Танар. Тёмное начало - Екатерина Герц

Она медленно обернулась, не веря своим глазам. Он стоял в пятнадцати ярдах от неё и выглядел совсем иначе. Те же мягкие черты, красивые линии лица и волосы, напоминающие блестящий уголь антрацит. Но большие голубые глаза выдают многовековой груз, слишком тяжёлый для этих юных острых плеч. Ещё Виолетта заметила, как сильно он вытянулся и теперь смотрел на неё сверху вниз. Ничего не выражающий взгляд не изменился даже, когда она бесшумно заплакала. До этого момента даже приблизительно не представляла, как сильно успела соскучиться по родному брату.

— Влад… — хрипло отозвалась девушка. — Это правда ты?

Он едва заметно кивнул. И она поверила. Виолетта бросилась к нему и крепко обняла, опасаясь, что он может раствориться в том же шёпоте и развеяться по воздуху подобно пеплу. От него пахло лесной хвоей — не свойственный ранее запах. Лишь спустя пару минут Виолетта вспомнила, что всё это не реально.

— Какой-то странный сон, — задумчиво пробормотала она, отстраняясь. Недоверчиво огляделась по сторонам. Даже не надолго прислушалась, словно надеялась подслушать ответ у деревьев-великанов. — Мне раньше такие не снились.

— Потому что это не сон, — коротко пояснил Влад. — Я, можно сказать, без разрешения вторгся в твоё сознание. Всё, что ты видишь, эта картина мира моими глазами.

Пожалуй, слишком тёмная и страшная. Неужели в его мире больше нет солнечного света?

— Тебе разве такое под силу? — удивилась девушка.

— Многие знания я получил авансом, чему-то обучаюсь сам. Без мудрости предков не рискнул бы вторгаться в твой разум, иначе, неумелому, можно сильно повредить нейронные связи. Но нам уже давно пора поговорить.

— Почему нельзя сделать это лично?

— Мне так удобнее! — пожал плечами Влад. — Да и тебе безопаснее будет держаться на расстоянии.

Виолетта твёрдо вскинула подбородок:

— Я не боюсь тебя!

— А следовало бы! — без намёка на улыбку не согласился юноша. — Полагаю, ты захочешь что-то у меня спросить?

— Ты копался в моей голове? — недоверчиво уточнила Виолетта. Сейчас это не имело значения, но всё-таки было её личным пространством.

— Догадался.

Виолетта вспомнила миллион вопросов, которые мучили её месяцами. Где пропадал и чем занимался? Почему не нашёл её раньше? Какие планы на будущее? И почему не положит конец бесконечным страданиям жителей Гамильдтона?

Но мысли возвращались в Таруву, в пугающий бар «Лживые бесы», к горе изуродованных трупов. Влад молча рассматривал её лицо, но явно знал об этих мыслях. Ждал, когда висящий в воздухе вопрос будет задан.

— Это ты убил микоров в баре? — задала вопрос Виолетта, но вот только что он значит для неё на самом деле? Это ведь её брат, который стоит сейчас перед ней и готов открыться. А ещё это танар, которого боятся все в Гамильдтоне. Страшная сказка, которой пугают детей. Но девушка не боялась. Он ведь не причинит ей вреда. Даже, если вспомнить всех, кого уже убил.

— Да.

Ожидаемый ответ вызвал странное облегчение. С чего бы это?

— Но зачем? — спросила Виолетта то, что на самом деле хотела узнать.

Влад задумался. Наверное, хотел ответить искренне, но знал ли сам ответ на этот вопрос?

— Они не являлись моей целью, — хмуро произнёс он. — Просто стали орудием для достижения поставленной цели.

— Какой ещё цели?

Хотя, ответ лежит на поверхности: он очевиден и банален. Скрывается в стеклянных глазах светловолосой девушки с отсечённой головой.

— Ты сама знаешь, — заметил Влад. — Я хотел, чтобы она страдала.

Виолетта отвела взгляд, не выдержав этой прямоты и безразличия. Вокруг них сгущались тени. Обстановка менялась вместе с настроением Влада. Чёрная дымка обволакивала поляну и медленно подступала к ним. На верхушках деревьев занялся ветер: очень сильный, холодный и колючий. Он будто требовал проявить уважение и покориться.

— Это на тебя не похоже… — вырвалось у Виолетты, и она тут же пожалела о своих словах.

Тем не менее, брат почти не поменялся в лице.

— Не только я изменился, Виолетта! — с лёгким упрёком подметил он. — Или забыла количество павших от твоей руки?

— Не чувствуешь разницу? — вспыхнула девушка. — Ты губишь пачками мирных микоров, пока я сражаюсь за их свободу! Твоей силы достаточно, чтобы положить конец этой войне! Почему ты ничего не делаешь?

Влад шагнул в её сторону, и Виолетта непроизвольно попятилась. Она не собиралась этого делать, но всё нутро сжималось в предчувствии угрозы. Это не ускользнуло от внимания юноши.

— Если я вмешаюсь, весь континент превратится в жалкий пепел бесчисленных грехов! — тихим голосом заявил он. — Всему миру пора понять, что не существует волшебной таблетки, способной разом решить все проблемы. Виноваты не только те, кто развязал эту войну — виноваты все! Мной пытались управлять обе стороны и в итоге поплатятся за это. Не волнуйся, Гамильдтон никогда не прогнётся под властью Аскадэра. Но правительство должно сгореть дотла. У власти должны стоять те, кто будет думать о благе своего народа. И этот самый народ должен заслужить право на эту свободу — кровью, слезами и болью.

— Так ты теперь думаешь? — удивилась Виолетта, не признавая в этом незнакомце своего брата. — Эта сила ослепила тебя, брат!

— Скорее, открыла глаза! Я не беру лишнего, никого не принуждаю. И просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

Последние слова он произнёс так, словно обращался непосредственно к ней. Похоже, знает о поисках и специальном задании от Игната Романова. Но неужели не видит, что ей плевать на все приказы и морали? На самом деле она просто хочет быть рядом с близким человеком, пройти вместе через этот ужас.

— Не теми вещами ты занимаешься, Виолетта! — сказал напоследок Влад и посмотрел куда-то на скрытое небо.

— Куда ты теперь? — разбито спросила девушка.

Он ответил не сразу, будто пропустил слова мимо ушей. Кожи коснулся щуплый холод, возвещая о грусти, которая терзала его где-то внутри.

— Я хочу домой! — прошептал Влад прежде, чем превратиться в того самого ворона и улететь к верхушкам деревьев. — Не ищи меня, Виолетта!

* * *

Настоящее время, Гамильдтон, временный штаб шаонцев.

После этого видения Виолетта начала терять энтузиазм к миссии. Она ничего не рассказала ни Денису, ни кому-либо ещё. Даже Томаса решила оставить в неведении. После пробуждения не было сомнений в реальности произошедшего, но постепенно Виолетта всё чаще ловила себя на мысли, что это действительно могло оказаться сном. Не имеет значения, что Влад рассказал о способности проникать в сознание — это просто больная фантазия мозга. Впрочем, даже если бы он взаправду попросил оставить его в покое, девушка не в состоянии выполнить просьбу. Не сейчас, когда на него глядят обе стороны.

Среди всего этого