Аурлийский цикл. Книга 2. Потерянный мир - Константин Лебедев

Ивес и Абель сжимали в руках вожжи второй телеги, а их сменщиками выступали Сирин и безымянный хорт. Древней удалось наладить дружеские отношения со своим соседом, и они оживленно беседовали даже во время общих привалов. Рассмотрев хорта при дневном свете, Итан убедился, что уже встречал его прежде во время визита в консульский дворец. Судя по всему, высокий статус приближенного к Клетису позволял ему не подчиняться даже приказам центуриона, и членом отряда он официально не являлся, оставаясь лишь сторонним наблюдателем.

За ними следовали молодые утларги, оказавшиеся братом и сестрой. Как выяснилось позже, консул Клетис обнаружил двух брошенных младенцев во время охоты. Проявив милосердие, он повелел сохранить им жизнь и позволил расти в своих владениях. С самого детства их натаскивали на выслеживание добычи, превратив в идеальных охотников, знающих об этом ремесле абсолютно все. Достигнув подходящего возраста, брат с сестрой полностью возложили на свои плечи обязанности по организации кровожадных утех для высокопоставленного имперца. Не один раз во время привалов Ун хвалился тем, что в столице вряд ли найдется стрелок, способный сравниться с ним в этом умении.

Клетис не потратил много времени, раздумывая над выбором имен для найденных им детей. В переводе с языка имперцев брата и сестру звали не иначе, как первый и вторая. По виду им было не больше восемнадцати лет. Оба имели волосы каштанового цвета, но у Уна они были короткими и взъерошенными, а у его сестры — длинными и густыми. В отличие от брата, Ду была куда менее сговорчива и смотрела на всех с осуждающим пренебрежением. Исполняя приказ центуриона, они по очереди следили за тем, чтобы в голове полуорка не появилось даже мысли о побеге. Между тем Тору выглядел так, словно полностью принял свою судьбу. Он в равной степени был как благодарным слушателем бахвальства Уна, так и понимающим стражем тишины, находясь в обществе Ду.

Кэр занимал свое место в замыкающей телеге. Троица наемников, руководствуясь рекомендациями мистера Грина, с радостью приняла аурлийца в свои ряды. Итан был рад, что мучения, через которые прошел штурман, не сломили его характер. Дункан все так же не упускал возможности обратить даже самый серьезный разговор в незатейливую шутку. На его фоне Ингрид выглядела настоящим голосом разума и рассудительности. Джеро же действительно оказался необычайно приятным спутником. Правда, весь экипаж ясно ощущал, как прогибается телега каждый раз, когда он усаживался поудобнее, а апрумы, тянувшие их кибитку, к концу дня всегда выглядели немного более уставшими, чем остальные.

Дункан рассказал аурлийцу, что их грозный спутник принадлежит к народу зелвов, обреченному на полное исчезновение. Плотная кожа существ, подобных Джеро, стала для них одновременно как даром, так и проклятьем. Кожный покров зелвов был надежнее любого доспеха, что мог выковать самый искусный кузнец. Само собой, в мире нашлось немало охотников, желающих обзавестись подобным снаряжением. В отличие от ялгов, народ Джеро не обладал способностью самостоятельно сбрасывать шкуру, так что браконьерам приходилось отделять ее собственноручно.

Бесконтрольное истребление привело к тому, что в рядах зелвов не осталось ни одной представительницы прекрасного пола. Таким образом, единицы оставшихся в этом мире существ вынуждены были доживать свой последний век без надежды на какое-либо будущее для их народа. Возможность встретить подобных Джеро существ на территории империи стала невероятно большой редкостью.

Аурлиец рад был оказаться именно в этой телеге. В ведущей колонну кибитке находился Га-либ, чей зловещий сундук вызывал непроизвольное отвращение. У Кэра не было сомнений в том, что под его тяжелой крышкой хранится расчлененная плоть, необходимая ему для выживания.

Во второй телеге лейтенанту обязательно бы пришлось столкнуться с холодным взглядом Сирин и дополнительными расспросами Абель о судьбе ее сестры. В третьей же находился Ун, который не понравился Итану с первого взгляда. Его отношение к молодому утларгу лишь утвердилось после его обидной шутки в адрес молчаливого хорта.

Поначалу их отряд останавливался на имперских блокпостах, но столь разношерстная компания привлекала к себе излишнее внимание. Периодически центурион настаивал на том, чтобы его подчиненные устраивали ночлег прямо в поле. Кэр вовсе не возражал, и ему даже нравились их всеобщие посиделки у костра. Каждому из участников отряда было о чем рассказать. Их истории, поведанные под аккомпанемент уютно потрескивающих поленьев, захватывали душу аурлийца, устремившего свой взор к усыпанному звездами небу.

Сирин все еще игнорировала аурлийца, хотя нельзя было и не отметить некоторый прогресс. Теперь древняя по крайней мере не избегала его, и они могли переброситься хотя бы парочкой слов. Абель, кажется, справилась с осознанием гибели своей сестры, и иногда на ее строгом лице можно было даже заметить легкую очаровательную улыбку.

Каждый вечер Ун и Ду уходили на охоту в ближайшие леса и возвращались, гордо неся на своих плечах подстреленную добычу. Во время дневных привалов брат периодически демонстрировал свое умение стрельбы из лука, в котором действительно добился небывалых высот. По его просьбе один из участников отряда назначал цель, в которую уже через секунду летела стрела.

Во время одной из подобных демонстраций Ун обратился к аурлийцу, предлагая выбрать мишень. Кэр наобум ткнул в сторону далеко стоящего дерева, на ветви которого с трудом можно было разглядеть последний цепляющийся за жизнь лист. Через несколько мгновений Итан вынужден был признать, что утларг способен не только чесать языком. Рассчитав колебания листа на ветру, Ун пригвоздил его своей стрелой прямо к дереву. Наблюдавший за всем происходящим Тору несколько раз восхищенно хлопнул в ладоши.

Оскалившийся в самодовольной улыбке Ун обернулся к аурлийцу в тот момент, когда мимо его лица пролетела стрела. Древний невольно вздрогнул и уставился на стоявшую позади него Абель, опускающую лук. Девушка сделала небольшой кивок, призывая его взглянуть на мишень. Весь отряд перевел взгляд и увидел, как стрела жительницы Долины расщепила стрелу утларга на две идеально ровные половины. Ун почтительно склонил голову, отдавая должное мастерству соперницы, и хитро улыбнулся.

Теперь уже из-за спины Абель вылетела стрела, повторив трюк, проделанный представительницей старшего народа с ее собственной стрелой. Девушка возмущенно обернулась и столкнулась взглядом с Ду. Древняя победоносно подмигнула, чувствуя свое превосходство в мастерстве, подкрепляемое тем, что у Абель были целые тысячелетия на оттачивание навыка, а опыт Ду едва ли мог исчисляться десятилетием. Жительница Долины не стала оспаривать таланта молодой девушки.

Несколько раз утларги пытались поддеть и аурлийца, но Кэр дал им понять, что имеет право находиться в отряде не меньше, чем они, легко одолев Уна в боях на мечах. Га-либ со временем перестал вызывать у всех ужас и отторжение, но ужинать ему все же приходилось в одиночестве. Ингрид открыто настояла на этом условии, чем выразила общее мнение отряда.

Уве практический весь путь хранил безмолвие, в отличие от Минны, которая охотно принимала участие в любом разговоре. Отступница оставалась верной своему непостоянству и теперь проявляла открытую симпатию в адрес Дункана. Вряд ли у нее были далеко идущие планы на штурмана, скорее всего, все это было лишь спектаклем, ставящим своей целью подзадорить Ингрид, в поведении которой читалось теплое отношение к аурлийцу, пострадавшему от действий ее народа и ее собственных.