С мертвого никто не спросит - Элмор Леонард

Промчавшись по улице, на которой жила Кэролайн, он свернул на Джефферсон-авеню и влился в поток машин.

«Интересно, почему я никогда не слышал об албанцах?» — крепко сжимая в руках руль «монтего», думал Мэнселл.

24

На Сэнди была майка с портретом Берта Паркса и голубые джинсы в обтяжку. Открыв дверь, она пропустила вперед Круза и вслед за ним вошла в гостиную.

— Мы одни? — спросил он.

— Вы хотите спросить, нет ли здесь Клемента? Его сейчас нет. Зато звонил Дел; в выходные он возвращается.

— И это смешало твои планы?

— Ничего не смешало. Я отсюда съезжаю.

— Клемент нашел другую квартиру?

Сэнди выглядела сильно измотанной. Она нерешительно прошлась по комнате, села на диван и закинула ногу на ногу.

— Устала?

— Да, немного.

— Поздно вчера вернулась?

— Очень.

Реймонд, вертя в руках свернутый в трубочку лист бумаги, сел на другой конец дивана.

— Я тоже устал, — тяжело вздохнув, признался он. — Тебе интересно, где я только что был?

— Да нет, не очень.

— Сначала я заехал в «Хатцель»…

— А что такое «Хатцель»?

— Больница.

Сэнди равнодушно разглядывала ногти. Обнаружив заусенец, сунула палец в рот и стиснула зубы.

— Я видел Скендера.

— Так вот где вы были.

— Нога его в гипсе. Скендер на всю жизнь останется калекой. Могла бы хоть для виду ахнуть, спросить, как он. Если хочешь, я тебе расскажу. Или ты поведаешь мне, как тебе его жалко.

— Поскольку отвечать я вам не обязана, то и не буду, — ответила девушка.

— Ты же знаешь, какой Скендер человек. Он очень добрый малый, душевный…

— Да будет вам, — отрезала Сэнди.

Она поднялась с дивана и, подойдя к окну, повернулась к лейтенанту спиной. Круз, оставаясь на своем месте, несколько раз развернул и свернул лист бумаги.

— Как называл его Клемент — албанским недоноском или жирным цыпленком, которого надо ощипать?

Сэнди ничего не ответила.

— У тебя пишущей машинки нет? — спросил Реймонд. — Я имею в виду — у Дела.

— Не знаю, — пожав плечами, ответила Сэнди.

Круз протянул ей листок бумаги.

— А это что? — спросила она.

— Прочитай, что там напечатано.

Сэнди развернула бумагу и, увидев на ней четыре слова: «НЕДОНОСОК, ДЛЯ ТЕБЯ СЮРПРИЗ!!!» — снова свернула ее в трубочку. Реймонд забрал листок и вернулся на диван.

— Эту записку Клемент опустил в мой почтовый ящик, а затем обстрелял меня в моей собственной квартире. Из винтовки двадцать второго калибра. Вот только не знаю пока, на самом ли деле он решил меня прикончить или так, развлекается?

Сэнди повернулась к стоявшему в проеме между окнами телевизору, прошлась пальцем по кнопкам каналов и, не сводя глаз с экрана, села на прежнее место. По телевизору шло ток-шоу с ведущим Бобом Юбэнксом, который опрашивал нескольких новобрачных, с кем из актеров они могли бы изменить своим мужьям.

— А ты с кем? — спросил Сэнди Реймонд.

— С Робертом Редфордом, — впившись глазами в экран телевизора, ответила Сэнди.

Одна новобрачная восточной внешности тоже изменила бы мужу с Робертом Редфордом. Еще трое охотно легли бы в постель с Джоном Траволтой.

— Знаете, — немного оживившись, произнесла Сэнди, — в одной из передач Боб Юбэнкс спросил женщин, в каком необычном месте им доводилось заниматься сексом. Одна, совсем еще молодая девчонка, захихикала. Ее, конечно, заглушили. Однако по ее губам я прочитала — «в зад». «Нет! — воскликнул Боб Юбэнкс. — Я имел в виду, в каком месте. То есть где вы находились». Я думала, он лопнет со смеху.

— Ты была замужем? — спросил Реймонд.

— Да. Один раз. За одним придурком из Бедфорда. У него была мечта жизни — перебраться в Индианаполис.

— Надо полагать, ты неплохо знаешь жизнь.

— Да не сказала бы.

— А сколько тебе лет?

— Мне? — с надрывом в голосе переспросила Сэнди. — Уже двадцать три, представляете?

— Не обижайся, но, по-моему, тебе стоит задуматься, не пора ли изменить образ жизни, — сказал Реймонд.

Сэнди не отводила глаз от экрана телевизора.

— Нет, вы только послушайте! — воскликнула она. — Потрясающе! Все четыре молодожена захотели стать Джоном Траволтой. Боже! Они что, считают, что Джонов Траволт несметное количество? Он же всего один. Нет, если бы мне представился шанс, то знаете, кого бы я выбрала?

— Ты сказала, что Роберта Редфорда.

— Нет, с ним бы только переспала. Я имела в виду, за кого бы вышла замуж.

— И кто же он?

— Только не смейтесь. За Грегори Пека.

— Точно?

— Я хотела сказать, за молодого Грегори Пека.

— Да, он мне всегда нравился.

— Знаете, он такой… спокойный, уравновешенный… Хотите, я вам что-то скажу? Когда я вас впервые увидела, то подумала: «Как же он похож на Грегори Пека в молодости!»

Круз улыбнулся.

— Куришь? — спросил он.

— Табак — нет. Только травку. Я же вам говорила.

— Но сегодня ты уже немного прибалдела.

— Да, выкурила косячок. Ничего не почувствовала. Боже, а как хочется!

— Догадываюсь почему, — сказал Реймонд. — Мистер Свити рассказал мне о пистолете.

Сэнди тяжело вздохнула:

— Здрасте, приплыли.

— О «вальтере» тридцать восьмого калибра, — сказал Реймонд. — Изготовлен в Германии в 1940 году. Скорее всего, из него в войну стреляли, убивали людей. Но нам точно известно, что из него убили Элвина Гая и Адель Симпсон. Мистер Свити признался, что пистолет ему дала ты.

— Он так сказал?

— Но это же правда. Верно?

— А я думала, что Грегори Пек крутой, — сказала Сэнди. — Да вы ему сто очков вперед дадите. Я понимала, что все так и закончится. Говорю вам честно — я не знала, как поступить. Но если вы думаете, что я буду свидетельствовать против Клемента, то ошибаетесь. Даже если он свернет себе шею, будет лежать парализованным и его придется кормить из ложечки, даже если вы поклянетесь, что засадите его пожизненно. В последний раз, когда его арестовали, мне тоже чего только не сулили, лишь бы я показала, что в то время у него была пушка! Как хорошо, что я не согласилась, потому что его освободили прямо в зале суда, помните?

— На этот раз от наказания он не уйдет, — не совсем веря тому, что говорит, ответил Реймонд.

— Ни черта вы не знаете! В тот раз — где это было, на Сент-Мэри? Так вот, практически сто человек видели, как он вытаскивал пушку, и все равно его освободили! Знаете, я смогу давать против него показания только в том случае, если его похоронят и воткнут в его могилу осиновый кол. И даже тогда я буду его бояться. — Сэнди поднялась с дивана. — Можете засадить меня в тюрьму, но ни одного слова против Клемента я не скажу.

Девушка подошла к окну и посмотрела на улицу.

«А теперь, господа, слушайте меня внимательно, — сказал Боб Юбэнкс с экрана телевизора. — Как по-вашему, кого из ваших друзей ваши жены считают сексуально озабоченными? Фамилий можете не называть, только имена».

Реймонду сразу вспомнился Джерри. Он встал, выключил телевизор и, подойдя к Сэнди, тоже стал смотреть в окно. По скоростной автостраде потоком шли машины. Они сворачивали на Джефферсон и ехали в сторону комплекса «Ренессанс». Люди возвращаются домой с работы, кто-то едет на свидание, кто-то на дружескую вечеринку…

— Ты сегодня видела Клемента? — неожиданно спросил Круз.

— Нет.

— Он тебе звонил?

— Нет.

— Почему ты его не бросишь? — спросил Реймонд, не особенно надеясь услышать ответ.

Однако Сэнди, немного помолчав, сказала:

— Не знаю. Наверное, мне с ним не скучно. Он такой забавный…

— Он убийца.

— Мне это неизвестно, — ответила Сэнди и отвернулась.

Лейтенант тронул девушку за тонкое плечо.

— Ты же хочешь, чтобы он исчез из твоей жизни, — сказал Реймонд. — Сама ты от него не уйдешь, поскольку боишься его. Клемент до смерти тебя запугал. Поэтому ты обманываешь себя, считаешь его нормальным человеком, ну, может, слегка вспыльчивым, но зато «забавным». Разве забавно то, что он сломал трубой ногу Скендеру?

— Я вам ни слова не скажу! — Сэнди попыталась сбросить руку полицейского со своего плеча.

Круз обеими руками схватил ее за плечи и развернул лицом к себе.

— Единственное, что от тебя сейчас требуется, это — слушать, — сказал он. — Понятно? — Круз отпустил девушку. — Меня интересует, почему Клемент не убил Скендера. Он застрелил судью, застрелил женщину, которая с ним была. По-моему, он не планировал убийства заранее и тем более ему никто не заказывал судью. Просто убийство людей для него стало привычным занятием. К тому же оно ему очень нравится. Сдается мне, на ипподроме Клемент следил за тобой и Скендером; я знаю, ты здорово завела беднягу. А судья просто подвернулся Клементу, а потом все смешалось, только и всего. В результате пострадала еще и женщина, которая случайно оказалась не в том месте не в то время. Вот видишь, на что способен твой приятель, когда он на кого-то зол? Учти, он может убить и тебя, а если ты ему хоть чуточку перейдешь дорогу, он тебя не убьет, а просто переломает ноги и велит помалкивать. Ты это понимаешь?