Пиратская принцесса - Дебора Мартин

— Вот как?! И вы уже так долго живете с дядей и тетей? — Саймон прямо слышал, как в голове миссис Уилкинсон щелкали счеты, пока она вычисляла возраст Камиллы. Тайком глянув на Саймона, настойчивая дама продолжала: — Странно, что вы до сих пор не вышли замуж. Должно быть, не слишком весело жить с родственниками и гораздо приятнее завести собственную семью.

Саймон едва не зарычал. Миссис Уилкинсон явно выуживала из Камиллы точный ответ: хочет она замуж или не хочет. Неужели женщинам необходимо на все получить прямой, не оставляющий сомнений ответ? Где же их интуиция? Он уже жалел, что придумал для генеральской жены именно такую причину. Хотя, конечно, выбора у него не было. Зачем бы еще понадобилось ему встречаться с девушкой, если не для того, чтобы приударить за ней?

Камилла вздернула подбородок с чисто креольской гордостью.

— Вовсе нет. Мне нравится помогать тете с детьми. — Она заносчиво посмотрела на майора. — Я очень привязана к кузинам. И сделаю все, что в моих силах, ради их счастья.

Он понял, что эти слова адресованы ему лично. Вот ведь упрямица!

— Ну разумеется, понятное дело, — закивала миссис Уилкинсон. — Мне это очень хорошо знакомо. Хоть я и не видела ваших кузин, но тетя мне показалась очень милой. Она была просто душка сегодня утром, когда я к вам заходила. — Она сделала жест слуге, чтобы подавал следующее блюдо. — Но вы же наверняка все-таки хотите иметь в будущем собственный дом.

— Да, когда-нибудь, — она отклонилась, чтобы слуга мог забрать у нее тарелку. — Но сначала я должна убедиться, что Дезире устроила свою жизнь. Ей сейчас так трудно выбрать среди множества поклонников. — И, послав Саймону еще один взгляд, полный тайного значения, добавила: — Ей настолько необходима моя помощь, что мне с трудом удалось даже сейчас оставить ее одну.

— Ну, не глупите, — улыбнулась миссис Уилкинсон, когда слуга вошел со следующим блюдом. — Это забота ваших тети и дяди — следить за дочерьми. Вы не должны взваливать на себя такую ношу, когда вам нужно устраивать собственное будущее.

— Боюсь, мой дядя не очень-то разбирается, кто из поклонников кузины хорош, а кто плох, так что ей приходится спрашивать совета у меня. И я не могу ее подвести.

Саймон подавил желание немедленно возразить. Нужно подождать, пока они с ней не останутся наедине. Он еще заставит ее пожалеть, что она накинулась на него с такими обвинениями.

Миссис Уилкинсон, кажется, не понимала, что они с Камиллой говорят о разных вещах.

— Действительно, я слышала, что ваш дядя довольно строг и с вами, и с вашими кузинами. Не потому ли вы так нерешительно относитесь к замужеству? Боитесь, что дядя не одобрит ваш выбор?

Камилла не сразу поняла, что разговор переключился с кузины на ее собственное будущее.

— Нет, не думаю… не думаю, что его сильно волнует, за кого я выйду замуж.

Миссис Уилкинсон бросила на Саймона вопросительный взгляд.

— Если только это не американец, — добавил он, чтобы Камилла не выдала жене генерала, что он солгал.

Камилла посмотрела на него.

— Ах да, разумеется. Боюсь, что дядя у меня довольно старомоден. Он считает, что для креолки хорошего происхождения годится в мужья только богатый креол.

Миссис Уилкинсон расслабилась, решив, что Саймон говорил ей правду.

— Ну, вы-то сами, надеюсь, понимаете, что это чистейшая ерунда, — она улыбнулась мужу, который, казалось, уже заскучал от таких разговоров. — Уверяю вас, мужчины все одинаковы. В любой нации есть люди хорошие и плохие. Очень важно, чтобы девушке достался хороший мужчина — как, например, мой муж или майор Вудвард, — это намного важнее происхождения, национальности или богатства.

Если бы не смущенный вид Камиллы, Саймон только посмеялся бы над очевидными попытками миссис Уилкинсон их сосватать. Знала бы бедная генеральская женушка, что в эту минуту единственное, чего хочет Камилла, — это живьем содрать с него шкуру.

— Думаю, что все с вами согласятся, — холодно заметила Камилла. — Но я на собственном опыте знаю, что любящим друг друга парам подчас мешают объединиться только происхождение, национальность и богатство.

Миссис Уилкинсон, вероятно, решила, что добралась до самого сокровенного секрета взаимоотношений Камиллы и Саймона, но он-то знал, что речь совсем не о них. Ему уже основательно надоело слушать трагические речи Камиллы о ее кузине, которая, похоже, меньше всего заботилась о розыске отца собственного ребенка.

— Может, это и правда, мадемуазель, — вступил он в разговор, — но вы должны признать, что, когда перед женщиной стоит выбор между богатым мужем и бедным, она наверняка выберет богатого.

Миссис Уилкинсон, кажется, не поняла, к чему это он сказал, но Камилла прекрасно все поняла.

— Не богатство, — сказала она, глядя прямо на него, — интересует женщину, когда она выбирает мужа, а характер. Разумная женщина всегда предпочтет бедного мужа с хорошим характером сумасбродному богачу.

— Всегда? — недоверчиво усмехнулся он.

— Всегда! — она упрямо вздернула подбородок.

— А если у обоих характеры не ахти?

— Ну, перестаньте, перестаньте, — прервала их миссис Уилкинсон. — Что это вы все о каких-то нелепостях разговоры заводите? Я уверена, что мадемуазель Гирон никогда не выйдет замуж за плохого человека.

— Действительно, — ответила Камилла. — Дядя никогда этого не допустит. Ни один из моих дядюшек не допустит этого.

Он замер. Зачем ей понадобилось впутывать в этот разговор Зэна? Ах, вот зачем, он понял! Эта маленькая дурочка считает, что можно повлиять на него, упоминая о дяде, с которым у него, по ее мнению, какие-то дела.

— Так у вас есть еще один дядя? — навострила ушки миссис Уилкинсон.

Саймон поглядел на Камиллу. Нет, она, конечно, не зайдет так далеко, чтобы афишировать свои родственные отношения с Зэном.

Но это ее нисколько не смутило.

— Да. Жак Зэн, — сказала она упрямо.

Карамба, черт тебя подери! Пусть только окажется с ним наедине! Он перекинет ее через колено и отшлепает ремнем. Он не говорил генералу, что Камилла Гирон племянница Зэна, потому что не хотел, чтобы Уилкинсон знал, как глупо его друг позволил себя шантажировать.

Ну и разумеется, генерал мгновенно заинтересовался разговором.

— Пират? — спросил он, выстреливая в Саймона тяжелым взглядом.

Саймон взял стакан и, запрокинув голову, выпил одним глотком. Боже правый, ему, пожалуй, понадобится все-таки напиться, чтобы выдержать все это.

Камилла помедлила. По выражению ее лица Саймон понял, что все это она выложила в запале, не подумав. Но, видимо, поняла, что теперь пути назад нет. Кивнув, она посмотрела прямо на генерала.