Опоздавшие на поезд в Антарктиду - Наталья Труш

Отнять у них то, что они сами стырили, было даже справедливо. Еще один путь обогащения назывался спекуляцией: там купил дешевле, тут продал дороже. Сегодня за это никого не судят, а тогда по полной программе давали за такой бизнес.

Вот такое время было. Прости за маленький экскурс в историю. Просто, ты тогда совсем ребенком была и знать всего этого не можешь. Разве что из книжек того времени. Но их часто писали те, кто все это знал поверхностно, а то и вообще понаслышке. А я все это сам прожил-пережил.

Нас с Сережкой тогда занесло в теплые края, на Украину. Позвали знакомые пацаны. Сначала мы с ними в одной упряжке пахали, а потом потихоньку отделились. Чем занимались, спросишь? Да какая, Оль, разница?! Тогда, чем бы ты ни занимался, это было и разрешено, и запрещено одновременно. В одну руку давали, а другую при этом рубили. Все это гордо называли «бизнесом»!

Смешно сегодня об этом говорить, но тогда все мы, как могли, стремились заниматься «делом». Вот и мы с Сережей нашли себе дело, которое кормило. Не буду рассказывать механизм этого экономического «чуда» начала девяностых. Это совсем неинтересно. Если коротко, то мы оказывали некие услуги неким дяденькам, которые расплачивались с нами неким товаром. Товар дефицитный! У нас его с руками отрывали, невзирая на высокую цену. Вот и весь механизм!

На этом деле мы выросли до такой степени, что могли еще что-то покупать и перепродавать. Но вдвоем уже не справлялись и потому подтянули «местные кадры», чем очень себе навредили. Видать, кому-то завидно стало – парни из воздуха деньги делают. Вот уж правильней поговорки никто не придумал: деньги любят тишину. Как только о них становится кому-то известно, жди беды. Вот и у нас возникла проблема. Приезжаем мы к одному нашему кормильцу за товаром, а он невинно так говорит: мол, с нами хотят познакомиться их покровители официальные, крыша то есть. «А мы, значит, «не официальные»! И кто же, говорим, крыша-то у вас?» – «Да, менты!» – отвечают.

Во как! Менты крышуют коммерсов! Ну, удивительного-то в этом ничего нет. Кому, как не им, этим заниматься. Да только, как бы это помягче сказать, если б коммерсы эти коврики, бабушками вязанные, нам задвигали, это б куда ни шло. Но речь идет о товаре «левом» – водке и сигаретах, понятное дело, поддельных. И ментовская крыша…

Да…

Ну, удивляться долго было некогда. Хотят встретиться? Встретимся. Забили стрелку – встречу то есть назначили. Поехали мы с Сережей, и одного из местных с собой взяли одного – Васю. Да, забыл уточнить: наученные горьким опытом, мы там ни с кем не водили дружбу. Более того, кроме наших имен, про нас никто ничего не знал. Сергей и Илья. Ни фамилий, ни города, из которого мы приехали, – ничего! Меньше знают – крепче спят. Доверять никому нельзя было. Да и на Украине-то, читай – «за границей», мы не просто так появились. Фактически в бегах там были. Но это другая история, может быть, и ее я тебе когда-нибудь расскажу.

Приезжаем. Я когда эту крышу увидел, обомлел. Морды наглые, здоровенные, на коне не объедешь! Прикатили на джипе – редкость по тем временам неслыханная. У каждого на шее цепь золотая с палец толщиной. Вот тебе и менты!

Ну ладно, мы не совсем разрешенным делом занимались! А тут-то – менты! Как бандиты на бандитскую разборку пожаловали. И без лишних слов пушки достали.

– Никаких разговоров не будет! – сказали. – Валите туда, откуда приехали, и забудьте про то, что получали!

О как! Ну, мы на это тоже стволы достали. Наши, кстати, покруче ментовских оказались: они почему-то на разборку с газовыми приперлись.

Слово за слово, открыли пальбу. Сереге в глаз попали. Газовый с близкого расстояния – еще какое грозное оружие! В общем, Сережу скрутили, и этого барана из местных – Васю – тоже. Я ушел.

Как молотили Сережу, я узнал позже. А он не сломался. Даже имени своего не сказал. За это четыре дня его месили так, что он мертвым завидовал.

Зато местный боец хилым бойцом оказался – раскололся, как гнилой орех. Вывалил все, что знал, а поскольку знал он не так много – только наши имена, то готов был под любой ложью подписаться, что и сделал. Лишь бы не били. Так я с его слов стал убийцей: на меня списали два трупа, о которых я никакого понятия не имел.

Я узнал, что Серега попал в областную больницу, что содержится под стражей, прикован к кровати. Операцию по вытаскиванию его из больницы я разработал до мелочей, просчитал, что справлюсь с задачей за шесть с половиной минут. Справился за пять…

Из обыкновенной металлической банки, китайских электронных часов со светящимися цифрами и антенны от радиоприемника я изготовил взрывное устройство. Ну, это я так его назвал. На самом деле это был просто муляж, игрушка. И пульт для «бомбы» я взял от игрушки. Видела, наверное, такие: пластиковая черная коробочка с десятком цветных кнопочек?

Вот с таким «оружием» я и отправился ранним утром вытаскивать из больницы своего друга. Нанял частника с машиной, рассказал ему душещипательную историю про брата, который попал в автоаварию и которого мне надо забрать домой помыться-побриться. Заплатил водиле двадцать долларов. За эти деньги он готов был не только подождать меня у входа в больницу, но и вручную толкать свой жигуля до Киева. Да, я забыл сказать тебе, что дело происходило в Харькове. Может быть, в этом и нет ничего особенного, но для достоверной картины пусть будет и точная география.

И еще я поделился с водителем тем, что братишку моего врачи не отпустили бы домой – «плох братишка после аварии», поэтому я еду за ним в субботу и в такую рань. «И вообще, я всех обхитрю, – сказал я водиле. – У меня халат белый есть и шапочка. Придурюсь доктором и выкраду братишку на выходные! А в понедельник назад верну!»

Водила поверил. Как тут не поверишь?! Да и не стал бы он лишних вопросов задавать – денежки я ему платил совсем не за то, чтоб он у меня интервью брал!

Вот так, в белом халате и колпаке, да еще в очках, закрывавших пол-лица, с пакетом одежды для Сережи – его голым держали в палате, это я тоже знал наверняка, – я и поднялся на пятый этаж больницы. Никто меня не остановил – доктор и доктор, идет по своим докторским делам в этот ранний час.

В палате, кроме прикованного наручниками к кровати Сергея, дремали на стульях двое милиционеров. Увидели меня, встрепенулись. Но в первый момент мой маскарадный костюм сыграл свою роль: я был принят за врача. В тот же момент я выставил на тумбочку банку-«бомбу», вытащил антенну и показал перепуганным охранникам пульт:

– Мы сейчас уйдем, а вы десять минут будете сидеть спокойно и не дергаться. Если я увижу погоню за нашей машиной, я нажму вот на эту кнопочку, и ваша больница взлетит к чертовой матери.