Сын моего мужа (СИ) - Гринвэлл Ольга

— Да, Кевин, но ты ни разу не упомянул Рейн.

— Виноват. Она была запретной темой. Не хотелось ворошить болезненные воспоминания.

— Послушай, — я повернулась к мужу, обеими руками взяла его за руки. — Зачем ты женился на мне? Почему не на ней? Я не понимаю.

— Она не желает замужества. Думаешь, я не предлагал ей?

— Можно же просто жить вместе...

— Хочет быть вольной птицей. А ты? Ты прекрасно знаешь, почему я женился на тебе, — он рассмеялся. — Ты мой самый близкий друг, и я хочу, чтобы у тебя жизнь сложилась удачно. Когда-нибудь ты найдёшь своего принца на белом коне и уйдёшь от меня, но к тому времени у тебя уже будет много всего, а самое главное — самоуверенность и чувство собственного достоинства.

Мы подъехали к дому. Сославшись на усталость, я пожелала Кевину спокойной ночи и поднялась в спальню. Мне о многом надо было подумать, но сначала я хотела принять душ. Запах лошадиного пота, казалось, въелся в мою кожу и одежду.

Не включая свет, я прошла в ванную.

Долго стояла под душем, лениво водя вихоткой по телу. Вместе с тёплой, почти горячей,  водой в сливное отверстие уходили боль и усталость. Была бы возможность, я провела бы так всю ночь.

И, уже выйдя из душевой кабины, нанося на лицо и шею ночной крем, поняла, что мне не терпится оказаться в постели. Сунув ноги в тапочки, схватила с крючка ночную сорочку и вышла из ванной. И тут же остановилась, как вкопанная — в  свете ночника увидела уставившегося на меня мужчину, лежавшего в моей кровати.

Я почувствовала, как волосы зашевелились у меня на голове, открыла рот, чтобы закричать, но не смогла издать ни звука. Вытянула руки, держа перед собой кружевную сорочку. Кто это и что он делает в моей комнате?

Мужчина откинул одеяло, и я увидела его обнаженную грудь, при тусклом освещении казавшуюся совсем тёмной. Зажмурилась, не готовая увидеть ничего больше.

— Мила? — голосом Марка проговорил незнакомец. — Что вы делаете в моей спальне, хм, в таком откровенно-вызывающем виде? — Всхлипнув, я отступила к ванной, одной рукой пытаясь нащупать ручку двери, а другой прикрываясь от насмешливого — теперь я видела это — взгляда мужчины. — Куда вы? Оставайтесь уж, коли пришли.

Да он хамски издевается надо мной! Как бы не так! Ворвавшись в ванную, я обернулась большим банным полотенцем и, схватив первый попавшийся тяжелый предмет, бросилась обратно.

Глава 37

Марк проснулся от какого-то звука, похожего то ли на сильный ветер, то ли на текущую воду. С минуту лежал с закрытыми глазами, силясь проснуться, и когда понял, что звук идет из ванной, откинул одеяло, приготовившись выскочить с постели. Да что за ерунда, неужели прорвало трубу? В следующую секунду заметил полоску света под дверью. В ванной кто-то был. Кто? Протянув руку к ночнику, включил свет. Огляделся и тут же снова выругался. На столике лежали какие-то безделушки, на спинке стула  наброшен шелковый пеньюар. Мать вашу, он не мог перепутать комнаты! Эта спальня с детства была его!

Вода перестала течь, и теперь Марк слышал, как открываются шкафчики, стук стеклянной баночки — по-видимому, с кремом или ещё какой фигней. У отца гости? Какой неудобняк.

Мужчина уже собрался убраться из комнаты, но в этот момент дверь распахнулась, и в проеме он увидел силуэт обнаженной девушки. Кровь вмиг отлила от головы и наполнила причинное место. Это была она — его мачеха. И шла прямо к нему. Боже! В голове творился сумбур, обескровленный мозг отказывался повиноваться.

Кажется, девица его увидела, потому что вдруг встала, как вкопанная, и из ее горла раздались какие-то хрипяще-свистящие звуки.

— Мила? Что вы делаете в моей спальне, хм, в таком откровенно вызывающем виде? — он прикусил язык, но было уже поздно.

Чертов мозг явно отказал, зато нижняя голова функционировала более чем интенсивно. Именно из-за этого он не рискнул вылезти из постели и продолжал лежать с кривой ухмылкой на губах. Глаза привыкли к тусклому освещению, и теперь Марк мог разглядеть идеальное тело девушки. Круглые, как апельсинки, груди, изгиб талии, бёдер и темнеющий треугольничек между ними. В следующую минуту Мила вытянула руки, загораживая себя кружевной ночнушкой, которая придала этой сцене ещё более чувственный характер. Марк мысленно застонал — яростно пульсирующая плоть готова была взорваться от перевозбуждения. Мужчина не помнил, чтобы такое когда-либо происходило с ним даже в те времена, когда он был подростком.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Зажмурился, а когда открыл глаза, услышал хлопок двери — мачеха скрылась в ванной. Только для того чтобы через пару мгновений появиться вновь, с воинственным видом сжимая в руке какой-то предмет.

Теперь она уже была обёрнута полотенцем.

— Пошёл вон отсюда, чертов кобель! — выкрикнула она, замахиваясь.

От неожиданности икнув, Марк нырнул с головой под одеяло. Почувствовал, как кулачки девушки замолотили сверху, грозясь повредить ему мужское достоинство.

— Что за ад ты устраиваешь в моей комнате?! — рыкнул, вскакивая и не обращая внимания на продолжавшие сыпаться на него удары, в том числе и чем-то тяжелым. Попытался схватить ее за руки. Мила взвизгнула, когда он прижал ее к стене, зажав между стеной и своим телом. — Какого черта ты делаешь здесь, чертова кукла?

Его ладонь опустилась на ее затылок, оттягивая голову назад. Увидел боль, мелькнувшую в глазах девушки, но это только ещё сильнее разъярило Марка. Ловкая сучка — не успел лечь спать, она уже тут как тут, пытается пробраться в его постель. Разве это не доказательство двуличности мачехи?

Марк услышал, хлопок в коридоре, торопливые шаги, дверь отворилась, и заспанный отец в изумлении застыл в проёме. В следующую секунду раздался щелчок, и спальню залил яркий свет. Марк победоносно усмехнулся, но выражение лица сменилось на растерянное при виде красного от гнева лица отца.

— Что ты делаешь? — мгновенно сократив расстояние между ними, Кевин оттолкнул Марка от Милы.

— Ты разве не видишь, пап? Да ты только посмотри на неё!

— Я ещё раз спрашиваю — что ты делаешь в спальне моей жены?!

Марк растерянно перевел взгляд с отца на свою мачеху, замершую у стены и стиснувшую готовое вот-вот с неё свалиться полотенце.

— Я спал, — отрывисто произнёс он, кивая в сторону Милы, — а она пришла и собиралась забраться ко мне под бочок.

— Кевин...

Жалобный голос Милы заставил Марка нахмуриться. Интересно, как она будет оправдываться?

— Марк, нам надо немедленно поговорить. Оденься и следуй за мной.

Отец напоминал сейчас того строгого родителя, каким Марк помнил его ещё в детстве, когда попадал в дурацкие приключения. Ещё раз бросив хмурый взгляд на Милу, молодой человек подобрал с пола свои джинсы и, натянув их, последовал за Кевином...

…Отец включил свет в гостиной и, замерев у камина, уставился на сына. Марк вопросительно приподнял брови.

— Ты что себе позволяешь, сын?

— Не понял...

— Врываешься в спальню моей жены, набрасываешься на неё, как дикий орангутанг, лапаешь... У тебя, вообще, все в порядке с головой?

— Ты не прав, отец. Это твоя дражайшая супруга решила меня навестить. Когда она в голом виде появилась в дверях, я уже видел десятый сон.

— Какого хрена ты валялся в ее кровати, в ее спальне?

— Что? — Марк опешил. — В ее спальне?

Кевин закусил губу, схватился за голову.

— Твою мать... — пробормотал он. — Черт, Марк...

— Что ещё?

— Ужасное недоразумение, — Кевин бросился к лестнице. — Надо немедленно извиниться перед Милой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Марк выдохнул, он уже ничего не понимал.

— Я даже и не подумал, что это была твоя спальня. — отец виновато посмотрел на сына. —  Ты так долго здесь не жил... Ох, старый я балбес!  Теперь там спит Мила.

Марк недовольно фыркнул. Значит, ему так и не удалось, как он надеялся, словить мачеху на горяченьком. А он-то размечтался. Да ещё придётся расшаркиваться перед этой девицей, извиняться за случившееся.