Именем Горна - Юрий Погуляй

– Нет, я ищу…

– Себя ты ищешь, святой воин, себя, – усмехнулся морщинистый служитель. – Думаешь, что разыскиваешь ее, а на самом деле ты себя потерял.

Ладомар промолчал, ожидая продолжения.

– Ну а она, наоборот, от себя бежит, – не обманул ожиданий священник. – Но не от тебя.

– Где она? – Паладин ничуть не удивился такой осведомленности. Если действовать разумно, можно найти подход к любому человеку, главное – быть в курсе его истории. А самая распространенная причина поисков – любовь.

– Она нашла свой путь, святой воин. И она пошла по нему. Думаю, она сейчас счастлива.

Столь расплывчатые фразы начали выводить Ладо-мара из себя. Знакомая манера, многие шарлатаны умели говорить ни о чем и попадать в точку. Неужели перед ним один из таких людей?

– Я говорю об Элинде из Эймора, паладин, – вдруг посерьезнел священник. Взгляд мужчины оцепенел.

– Она в Анхоре? – ровным голосом спросил паладин. Пришлось следить за собой. Еще не хватало петуха дать от волнения.

– Да.

– Как мне туда попасть? – У Ладомара не было сомнений в правдивости слов священника.

Служитель неуверенно коснулся символа солнца на груди:

– Разве ты не знаешь? Тот перекресток, откуда ведет дорога в Анхор, остался позади. Но ты всегда можешь вернуться.

– Не надо загадок, – нахмурился Ладомар. – Я не настолько умен, чтобы найти ответы.

– Скромность – хорошее качество. Неужели ты не можешь догадаться?

Паладин вздрогнул. Те двое анхорцев. Они же наверняка вернутся домой! И, может быть, ему удастся уйти с ними!

– А ты говоришь, что не умен.

Надо их найти. Где они могут быть? Собирались на юг – значит, Халдия… Или… Что, если они направились еще южнее? Обогнули Долгий залив по побережью и направились через Сейнар в земли кочевников?

Служитель молча ждал, не глядя на задумавшегося паладина.

Найти двух странников в огромном мире – задача непростая. Но на след Элинды он же вышел! Отыщет и анхорцев. Вот только когда… Вряд ли у него в запасе годы.

– Неужели нет другой дороги? Могу ли я пойти той, которой прошла Элинда?

– У каждого свой путь. Если бы существовал один-единственный для всех – общины бы тут не было. Они ждут, когда придет их время и откроется их личная дорога. Твой же путь известен, святой воин. И он один.

Если Ваогар до сих пор с ними, то найти анхорцев будет гораздо проще. Рыжий рыцарь – фигура заметная и довольно известная. Если заходил в какую-нибудь ставку Ордена, об этом станет известно во всех остальных обителях. Надо искать брата по служению.

– Благодарю тебя, – поклонился служителю паладин. – Да пребудет с тобой Горн! Мне кажется, твоя душа рождена в его пламени.

Священник чуть склонил голову, и Ладомар быстро зашагал к выходу.

– Тебя ждут великие дела, паладин. Но помни: только любовь к людям открывает им глаза на твое лицо. – Эти слова заставили паладина застыть на месте.

Ладомар быстро обернулся и с трудом сделал первый шаг. Требовать пояснений бессмысленно, судя по слегка ошеломленному виду, священник и сам не понял, что сказал. Пророчества – большая редкость в последнее время. Говорят, раньше в храмы и ходили только за ними, но потом все реже и реже служители Халда впадали в религиозный транс. Кое-кто из детей церкви, правда, успешно имитировал откровения, однако сейчас у Ладомара не было никаких сомнений. Он ведь сказал Ее имя!

Воин Горна догадывался, отчего число пророчеств в наши дни так сократилось. Мало искренне верующих среди священников. Теплое место, почетная должность, спокойная жизнь – они привлекали всех, а не только верных Детей Халда.

Вскочив на коня, Ладомар не сдержал вырвавшееся проклятие. Забыл отвязать жеребца от березы. Теперь придется слезать…

В Зурраге ставок Ордена нет, одну из последних спалили лет шесть назад. После того как оскорбленный Орден пришел мстить, в мятежном городе никто селиться не захотел. Улицы помнили реки крови, затопившие их одним зловещим вечером. Король закрыл глаза на бесчинства паладинов, не решаясь окончательно ссориться с воинами Горна. Воевать с ними и Халдией ему не хотелось. После карательной экспедиции рыцари Небесного бывали в Зурраге лишь проездом.

Ближайшая ставка, получалось, находится в Кронее, а там зреет война…

Наплевать! Надо найти Ваогара и тех анхорцев! Ему просто необходимо пройти Путаные Места!

А еще полюбить людей.

Какая в принципе малость…

Эйдор все же оправился от болезни, однако Ваогар не прекращал ворчать о том, что они потеряли много времени, пока чародей прохлаждался в койке. Юноша окончательно перестал понимать святого воина. Иногда в жестах и взглядах Рыжего сквозила безумная ненависть к попутчикам, но он все равно продолжал их сопровождать! Что ему надо?! Неужели такое гипертрофированное чувство долга, в котором Эйдор сомневался после той деревни? Не фанатик Ваогар, далеко не фанатик.

Чего он хочет?!

Впрочем, злость паладина распространялась не только на анхорцев. Эйдору казалось, будто воин с мрачным недоверием относится ко всем окружающим. Будто находится в войне с целым миром. Неприятный, прицеливающийся прищур Ваогара испытывал любой встреченный на дороге путник. Под пристальным, стальным взором ежились тавернщики и стражники на воротах. Служанки робели в присутствии могучего воина и даже когда покорно удалялись с паладином в комнаты – в глазах Рыжего чувствовалось некое презрение к избранницам.

До границы Халдии и Кронея оставалось не больше трех дней пути, и у анхорских странников не было никаких сомнений в том, что их цель находится за пределами королевства инквизиторов. На дорогах все чаще попадались воинские отряды. Ваогар мрачнел, но горизонт путешествия по-прежнему казался чистым и безоблачным.

На тот постоялый двор они заходить не собирались, так как не внушал им доверия старый, покосившийся дорожный указатель. Но когда захромала лошадь Ваогара, паладин с искренним сожалением повернул к недалекому трактиру под названием «Алтарь».

Возвращаться в оставленный утром город странники не стали: не хотелось терять время, а до следующей твердыни Халдии, приграничного города под названием Халим, было еще далеко.

Неприятности начались во дворе. Агира случайно столкнулся на крыльце с человеком, на лице которого четко было написан род занятий. Маленькие, глубокие, злые глазки, массивный подбородок, сломанный нос и старый рубец на лбу.

– Ты че? – взметнулся задетый рыцарем мужчина. Эйдор как раз поднимался по лестнице, когда человек толкнул Агиру в грудь. – Ты че? А?