Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

от остальных. Все равно что фотокопия, пусть немного, но все же отличающаяся от оригинала. Иногда результат превосходил все ожидания: Эйнштейн, Луис Армстронг, Эндрю Карнеги. А порой получался такой вот Пит Феррами.

Надо побыстрее выпроводить Беррингтона, подумала Джинни.

— Если хотите позвонить, Берри, то телефон вон там, в спальне.

— Ничего, дело подождет, — сказал он.

— Что ж, еще раз большое спасибо за чудесный вечер. — Она протянула ему руку для рукопожатия.

— Рад, что доставил вам удовольствие. Доброй ночи. — Он осторожно пожал ей руку и вышел.

Джинни обернулась к отцу:

— Что произошло?

— Просто выпустили раньше за примерное поведение. Я свободен. Ну и, естественно, первым делом захотел увидеть свою маленькую девочку.

— После трехдневной пьянки, — ядовито заметила она. Он был настолько неискренен, что ее тошнило. И она почувствовала, как в ней закипает гнев. Ну почему Бог послал ей такого отца?

— Да ладно, будет тебе фыркать, — примирительно заметил он.

Гнев сменился печалью. У нее никогда не было настоящего отца и не будет.

— Дай сюда бутылку, — сказала она. — Сейчас сварю кофе.

Он нехотя протянул ей бутылку водки, Джинни убрала ее в холодильник. Налила в кофейник воды, включила газ.

— А ты постарела, — сказал отец. — Ишь, даже седина в волосах появилась.

— Спасибо за комплимент. — Она достала кружки, сливки и сахар.

— Твоя мать тоже рано поседела.

— Чему ты немало поспособствовал.

— Я заходил к ней. — В его голосе звучало возмущение. — А она там больше не живет!

— Она в Белла-Висте.

— Да, соседка, миссис Мендоза, мне сказала. Она же дала твой адрес. Как можно было отправить мать в такое паршивое место?

— Ну так забери ее оттуда! — раздраженно воскликнула Джинни. — Она ведь до сих пор приходится тебе женой. Устройся на работу, обзаведись приличной квартирой и начни, наконец, заботиться о ней.

— Ты же знаешь, я этого не смогу. Никогда не мог.

— Тогда нечего придираться ко мне!

— Я не хотел говорить о тебе ничего плохого, детка, — умоляюще протянул он. — Просто мне не понравилось, что мать находится в этом заведении, вот и все.

— Я от этого не в восторге, да и Пэтти тоже. И мы собираемся раздобыть денег, чтоб забрать ее оттуда. — Сердце у Джинни сжалось, к глазам подступили слезы. — Черт побери, папа, мне и без того тяжело! А я должна сидеть и слушать твое нытье!

— Ну ладно, ладно, будет тебе, — пробормотал он.

Джинни сглотнула вставший в горле ком. Не надо было позволять ему с самого начала. И она решила сменить тему:

— Что собираешься делать? Какие планы на будущее?

— Ну, сперва осмотрюсь маленько, а там видно будет.

Это означало, что он будет искать очередной объект ограбления. Но Джинни промолчала. Он вор, и изменить его она не в силах. Отец откашлялся.

— Может, подкинешь мне несколько баксов, чтоб начать новую жизнь?

Тут она снова вспылила:

— Нет, но зато я скажу тебе, что собираюсь делать! Отправлю тебя в душ, чтобы ты помылся и побрился, а сама простирну твои грязные шмотки в машине. Если обещаешь не прикасаться к водке, угощу тебя яичницей и тостами. Потом найду тебе пижаму. Переночевать можешь вот на этом диване. Но никаких денег я тебе не дам, не рассчитывай. Я и без того из кожи вон лезу, чтобы наскрести денег и отправить маму в более приличное место, где ей будет уютно и комфортно. И ни единого лишнего доллара у меня нет.

— Хорошо, дорогая, — притворно ласково протянул он. — Я все понимаю.

Она подняла на него глаза. Гнев прошел, и она ощутила тоску. Ей от всего сердца хотелось, чтобы отец обрел покой, мог сам о себе позаботиться, устроиться на нормальную работу. Ей хотелось любить отца, чувствовать, что на него можно положиться. Она истосковалась по настоящему любящему отцу, но в то же время понимала, что все эти ее мечты напрасны. Место для отца в ее сердце всегда будет пустовать.

Зазвонил телефон. Джинни сняла трубку:

— Алло?

Это была Лиза.

— Джинни, это был он! — с дрожью в голосе воскликнула она.

— Кто? Что?

— Тот парень, которого при тебе арестовали. Я указала на него на опознании. Это он изнасиловал меня. Стивен Логан.

— Стивен — насильник? — не веря своим ушам, пробормотала Джинни. — Ты уверена в этом?

— Совершенно уверена, Джинни, — ответила Лиза. — О Господи, это было просто ужасно… снова увидеть его лицо. Сначала я не была уверена, потому что на нем не было кепки. Но потом детектив заставил их всех надеть бейсболки, и тут уж я сразу его узнала.

— Лиза, это никак не может быть он, — сказала Джинни.

— Почему?

— Его тесты и анализы говорят о другом. И потом, я провела с ним весь день. И в конце концов, так мне подсказывает интуиция.

— Но я его узнала! — обиженно воскликнула Лиза…

— Странно. Не могу понять, как такое могло случиться.

— Потому что это не соответствует твоей теории, верно? Ведь тебе нужно, чтоб один близнец был хорошим, а другой — плохим.

— Да, это так. Но один подобный случай еще не опровергает всей теории.

— Сожалею, что это портит выстроенную тобой схему.

— Я утверждаю, что это не он, совсем по другой причине, — вздохнула Джинни. — Черт, а