Сборник "Звездный скиталец" - Елена Сенявская

Эд молча кивнул, и двери за ним задвинулись.

– Пора ложиться на обратный курс, капитан? - полуутвердительно спросил штурман, готовый идти отдавать распоряжения.

– Нет, - Рольф встал, подошел к иллюминатору. Бурая поверхность планеты казалась совсем близкой. - Подождем… часа три, - добавил как-то странно и, ничего не объясняя, ушел к себе в каюту.

Астронавты недоуменно переглянулись и стали расходиться по рабочим местам - близилась смена вахты.

Гельм открыл глаза - еще не вполне проснувшись, чувствуя, что плывет куда-то. Койку тихо покачивало. Над головой вращалась прозрачная полусфера, источая нежный серебристый свет. Незнакомая музыка наплывала со всех сторон - мягкая, расслабляющая. Захотелось снова погрузиться в ее глубину, не думая ни о чем, не вспоминая… Но память пробивалась из темноты - своевольно, упрямо, и он застонал сквозь стиснутые зубы, до конца осознав, что Лурга больше нет.

Музыка оборвалась, угасла сама собой. Койка перестала раскачиваться. Приближались чьи-то шаги. Гельм невольно напрягся, сжался в струну - в тоскливом ожидании боли… Ничего не случилось. Спокойное лицо склонилось над ним и голос, пожалуй, приятный, спросил на космолингве:

– Вы меня слышите?

– Да, - вырвалось у Гельма помимо воли.

– И понимаете. Отлично, - заметил незнакомец, с откровенным интересом его разглядывая. - Меня зовут Эдгар. Я врач. И вы пока в моем распоряжении. Как лучше вас называть?

– Гельм, - имя не являлось военной тайной, и он произнес его без колебаний.

– Хорошо, Гельм, - врач кивнул одобрительно. - Я рад, что мы находим общий язык. - Он отошел на минуту и вернулся, держа в руке сосуд с золотистой жидкостью: - Глотните немного, это придаст вам силы.

Гельм дрогнул, кровь отлила от лица. Снова накатила волна страха. Зажмурившись, он залпом выпил ароматное зелье. Голова закружилась, тепло разлилось по жилам. Словно издалека донесся голос Эдгара:

– Кажется, многовато для первого раза. Впрочем, сейчас пройдет…

Постепенно звуки и краски вернулись на свои места. В голове прояснилось. Исчезла недавняя слабость. Он чувствовал, что может подняться, но пробовать не спешил: нынешнее положение имело свои преимущества. Неизвестно, что ожидает пленника, когда он поправится. В том, что он пленник, Гельм не сомневался ни минуты: зловещая эмблема торов еще стояла перед глазами.

С мягким шорохом раздвинулась дверь в стене. В помещение заглянул кто-то третий. И по тому, как незаметно подтянулся Эдгар, стало ясно, что это - главный.

Несколько слов на непонятном языке (видимо, вопрос касался Гельма) - и в медицинском отсеке появилось новое лицо - смуглое, худощавое, с жестким ежиком седых волос. Гельм замер… Седой походил на Лурга. Сходство неуловимое, но Гельма мгновенно бросило в жар, едва он его увидел. Вошедший обменялся с врачом двумя быстрыми фразами и повернулся к Гельму.

– Капитан Рольф, - представился коротко, переходя на космолингву. - Как вы себя чувствуете? - спросил участливо, присаживаясь возле его койки.

– Благодарю, вполне сносно, - ответил Гельм, глядя ему в глаза пытливо и настороженно.

– Отлично, - седой улыбнулся одними губами и обратился к врачу: - Могу я с ним говорить, Эд?

– Только недолго: он еще слаб, - сказал Эдгар и ушел за перегородку, словно устраняясь от того, что должно сейчас прозвучать.

– Вы, наверное, поняли сами, где находитесь. По глазам вижу, что поняли, - глуховатым голосом начал седой.

– Понял, - тихо и очень спокойно ответил Гельм, а пальцы под одеялом судорожно вцепились в простыню: наконец все встало на свои места, надеяться больше не на что. - Значит ли это, что я пленник? - спросил лишь затем, чтобы не осталось неясности.

– Ни в коем случае. Терпящий бедствие не может считаться военнопленным. Вы под охраной закона Тринадцати Миров, - слова седого звучали подчеркнуто официально.

– Но ведь наши цивилизации находятся в состоянии войны, - осторожно уточнил Гельм, не решаясь поверить в свое спасение.

Капитан кивнул, соглашаясь:

– Поэтому мы не можем доставить вас на Севир сами. И, согласно инструкции, передадим патрулю межпланетных сил или представителям нейтральной цивилизации.

Скрытая издевка почудилась Гельму в его словах.

– Вы смеетесь… Этот сектор Галактики необитаем и редко посещается кораблями. Здесь можно блуждать долгие годы и никого не встретить, - сказал совсем тихо.

Надежда вспыхнула и погасла. Он опустил глаза.

– Сочувствую, - холодно заметил седой. - Значит, придется пока привыкать к нашему обществу. Тем более, согласитесь, это почти чудо, что мы оказались рядом и услышали ваш сигнал…

– Да, мне повезло, - выдавил из себя Гельм и отвернулся, чтобы не видно было его лица: он вспомнил о Лурге.

Но капитан понял все. И пожалел о своей резкости.

– Послушайте, - голос его дрогнул. - Мне очень жаль, но мы ничем не могли помочь вашему другу. Он был мертв… Уже давно…

– Я знаю, - Гельм сказал это почти равнодушно, будто не он совсем недавно просил, требовал, умолял взять Лурга с собой, когда самого, чуть живого, уносили с разбитого корабля. - Вы оставили его там?

– Мы не знаем ваших обычаев, а хоронить по своим не решились, - произнес капитан и, глядя ему в глаза, добавил: - Вы сделаете это сами, когда сможете. Звездолет пока на орбите, катер вылетит по первому слову, - Рольф принял такое решение сразу, с первой минуты. Потому и задержал корабль.

– Сейчас! - Гельм резко сел на кровати. В глазах потемнело. «Как же так? Я ведь почти здоров…» - мелькнула мысль.

– Вы с ума сошли! - из-за перегородки выскочил врач. - Ему нельзя двигаться!… - мягко, но настойчиво заставил Гельма откинуться на подушки. - Разговор окончен! - хмуро объявил седому.

– Еще минуту, - уже поднимаясь, виновато попросил капитан и, нагнувшись к Гельму, предложил сочувственно: - Если вы скажете, что надо делать, мы готовы помочь.

– Я должен сам, - выдохнул обессиленный Гельм, погружаясь в вязкую тьму, из которой вынырнул не скоро.

Он, только он один может отдать Лургу последний долг. Это его право.

Гельм был подкидышем. Его нашли под дверями салуна у въезда в Космопорт. Потом приют для мальчиков - полушкола, полуказарма, откуда Волчатам одна дорога - в Серебряную Эскадру. Все мальчишки Севира мечтали о ней, но брали туда только Волчат: никто не спросит, откуда у парня шрамы, никто не заметит, если он не вернется…

К Лургу Гельм попал три года назад, когда воспитанников старшего курса передавали пилотам-наставникам для последней «шлифовки». Рядом с крепышами-сверстниками худощавый Гельм казался довольно хилым, и никто не рискнул взять его себе в пару. Лург взял - к удивлению многих. Звездный Ас, он мог выбрать любого. Но стоял в стороне и смотрел, как выбирают другие: идут не спеша вдоль строя, разглядывая напряженно застывших курсантов, и, ткнув пальцем в грудь того, кто покрепче, командуют: «А ну, Волчонок, шагай за мной!…» Парни выходили один за другим. Шеренга быстро редела, пока не разобрали всех. Остался только Гельм. Тогда и подошел Лург, положил на плечо руку: «Здравствуй, малыш. Хочешь со мной летать?»

Никто не называл его так - даже в детстве. Никто не спрашивал, чего он хочет. Пинки и затрещины - другой ласки Гельм не знал. И смотрел на пилота растерянными глазами, забывая ему ответить. Конечно же, он хотел!

Пять лет предстояло провести им вместе, на одном корабле. Гельму, чтобы стать мужчиной. Лургу, чтобы сделать из него аса. Полетное задание было рассчитано на двоих. Дальняя разведка, свободный поиск…

«Мы откроем новые миры, и каждый будет не похож на другие…»

«В дорогу, мальчик! Мы пойдем от звезды к звезде. И пусть нам завидуют те, кто остался дома!…»

«Покой для слабых, малыш, а мы рождены для звезд…»

Через год Гельм знал корабль не хуже самого Лурга, неплохо разбирался в навигации. Вырос, возмужал. «Теперь никто не посмеет назвать тебя Волчонком, малыш…» Как он радовался этим словам! Лург был для него не только командиром: он был Учителем. Пожалуй, даже отцом. Но Гельм не задумывался об этом. Просто не знал, какими бывают отцы.

– Зачем вы начали этот разговор, капитан?! - обрушился врач на смущенного Рольфа. - Парень только очнулся, а вы… Не знаю, что будет, когда он увидит тело. Ребята говорили, там одно кровавое месиво…

– Но не можем же мы улететь, оставив все, как есть! - капитан сидел за столом, нервно постукивая по нему костяшками пальцев. - Нельзя лишить его возможности проститься…

– Да кто спорит! - горячо воскликнул Эдгар. - Но после вчерашнего обморока я ни за что не ручаюсь.

– А время не терпит, - глухо продолжал капитан. - Хоронить будем сегодня.

– Как хотите, - врач сокрушенно махнул рукой и поднялся с кресла. - Я, конечно, могу накачать его психоделиками - в порядке исключения…