь?

— Найоми Фрилэндер, «Нью-Йорк таймс». — Голос женщины за пятьдесят, да еще заядлой курильщицы. — Хочу задать вам несколько вопросов.

— Не поздновато ли? На дворе уже ночь.

— Лично я работаю круглые сутки. Похоже, и вы тоже.

— И зачем это я вам вдруг понадобилась?

— Занимаюсь статьей об этике в мире науки.

— Ах вот оно что. — Джинни тут же подумала о Стиве, о том, что он не знал, что усыновлен. Этическая проблема, хотя и нельзя сказать, что неразрешимая. И почему это могло заинтересовать «Нью-Йорк таймс»? — Что же конкретно вас интересует?

— Просто мне стало известно, что