Принц, что так жесток - Ингрид Сеймур

буквально покалывало от желания коснуться его щеки и почувствовать гладкую кожу.

Я оторвала взгляд от его лица, внезапно обеспокоившись тем, как мое тело реагирует на него.

Как будто ты сможешь коснуться принца Благого двора. Он был совсем не моего уровня… Мы вели разный образ жизни, происходили из разных слоев общества, даже королевств, с которыми мы были неразрывно связаны. Возьми себя в руки.

– Что-то случилось? – спросила я, не поднимая глаз.

– Я бы хотел кое о чем вас попросить.

– Конечно, подождите минуту. – Я повернулась к Валериане. – Мне нужно уйти, но я вернусь.

– Когда?

Я оглянулась на принца. Он лишь пожал плечами и покачал головой, словно говоря: «Понятия не имею». Оставлять Валериану без присмотра на неопределенное время мне не хотелось, особенно после того, что случилось сегодня утром.

– Ты не против побыть с Лариной?

– Мне нравятся пикси, – ответила она. – Одна из моих лучших подруг – пикси. Они хороший народ.

– Хорошо. – Я снова дернула за золотистый шнур, и за спиной принца появилась Ларина. Она зависла в коридоре, почтительно склонив голову. – Ларина, – сказала я, – понимаю, что у вас много дел… но не могли бы вы присмотреть за Валерианой, пока я помогаю принцу?

– Исполнять ваши желания – моя обязанность, и если мои услуги хоть как-то помогут принцу Аданорину, то я сочту это за честь.

Калилл склонил голову, изображая само очарование.

– Благодарю вас, абин манаэль.

Щеки Ларины стали фиолетовыми, и я поняла, что именно так выглядят создания с голубой кожей, когда краснеют. Пикси впорхнула в комнату, а я вышла в коридор и закрыла за собой дверь, чувствуя, что оставляю Валериану в надежных руках.

Принц провел меня в большой кабинет, где уже все собрались. Цилия, Крин, Сильвер и Джондар удобно расположились вокруг низкого столика, а Арабис откинулась на спинку стула, закинув ноги на пуфик и прижав ладонь к животу. Помещение было просторным, а с балкона, такого же как в столовой, открывалась красивая панорама города. С улицы доносился шум журчащей воды и дул свежий ветерок, пахнущий далеким дождем и сладкими цветами.

Арабис подняла руки.

– Даниэлла Сандер, – провозгласила она. – Добро пожаловать в наш Круг Sub Rosa[3].

Глава 18

Круг Sub Rosa?

В смысле «тайный»? Похоже на то. Еще в старшей школе, стремясь улучшить целительские навыки, я читала много старинных текстов, в которых и повстречала этот термин. В обоих наших королевствах роза имела древнюю историю и являлась символом секретности и тайных дел – описание, идеально подходящее нашему путешествию.

Арабис ухмыльнулась, и я поняла, что это название – их внутренняя шутка. Я быстро оценила ее состояние. Ей стало значительно лучше, а все благодаря ускоренной регенерации фейри.

– Калилл сказал, что посвятил тебя в наш маленький секрет. – Цилия похлопала по соседнему креслу, и я, не говоря ни слова, села рядом. Я чувствовала странную сопричастность, как будто, войдя в эту комнату, пересекла невидимую черту и наконец-то оказалась вместе с ними, а не топталась за границами очерченного ими круга.

Всего минуту назад я не могла вернуться домой, потому что не знала дороги и не хотела умирать. Теперь, когда они воспринимали меня как одну из своих, я поняла, что хочу остаться. Их поведение изменилось, даже у Крина – пусть и совсем немного. Словно доверие, которое оказал мне Калилл, рассказав правду, повлияло и на их отношение ко мне. Так близко я подпускала только родных, но друзей – никогда. Их у меня в принципе было очень мало, и я бы точно не доверила никому из них такую важную тайну принца Калилла.

Означали ли их улыбки, что я входила не только в круг Sub Rosa, но и стала их другом? Эта мысль вызвала странные чувства. И я только сейчас осознала, какие сильные узы связывают их друг с другом. Если они начали доверять мне только потому, что так сказал Калилл, значит, каждый из них мог слепо вверить свою жизнь остальным.

Один нюанс: я знала только часть правды. Они явно что-то недоговаривали, и я была в этом уверена. Калилл все еще держал меня на расстоянии вытянутой руки, так что, хоть я и попала в их круг, все равно была далеко от его центра. В любом случае, я уже настолько увязла в этой истории, что не смогла бы выбраться, даже если бы попыталась. Но, как ни странно, обещание принадлежности и дружбы было весьма заманчивым.

Забавно, что я никогда не понимала, что упускаю что-то важное.

Крин, сидевший слева от меня, наклонился вперед, взял хрустальный графин, налил в один из бокалов напиток янтарного цвета и предложил мне.

Я удивленно моргнула.

Он наклонил голову.

– Это из вашего королевства, одна из находок Калилла. Оказывается, у вас все же есть что-то хорошее.

Я приняла бокал и посмотрела в изумрудные глаза Крина. Держался он не слишком дружелюбно, происходящее явно было ему не по душе, но он словно смирился с этим – по крайней мере отчасти. Он перевел взгляд на Калилла, словно спрашивая: «Ну что, счастлив?» Принц слегка прищурился в ответ.

Я сделала глоток самого мягкого виски из всех, что когда-либо пробовала в жизни. Калилл присел на подлокотник дивана напротив меня, где расположились Джондар и Сильвер и потягивали янтарный напиток из таких же стаканов, как у меня.

– Односолодовый «Гленфиддих», редкая коллекция тысяча девятьсот тридцать седьмого года, – сказал Калилл.

– Так вот почему люди с моим уровнем дохода не могут себе позволить хороший алкоголь, – ответила я. – Все из-за понтующихся принцев фейри, которые платят за них любые деньги и перевозят через завесу.

Губы Крина растянулись в ехидной усмешке.

– Понтующийся? – переспросил Сильвер.

– Это значит «заносчивый», – пояснил Крин.

Я удивленно приподняла бровь, глядя на него.

Он пожал плечами.

– Я провел какое-то время в твоем королевстве.

Такого я не ожидала.

Калилл молча слушал наш разговор, лишь изредка закатывая глаза. Казалось, он уже привык быть объектом шуток и не обижался.

– Дани… я же могу называть тебя Дани, да? – И, не дожидаясь моего согласия, Сильвер продолжил: – Похоже, Дани разделяет твое мнение насчет Калилла, Крин.

– Ну, нетрудно заметить, что в его казне полно денег, и он любит баловать свою испорченную богатую задницу, – отозвался Крин, явно не желая признавать, что у нас с ним есть что-то общее.

– Нужно же как-то компенсировать маленькие неудобства,