Случайный многоженец-4 - Виктор Зайцев

Пригнали в эту ночь семь сотен неосёдланных коней и восемьдесят два под седлом. Погибли три человека, но их вместе с оружием привезли в замок. Опоздавших преследователей, подошедших к границе графства, стражники на оборонных рубежах встретили молчанием, не отвечая на выкрики, не открывая огонь. А утром подошедшую за ночь армию мусульман, злых и невыспавшихся арабов, разбудила бодрая музыка утренних передач уральского радио. Осада начиналась весёлыми песнями и ржанием трофейных коней, распределяемых командирами. Явно не того ожидали арабские воеводы, направляясь выжечь гнездо пиратов и разбойников.

Глава седьмая

— Очень интересный граф, очень, особенно его заявка на уральские товары, государь, — министр внешних дел передал список покупок Ракоци царю, — в частной беседе посланник передал предложение о создании прямого воздушного сообщение и организации отдыха наших уральцев на берегу Индийского океана. Да, он так и назвал океан, как написано в наших картах. Граф предлагает нам организовать совместную кампанию по строительству морских кораблей, изучению побережья и островов, прибрежной торговле. Судя по всему, это уралец, но фамилию его посланник не назвал, установить личность графа пока не удалось.

— Что нам скажет глава разведки, — Ладомир повернулся к графу Торопову, разложившему на столе текст доклада, — что удалось выяснить о посланнике и графе Олеге?

— С помощью наших друзей из службы безопасности узнали, посланник этот, Ракоци, из той орды кочевых угров, что два с лишним года назад ушли под предводительством военного вождя Мадьяра на юг. Тогда им удалось пройти по границе казарских владений в Средней Азии и скрыться в горных перевалах за Амударьёй. Казарский отряд из Бухары попал под обвал и прекратил их преследование, некоторые казары уверяют, что обвал образовался от взрыва и у орды были пушки. Это маловероятно, информации о продаже уграм пушек нет, да и все орудия, даже списанные, под строгим контролем. — Граф перевернул листок с записями, — интересные сведения от персидских купцов, Мадьяр якобы захватил всё княжество Синд и северную часть долины реки Инд. Беженцы уверяют, что при осаде его воины использовали пушки. Для получения точной информации в составе группы нанятых посланником графа мастеров направлены наши люди. Думаю, через полгода у нас будут точные сведения по графу. В любом случае, общих границ у нас с графом и Мадьяром нет, угрозы нам они не представляют.

— Ружья посыльных графа изготовлены не уральцами, патроны с бездымным порохом тоже не наши. — Людмил Сойкин, глава безопасности, посмотрел на Торопова, затем на Третьякова, — очевидно, произошла утечка от ромеев, либо они сознательно вооружают графа, он их человек.

— Нет, состав пороха не совпадает с рецептурой, переданной ромеям, — улыбнулся граф Третьяков, — наши специалисты, контролирующие производство пороха в Византии, уверены, что другого рецепта те не применяют. Да и в порохе этих посланников есть ингредиенты, отсутствующие в ромейском. Кроме того, состав капсюлей совсем другой, чем в уральских и ромейских зарядах. Это, бояре, сам граф изготовил, вернее, его мастера.

— Потому посланники и не пытались купить ружья и пушки, — продолжил Горазд Сысоев, — я же говорил.

— С другой стороны, этот граф, несомненно, уралец, — произнёс барон Сойкин, — пишет по-уральски, приглашает священников, покупает иконы. Вряд ли он агент ромеев или арабов, те ненавидят язычников сильнее, чем друг друга. Они и с нами разговаривают, пока мы сильнее и нужны им. Иначе бы давно здесь прошла конница халифа или ромейские центурии. Сам титул графа говорит об уральском воспитании, кроме нашего царства, графы есть на западе Европы, но, она отпадает.

— Вы знаете, что он обратился к нам с просьбой открыть там религиозное училище, — Любим Силин, непременный участник подобных совещаний, посмотрел на государя, — весной в графство отправляется группа учителей, решение об открытии училища утверждено. Впервые нас приглашает правитель, столь далёкий от Уральска, без каких-либо условий, в виде продажи оружия и прочего. Мы считаем, что распространение уральского учения в долине реки Инд остановит экспансию магометанства на восток. И будем всячески поддерживать графа.

— Я полагаю, что торговля с графством весьма выгодна для нас, — поспешил заметить промышленник Третьяков, — его недорогие алмазы крайне востребованы для обработки твёрдых сплавов. Рубины, о которых рассказывал посланник, если они действительно такие большие, помогут начать производство лазеров, очень нужных в военных и технических целях. Да и выход на огромный и богатый рынок весьма и весьма вовремя. Наши двигатели по-прежнему мало востребованы за границей царства, южные богатые страны консервативны и избалованы рабским трудом. Европейские племена и княжества вообще нищие дикари, их интересуют лишь украшения да оружие. Граф предлагает хорошую цену за двигатели, за постройку океанских судов. У наших промышленников и купцов появится ближайший выход непосредственно в Индийский океан, с богатым побережьем. Это не дикая и бедная северная Европа, не в состоянии обеспечить спросом продукцию одного Дартхольма.

— Может, нам стоит воспользоваться посылкой учителей, и направить для их сопровождения и охраны, группу военных инженеров? — главный воевода Жданов взглянул на царя, — они уточнят и нанесут на карту оптимальные торговые маршруты, организуют лётные поля для приёма самолётов. Оценят военную мощь графства и вообще, в крайнем случае, продержатся до прибытия самолётов, защитят наших специалистов. Последние модели грузовых самолётов вполне способны добраться без посадок от нашей базы в Баку до побережья океана. Радиопеленг мои ребята организуют.

— Хорошо, — определился Ладомир, — так и поступим. С группой священников отправим военных инженеров, в Баку переправим три грузовых самолёта. Приглашение приглашением, но, людей надо беречь. Места неизученные, в случае чего, самолёты успеют всех вывезти. Уверен, что полдня уральцы подержатся против любых армий. Да, граф Сысоев, как подготовят лётное поле, направляйте нашего посла в графство, заинтересовали Вы меня отдыхом на берегу океана.

Так, в получасовом совещании появились перспективные партнёры и союзники у графа Олега, о чём он, подозревал, но не был уверен. Сам граф в это время стоял на внешнем валу и рассматривал арабское войско, неосторожно расположившееся в паре вёрст от линии обороны, на опушке джунглей. Зрение позволяло ему рассматривать лица арабов на таком расстоянии без бинокля. Шёл первый день осады, арабы грабили редкие селения вокруг, не приступая к активным действиям. Угон коней задержал движение обоза, повозки которого прибывали до сих пор, выстраиваясь линией вдоль опушки. Открывать огонь из ружей и пушек по осаждающим войскам Олег запретил до особого распоряжения.

К вечеру ожидание стало надоедать, уралец прихватил с собой в качестве переводчика одного из ремесленников, привезённого с запада, и направился в сторону опушки, размахивая веткой с листьями, международный знак переговоров. Он не сомневался, что успеет отреагировать на опасность быстрее любого из своих воинов, да и пара револьверов давала определённые гарантии безопасности. Ждать переговорщиков пришлось недолго, около получаса. Два всадника, спешившись в пяти метрах от уральцев, быстрым шагом подошли к ним.

— Что привело ваше войско на мои земли? — начал старый сыщик без церемоний.

— Это ты самозваный граф, грабишь подданных халифа, недостойный язычник, — вместо ответа «наехал» старший из воинов, — мы пришли уничтожить твоё логово. А тебя казнить, вместе со всеми твоими разбойниками. Хотя, если ты сразу покаешься и откроешь ворота своего разбойничьего гнезда, мы казним тебя одного. Остальные смогут сохранить жизнь, приняв истинную веру.

— В вашем войске все последователи Мухаммеда? — уточнил уралец, получив утвердительный ответ, — Может, вы не будете нападать на мой замок? Я могу предложить воеводе вашей армии хороший выкуп, два пуда золота.

— Никакие богатства не заставят нас нарушить приказ самого халифа, — с достоинством вздёрнул подбородок переговорщик, — твоё змеиное логово будет разрушено.

На таких уверенных обещаниях переговоры закончились. Время шло к вечеру, у кшатриев, вдохновлённых захватом конного табуна, чесались руки по очередной диверсии. Ночь обещала быть ясной, с растущей луной, подходящие условия для ночного боя. И время поджимало, со дня на день подойдут всадники Мадьяра. Отдавать им право сражения с арабами никто не собирался, индусы не скрывали неприязни к угорским всадникам. Как ни странно, отряд уральца бывшие дружинники изначально не воспринимали частью угорской орды. Сдаться в плен Олегу, обладавшему пушками и ружьями, кшатрии считали вполне достойным поступком, как и дальнейшую службу у него. Но, покорение княжества Синд угорской ордой считали неправильным и несправедливым случаем. Никто из уральцев не сомневался, что без помощи пушкарей и стрелков, орда до сих пор оставалась бы за пределами княжества, на севере долины Инда. Дать этим самозванцам возможность победы над арабами, которых индусы изгнали из княжества сами почти двадцать лет назад, никто не собирался.