Сборник "Звездный скиталец" - Елена Сенявская

Капитан смотрел на экран, спиной чувствуя настороженность и волнение экипажа.

– Вряд ли кто уцелел в такой мясорубке, - сказал наконец подчеркнуто спокойно и обратился к командам катеров: - Высаживайтесь, ребята. Как бы там ни было, а проверить надо, - и добавил, не удержавшись: - Поосторожнее там…

Катера опустились возле разбитого корабля. Восемь разведчиков вскрыли аварийный люк и проникли внутрь. С этой минуты видеосвязь с ними прекратилась, переговоры велись по радио.

– Как там у вас, ребята? Что-нибудь нашли? - капитан напряженно всматривался в экран, на котором крупным планом обозначился черный провал люка, словно его изображение, передаваемое с катеров, помогало понять, что происходит внутри.

– Пока пусто, - глухо отозвался командир десанта: видимо, картина разрушений действовала на него угнетающе.

Минут десять после этого были слышны только шаги и тяжелое дыхание людей. Затем раздался металлический скрежет, как будто открывали заклинившую дверь.

– Кажется, здесь, - прозвучал неуверенный голос одного из разведчиков. - Смотрите, это похоже на кабину пилота…

На какое-то время воцарилось молчание. Должно быть, люди увидели нечто такое, что сильно их потрясло.

– Бедняга… - выдавил наконец кто-то. - Одно утешение: недолго мучился…

– Что там, ребята? - негромко спросил Рольф, и без того догадавшись об их печальной находке.

– Мертвец, капитан… Удар пришелся по правому борту. Как раз в том месте, где мы сейчас находимся. В общем, от него мало что осталось… Страшно смотреть…

В эфире снова повисла тишина. На этот раз надолго.

– Продолжайте искать. Севиры по одному не летают, - распорядился наконец Рольф, прервав тяжелую паузу.

Разведчики выбрались из развороченной рубки и молча двинулись дальше, обследуя каждый закуток, где могли оказаться люди. Проверяли отсек за отсеком, заглянули в машинный блок - безрезультатно.

– А может, он все-таки был один? - помявшись, предположил кто-то.

Ему не ответили. Стояли мрачные, не глядя друг на друга.

– Ну что? - сказал наконец командир. - Идем по второму кругу?

И команда десантников снова разбрелась по мертвому кораблю. Еще четверть часа прошло…

– Эй, сюда! - окликнул всех взволнованный голос. - Эту дверь мы в прошлый раз пропустили…

– Один ничего не трогай. Сейчас подойдем, - мгновенно отозвался командир.

Скоро к указанному месту подтянулись все остальные.

– В самом деле пропустили, - вслух удивился кто-то, разглядывая дверь. - Закрыто… А ну, навались, ребята! - распорядился по-деловому. - Чую, здесь кто-то есть…

Послышались сильные удары, затем грохот, будто упало что-то тяжелое. И сразу - гул голосов, взахлеб, перебивая один другого:

– Странно! Такая же кабина… Пульт управления… Не много ли для одного корабля?

– Он в кресле, смотрите! Дублер, наверное…

– И скафандр совсем не поврежден…

– Не шевелится. Глаза закрыты. А с виду вроде бы целый… Может, жив еще?

– Вот что, ребята, - решительно вмешался капитан. - Забирайте его оттуда. На «Гее» разберемся. И еще - посмотрите в рубке, нет ли бортового журнала или что там у них… Короче, возвращайтесь. Ждем. Конец связи, - и вздохнул, сбрасывая с себя напряжение последних часов. Поднялся, уступая место у экрана штурману.

«Кажется, обошлось. Не ловушка, не провокация. И ребята сделали все возможное. А дальше - как повезет. По косточкам соберем, если еще дышит…»

Гельм еще дышал.

В искалеченном корабле давно не осталось кислорода - обшивка была разорвана, трещина шла по всему корпусу. Не будь скафандра, пилота бы ничто не спасло. Но скафандр был - и смерть оттягивалась на неопределенный срок.

После катастрофы он так и не приходил в сознание. Очнулся, когда чьи-то сильные руки отстегнули ремни, подняли его из кресла. Первая мысль всплыла, как в тумане: «Лург… Значит, не все так страшно…» С трудом разлепил веки - и вздрогнул, увидев над собой чужие лица, незнакомого вида скафандры. К этому он не был готов, хотя сам выпускал на орбиту сигнальный маяк. Перевел взгляд ниже - и помертвел, покрылся холодным потом.

– Торы… «Черные молнии», - прошептал, разглядев нашивку на груди склонившегося человека, и обреченно закрыл глаза.

Невольная слабость, простительная в такую минуту. Больше он не позволит себе «прятаться». Стиснул зубы и посмотрел в упор - чтобы знали: он не боится. Но лица вокруг него не были злобными. Скорее, наоборот, - в них читалось сочувствие и сожаление. К нему, Гельму?! С чего бы это?… Что-то похожее на догадку заставило его побледнеть. И тогда, преодолев внутренний барьер, он выдохнул на космолингве, языке, которому севиров учили с детства, приказывая никогда этих знаний не обнаруживать:

– Нас двое… Найдите Лурга… Он там, - слабым жестом указал в сторону командирской рубки. В глазах - мольба и тревога.

Его не услышали, но жест поняли. И отвернулись, пряча взгляды, не решаясь ответить. Подняли и понесли - бережно, как ребенка. И он, все угадав, но не желая верить, рванулся из их рук.

– Лург!… - закричал, забился. Слезы текли по щекам, но он их не чувствовал. Острая боль, как ток, пробежала по жилам, и Гельм обмяк, провалился в небытие.

Когда десантники вернулись на борт «Геи», севир все еще был без сознания. Врач экспедиции, полгода сидевший без работы, получил наконец пациента и, как только беднягу, освободив от скафандра, перенесли в медицинский отсек, выставил всех за дверь.

– Ну как там, Эд? - спросил капитан, когда через полчаса, закончив полное обследование, он появился в кают-компании, где собрался весь экипаж, терпеливо ожидая результатов.

– Кости целы. Внутренних повреждений нет. Тяжелая контузия и нервный шок. Парень с виду крепкий - оклемается. Но пока нужен покой. Я погрузил его в гипносон - часа на три…

– Ладно, - Рольф обернулся к кибернетику: минуту назад тот пришел из Вычислительного Центра, где вместе с лингвистом колдовал над бортжурналом севи-ров, а теперь стоял в дверях, дожидаясь своей очереди для доклада. - Запись расшифровали?

– Почти. Язык у них в основе английский, как мы и думали. Очень много архаизмов и незнакомых слов, но разобрать можно. Вот главное: корабль учебный, летели двое - наставник и ученик. Поэтому и рубки управления две: ученик ведет, наставник страхует. Полет - что-то вроде выпускного экзамена на аттестат зрелости.

На безлюдной планете отрабатывали систему посадки. Вот тут-то у них и заклинило: один двигатель отказал, главный пульт вышел из строя. Корабль вел юнец - растерялся, не справился с управлением. Старший не мог помочь: чтобы перейти из одной рубки в другую, времени уже не осталось. Только и успел два приказа отдать - чтобы маяк на орбиту выпустил и «пристегнулся» как следует. И еще - но это пока предположение - корабль не случайно на правый борт завалился. Что-то он с пультом в последнюю минуту сделал. И главный удар на себя принял - лишь бы мальчишка уцелел.

– Любопытно получается, - после долгой паузы задумчиво протянул капитан. - Учебные корабли носятся по Галактике и отрабатывают посадку на неизученные нами планеты… Кажется, мы недооценивали севиров. Считали себя разведчиками, а ходим по их следам. Они все открыли до нас!

– Но колония их малочисленна, - неуверенно возразил штурман. - Такие экспедиции им не под силу. Не проще ли предположить, что корабль оказался здесь случайно? Ошибка в расчетах при переходе через Гиперпространство. Тем более что за пультом сидел новичок…

– Конечно, - мрачно заметил Рольф, - думать так гораздо удобнее. И нервы успокаивает. Но не стоит обольщаться. Все, что мы знаем о Севире, - из области догадок. Замкнутая цивилизация. Не исключено, что она и в самом деле ушла далеко вперед. И ни с кем не желает делиться своим знанием. Это многое проясняет…

– Очередная догадка, капитан, - невесело усмехнулся штурман. - Подождем, пока проснется наш «гость». Тогда обо всем и спросим.

– Вы думаете, он ответит? - мягко произнес врач, в глазах которого явно читалось сомнение. - Не забывайте, что это севир.

Капитан закашлялся.

– Прежде всего он мальчик, - сказал тихо, не без смущения, - который к тому же остался совсем один. И относиться к нему мы должны соответственно. И никаких расспросов!…

– Ничего себе мальчик. Два метра ростом, - вполголоса проворчал врач и поднялся - пойти проведать своего подопечного.

– Когда проснется, дай знать, - проводив его взглядом, вдогонку сказал Рольф.

Эд молча кивнул, и двери за ним задвинулись.

– Пора ложиться на обратный курс, капитан? - полуутвердительно спросил штурман, готовый идти отдавать распоряжения.

– Нет, - Рольф встал, подошел к иллюминатору. Бурая поверхность планеты казалась совсем близкой. - Подождем… часа три, - добавил как-то странно и, ничего не объясняя, ушел к себе в каюту.