Сборник "Звездный скиталец" - Елена Сенявская

– Ну ладно, - капитан поднялся. - Надеюсь, все, что здесь произошло, не дойдет до нашего гостя. Мы беседовали с ним тет-а-тет. Не хотелось бы его разочаровывать…

– Конечно, кэп, - за всех ответил Эдгар. - Да он, кроме вас, ни с кем и не общается. Хотел бы я знать, почему…

После разговора с капитаном Гельм не чувствовал ни сомнений, ни угрызений совести. По-прежнему много читал, продолжая верить, что скоро вернется домой, где поделится своими открытиями.

Все изменилось однажды утром. Он стоял возле знакомой ниши, когда послышался шорох раздвигающихся дверей, чьи-то шаги, негромкие голоса в коридоре. Говорили на космолингве: с момента его появления на корабле это вошло в привычку. В вопросах вежливости земляне были на редкость щепетильны, иногда просто до абсурда. Подчиняясь скорее любопытству, чем подозрительности, Гельм замер с книгой в руке, невольно затаив дыхание. Двое остановились у входа в библиотеку, не догадываясь о его присутствии.

– Как там ваш подопечный? - первый голос принадлежал капитану.

Гельм насторожился: разговор явно о нем.

– Состояние нормальное. В поведении до сих пор еще некоторая скованность, но это естественно. Скоро совсем освоится, - отвечал второй голосом Эда и поинтересовался небрежно: - Из Центра уже что-нибудь есть?

На минуту повисла пауза. Кажется, капитана застали врасплох.

– Получен приказ доставить его на Землю, - наконец сказал он, и Гельм вздрогнул, едва не выронив книгу.

– Как же это? - голос врача звучал растерянно. - Вы ведь ему обещали…

– Обещал… - Рольф говорил с горечью. - А что я могу сделать? Центр решил по-другому. Идет война. Мы должны ее остановить. А он - первый севир, с которым удалось войти в контакт, и еще многое может прояснить.

– Сопливый мальчишка? - недоверчиво усмехнулся Эдгар.

– В следующий раз постараемся спасти генерала, - мрачно отпарировал капитан.

– Жаль парня, - тихо сказал врач. - Мне кажется, он нам поверил. А на вас, Рольф, смотрит почти с обожанием… То, что мы делаем, сильно смахивает на предательство.

– Не говорите глупости, Эд, - чувствовалось, что капитану и самому тошно. - Мы же не на смерть его везем. В конце концов, увидеть Землю ему будет только полезно.

– Надеюсь, вы не собираетесь «обрадовать» его прямо сейчас? - хмуро спросил врач.

Гельм не стал дожидаться ответа. Положив книгу на место, ровным шагом вышел из библиотеки и, не глядя на ошеломленных землян, направился к себе в каюту. Он шел, вскинув голову, неестественно прямо, спиной чувствуя на себе взгляд седого.

…Нет, он и теперь не жалел о своей откровенности. Что сделано, то сделано. Не было даже обиды на капитана - хватило здравого смысла понять и простить. Но горечь осталась. И сознание того, что с этой минуты следует вести себя по-другому - так, как положено пленнику: сдержанно и с достоинством, не принимая милостей от врага, не вступая с ним в соглашения. На

войне как на войне. Больше он ничего не расскажет - даже под страхом смерти.

Конечно, он понимал: с приказом или без, Земли ему не миновать - слишком мало у «Геи» шансов на встречу с галактическим патрулем. Но если до сих пор Гельм сохранял хотя бы видимость свободы, то с получением приказа он сразу становился военнопленным, как бы ни отрицал этого капитан. Одно упоминание закона, под охраной которого он находится, вызывало у Гельма раздражение: согласно ему, он давно уже должен быть на Севире, но летит почему-то совсем в другом направлении.

Капитана мучила совесть. Но еще сильнее - досада. Три неосторожных фразы - и рухнуло все, с таким трудом достигнутое. Снова стена отчуждения, льдинки в глазах севира. Удастся ли, как прежде, подобрать к нему ключ? Или это уже навсегда?

По мере того, как корабль приближался к цели и команда не скрывала радостного нетерпения, Гельм все больше замыкался в себе, а под конец и вовсе перестал выходить из каюты. Капитан не решался его тревожить - он понимал, что должен испытывать полугость-полупленник, лишенный последней надежды. Но когда звездолет вошел в Солнечную Систему и голубой шарик стал увеличиваться прямо на глазах, он не выдержал - заглянул в убежище Гельма, испытывая одновременно неловкость и неодолимое желание показать ему это чудо.

– Мы подлетаем. Хотите взглянуть на Землю? - стараясь не смотреть в застывшее лицо юноши, шагнул к стене и раздвинул жалюзи, скрывающие иллюминатор.

Гельм молча подошел и встал рядом. Долго смотрел, не мигая.

– Красивая… клетка, - четко, с расстановкой произнес наконец и отвернулся.

Капитан почувствовал, как кровь приливает к лицу, будто его ударили - наотмашь. Торопливо задвинул жалюзи.

– Зачем же так? - выдавил через силу. - Я клянусь…

– Не клянитесь, капитан, - холодно перебил его Гельм. - Вы ничего не решаете.

И капитан опустил глаза - растерянно и устало, понимая, что мальчик прав - судьбу его будут решать другие. И все же сказал - не ему, себе в утешение:

– Сделаю, что смогу. Это я вам обещаю…

«Гея» вошла в режим торможения. Садились на Деймосе, спутнике Марса, на закрытый космодром. Трое суток карантина, а потом пассажирский катер доставит экипаж на Землю. Самим звездолетам запрещалось к ней приближаться - двигатели такой мощности разрушают атмосферу, да и мало ли какую заразу можно занести из Дальнего Космоса. Лучше не рисковать.

Смолкли турбины. Корабль застыл неподвижно. А от здания космопорта уже несся к нему белый мобиль карантинной службы.

– Ну вот, начинается, - со вздохом произнес капитан, отвернувшись от мерцающего экрана, и печально улыбнулся врачу: - Встречай гостей, Эд. Это по твоей части.

Как и все астронавты, он терпеть не мог долгую, утомительную процедуру, которая им сейчас предстояла. Но закон касается всех. Карантинный осмотр неизбежен, и лучше не раздражать придирчивых инспекторов, демонстрируя свое неудовольствие. Изобразив на лице радушие, Рольф вместе с врачом направился к внешнему люку, чтобы приветствовать их на борту «Геи». Но вместо затянутого в спецкостюмы персонала карантинной станции из подъемника вынырнули четыре мускулистые фигуры в черных форменных комбинезонах.

– Капитан Рольф? - скользнув небрежным взглядом по его нашивкам, спросил тот, кто был среди них главным. - Мы из службы безопасности. Приказано забрать у вас севира.

– То есть как - забрать?…

Рольф не просто растерялся - он был ошеломлен. Впервые на его памяти нарушались правила карантина - и ради чего? Кому-то не терпится допросить несчастного мальчика, но разве Гельм преступник, чтобы везти его под конвоем?! Снова страх, неизвестность, чужие, враждебные лица. И никого рядом, кто мог бы его поддержать… Никого из тех, к кому успел привыкнуть, кто собирался ввести его в этот мир мягко и безболезненно. Ничего не скажешь, приятная встреча с Землей!

Капитан сжал пальцы в кулак и сдвинул упрямо брови.

– Покажите письменное предписание, - заявил с неожиданной твердостью, решившись стоять до последнего, хотя понимал, что помешать все равно не сможет.

Старший из «гостей» ухмыльнулся и вытащил из. кармана красный жетон - знак, указывающий на неограниченные полномочия. «Любой гражданин Земли обязан оказывать предъявителю сего всяческое содействие…»

Рольф сник. Не подчиниться было невозможно.

– А вы недоверчивы, капитан, - снисходительно заметил обладатель жетона и добавил сухо: - Надеюсь, этого достаточно?

– Вполне, - мрачно откликнулся Рольф, чувствуя себя, как провинившийся школьник перед учителем.

– Тогда проводите. У нас мало времени, - уже совсем официально потребовал тот, и капитан, не говоря ни слова, повел их в глубь корабля.

Гельм замер в кресле, неподвижно глядя в одну точку. С момента посадки чувство опасности не покидало его. Он знал, что за ним придут, и ждал этого, как ждет появления охотника зажатый в капкане зверь. Впрочем, он не станет огрызаться в бессильной злобе: он уже не Волчонок, каким был когда-то. Страха не было. Только кровь стучала в висках и, кажется, немного знобило…

Он не услышал шагов за дверью. И вздрогнул невольно, когда она открылась. На пороге стоял седой. Вид его озадачил Гельма: капитан казался расстроенным - искренне, без притворства. За его спиной возвышались четыре амбала с непроницаемыми лицами. Раньше он их не заметил, но теперь понял все и молча поднялся навстречу.

– Гельм, - капитан говорил глухо, каждое слово давалось ему с трудом. - Это за вами… Только ничего не бойтесь! - добавил поспешно и умолк, опустив голову.

Один из чужих отодвинул Рольфа плечом и шагнул в каюту. За ним вошли остальные.

– Я сам, - Гельм взглянул им в глаза с ледяным спокойствием, и двое, явно собиравшиеся взять его под руки, отступили: этот парень сумел вызвать у них уважение.