Что-то кроме магии - Akana again

никого не удерживаем, — перед туманом появилась всем хорошо знакомая фигура Кровавого Барона. — Вы вольны уйти под землей или переждать тут, в оружейной. Но учтите: никто не останется для вашей защиты.

— Насчет войны не договаривались... Лучше уйти... — заворчал туман, — триста лет на кладбище... пять веков в склепе... жили себе тихо-мирно...

— Жили?! — голос, в котором смешались презрение и гнев, осадил поднявшийся ропот. — Триста лет слонялись от креста к кресту, пять веков бродили у собственных гробов — вы называете это жизнью?! Да, дементоры страшны, и спасения от них нет. Но я призываю не спасаться, а нападать! Эти твари знают страх, их можно изрубить в клочки, а уцелевших прогнать, чтобы они раз и навсегда забыли сюда дорогу. Многие из вас имеют при себе оружие — так пустите его в дело!

— А безоружным как быть? — робко спросили из тумана.

— Призрак способен принять любое заклинание без вреда для себя. В замке много живых, большинство из них — дети. Станьте их щитами, помогите нам спасти их!

Туман пошел волнами, забулькал:

— Живые-то нас не больно жалуют...

— А вдруг не все заклинания безвредны?

— Где это видано, чтобы призраки живых защищали?!

— Пусть перебьют друг дружку, нам-то какое дело?

Барон подлетел ближе. Белый огонь в его глазницах едва тлел, но отчего-то лица, на которые падал этот взгляд, спешили отодвинуться, точно обжегшись.

— Таким, как вы, дементоры не страшны. Им нечем поживиться, ваши души давно стали прахом. Поступайте как знаете. Тех, кто согласен помочь Хранителям, жду в полночь в Выручай-комнате.

В этой самой непредсказуемой части замка место находилось всегда и всему. Вот и щит, дар Авалона, висит на стене, мирно соседствуя с пыльными рамами без картин и выцветшими гобеленами. Разве что не всякому виден.

Бедуир Крепкожильный хорошо помнил слова Морганы об исполнении обета и о знамении. В задумчивости он снял щит с крюка и вновь примерил на руку.

Узковато. Неудобно. А самое главное — ни у кого из призраков щитов нет. В бой они пойдут с тем, с чем погибли, и нет у него права быть снаряженным лучше их.

Серебряный диск вернулся на стену. Знамения и обеты подождут.

В Выручай-комнате собрались Хранители и Клуб Безголовых в полном составе. Почти сразу же к ним присоединилась и Елена. От нее все узнали, что Гарри Поттер вовремя проявил сообразительность и скоро доберется до диадемы.

Когда пробило двенадцать, из-под пола выросли две знакомые всклокоченные головы. Вслед за головами показалось остальное, и неразлучные приятели-висельники заявили, что насчет собственных душ не знают, но Пожирателей смерти не любят, потому что смерть, по их, висельников, мнению, вовсе не съедобна, и вот, значит, принимайте охранников. Да объясните толком, что надо делать.

За ними подтянулся еще десяток призраков, некоторые при оружии.

Безоружных Барон перепоручил Толстому Монаху: как самый обстоятельный и хозяйственный из Хранителей, он занимался распределением мирных обязанностей — защитников, порученцев и связных. Работа нашлась каждому.

— Всадников у нас не прибавилось, — заключил Барон, пересчитав собравшихся. — Но есть вооруженные пешие, и это хорошо. Дементоры непременно полезут в замок, надо перехватить их в коридорах. Николас, вам можно поручить это дело?

Привидения едва ли способны бледнеть, но лицо Почти Безголового Ника из серебристо-белого сделалось голубоватым. Тем не менее, он ответил достаточно твердо, что постарается оправдать доверие и готов возглавить отряд, который ему выделят.

— Отлично, все безлошадные в вашем распоряжении. Ричард, как дела снаружи?

Пока шло совещание, Бродяга Дик исчезал и появлялся, прошивая собой стены Выручай-комнаты подобно огромной швейной игле. Теперь он мог доложить самые свежие новости.

— Около сотни дементоров скопилось у главного вход в замок, остальные растянулись цепью вокруг. Все они пока бездействуют.

— Не станем ждать, когда они зашевелятся. Нападем одновременно двумя группами: Патрик, вы с частью клуба ударите с тыльной стороны, а я с остальными — в лоб.

— Нас и так мало, зачем делиться? — возразил Делейни-Подмор.

— Чтобы оттянуть на себя как можно больше дементоров и в то же время не позволить им задавить нас количеством. Они, как обычно, явились жрать и не ждут сопротивления, потому что никогда не встречали его от нас. Мы должны перебить и разогнать их, пока они не опомнились. Нападение сразу с двух сторон должно усилить их замешательство.

Не задавая больше вопросов, Делейни-Подмор занялся разделением Безголовых. Бродяга Дик хотел было присоединиться к своим, но Барон задержал его.

— Ричард, останетесь со мной.

— Слушаюсь, сэр!

— Мне никогда не нравились разбитные малые вроде вас. После стычек с инферналами мое мнение немного изменилось. Если сегодня покажете себя, я больше не стану мешать вам с Еленой.

— Спасибо, сэр, я постараюсь...

Договорить он не успел: за стеной раздался оглушительный взрыв, от которого содрогнулся весь замок.

— Эх, двум смертям не бывать, а одну уже миновали! — мощная глотка сэра Патрика легко перекрыла грохот. — Мы готовы, Бедуир.

Барон протяжно свистнул, подзывая коня. Коротко обнял Елену, кивнул Джерому с Николасом и махнул в седло.

— Собратья-призраки! Из века в век мы защищаем замок и видим в этом смысл нашего бытия. Он не дает нам впасть в уныние, не позволяет забыть, что и мы когда-то были людьми. Сегодня Хогвартсу грозит великая опасность. Значит, у нас появилась великая цель. И она вновь делает нас живыми! — Барон выхватил меч из ножен и поднял его над головой:

— За жизнь! За Хогвартс!

* * *

Кофр был неподъемный. Разумеется, проблему решает «Вингардиум Левиоса», но, чтобы управлять плывущим по воздуху ценным грузом и быстро бегать по лестницам, нужно быть умелым волшебником и ловким человеком. Колин Криви мог признать себя ловким, но насчет «умелого волшебника» испытывал сильные сомнения.

Он раскрыл сумку: сменные объективы, кассеты с пленкой, вспышка... Все нужно. Придется пожертвовать штативом,