Адаптация - Николай Гончар

отвечу, сам мало что знаю. Знал бы — рассказал. Но почти нечего, а даже и то, что могу, нам с тобой обоим мозг взорвёт в попытке разобраться, кто там и кого побеждал и менял и в каких последовательностях. Не суть. Слушай дальше про эту вещицу, — Грокс помахал зажатым в руке «Янтарём». — В общем, катаклизм утих, глобальная угроза миновала, но монстры всё ещё бесчинствовали по всему Тейвату, и люди стали развивать магические искусства, чтобы бороться с ними. Однако технологии производства оружия были устаревшими, и созданное ими оружие легко ломалось. В результате серии экспериментов Юнь Хуэй в сотрудничестве с Хань У, ещё одним известным оружейником, и создали оружие серии «Прототип».

— Обычная история, у нас то же самое, — согласился я. — Война, увы, — двигатель прогресса. В горячем моменте, видимо, мозги более концентрированно работают.

— Изначально это были только длинный меч, большой меч и копьё. Когда копьё было готово, Юнь Хуэй посвятил его своему отцу. Также он попросил добавить к прототипам лук, поэтому Хань У собрал множество материалов для экспериментов и сделал лук для этой серии оружия. Через некоторое время к Юнь Хуэю пришли чародеи и попросили его создать новый вид катализатора. Он согласился и вместе с Хань Ву использовал «кор пурум», который они ему дали, чтобы создать катализатор и назвать его «Прототип Янтаря», добавив его в серию прототипов.

— «Кор пурум»?

— Есть ценный камень, который можно найти в горах Ли Юэ. Называется «кор ляпис». Для изготовления кор пурума нужно нагревать кор ляпис на протяжении сорока девяти дней, а затем остужать его в родниковой горной воде также на протяжении сорока девяти дней. Двойная очистка огнём и водой делает кор пурум крепким и небьющимся. Вот это и есть центр «Янтаря». А диск вокруг него выполнен из древесины и редкой горной породы.

— Как они сделали, что половинки диска и кор пурум в воздухе висят, при этом оно вроде как единая конструкция и не разваливается?

— Понятия не имею. Так тебе производственные секреты такого уровня и выболтали, мечтай.

— Ну ладно, всё это, конечно, интересно, но вернёмся к основному вопросу: говоришь, могу им вычеркнуть три ляма из долга за две эти вещицы?

— Совершенно спокойно, не сомневайся. Даже странно, что Толстый притащил тебе такое! Да, я понимаю, он должен так или иначе рассчитываться за твой терминал, но мог выкатить цену на «Янтарь» даже больше, а эта хоть в деньгах и большая, но точно не завышенная. Может рассчитывает ещё на какие-то услуги от тебя в будущем.

— Пусть рассчитывает. Себе во вред я ничего делать не буду. Впрочем, если не во вред… я тоже умею ценить хорошее отношение.

Глава 7

Вот такие вьетнамские флэшбэки. Покрутил меч, с которым в очередной раз ничего не произошло, убрал в ножны, отложил. Ладно, пора собираться в «Дубовый дуб». В отсутствии этих ваших интернетов я стал больше ценить всяческого рода личное общение. Прямо настоящих друзей (помимо двух первых, встреченных в этом мире) я пока не нашёл, зато приятелей появилось в достатке. Да, я считаю Грокса и Хоука друзьями и смею надеяться, они меня тоже. Хотя они и в два раза старше, и, конечно, являются для меня ещё и наставниками, иногда с совершенно дурными методами учёбы.

Трактир встретил меня шумом и гамом, ничего необычного, с развлечениями здесь туго, поболтать под выпивку чуть ли не единственное. Ну, так-то есть ещё несколько точек общепита, но эта самая большая. Отличие почти от любого другого посещения сразу бросилось в глаза: по центру трактира было сдвинуто несколько столов, образовывая таким образом один импровизированный большой и за ним веселилась большая и явно незнакомая компания, человек как бы не пятнадцать. Сундука, правда, не видно, и с ромом тут напряг. Три девушки с ними, остальные мужского пола.

А, вон и мои сидят, трое, как и договаривались. Остальные после рейда по домам: у кого семьи, у кого дела или просто охота отдохнуть. Подошёл к ребятам, здороваться не стал (расстались же недавно) и просто уселся на свободный стул.

— Ну что, как тут?

— Да что тут может поменяться? Всё как всегда, сидим вот, пока не заказали ничего, тебя ждали, чтобы не раздёргиваться. — Это Марчи, мой приятель, неплохой следопыт и охотник, в лесу он как дома.

— Давно ждёте?

— Да не, я тут с полчаса, Роб и Джонни вон вообще минут с пять назад пришли.

— Ну, раз дождались, то нечего и тянуть, — я поднял руку и привлёк внимание Брана. Мила обслуживала шумную компанию незнакомцев. Тот, не чинясь, подошёл принять заказ сам.

— Привет, Андрей! Остальных видел. Ну что, как прогулялись загород?

— Нормально прогулялись. Подышали свежим воздухом, природа, приятные пробежки, спорт, так сказать, приподняли там с ребятами кое-что по мелочи, — кивнул на своих товарищей, — детишкам на молочишко.

— У нас же нет детишек! Ну, в смысле у тебя, меня, Марчи и Роба нету! — удивился самый здоровый из нас.

— Ничего, Джонни, нет — так будут. Какие наши годы? Главное, чтобы молочишко было, а на него глядишь, и дети подтянутся. С дубьём, товар отжимать. Зажмут в тёмном переулке, отмудохают дрынами по хлебальнику и свалят с бидончиком в туман. Знаешь же, какие дети бывают. Сам, небось, такой был, пока не вырос.

— Так, ладно, Андрей, попрошу в моём заведении таких слов не произносить! Дети, молочишко, едрить! Умеешь ты гадостей наговорить! Тут такое не подают! — Бран аж скривился. — И вообще, заказывайте быстрее, у нас тут аншлаг, если не видите, не до болтовни. Мила вон зашивается.

— Давай нам мясное ассорти с гриля на нашу компашку, овощей там каких-нибудь, хлеб, ну а попить… — я сделал паузу…

— Да понял я, понял, брагу не будете! Нелюди! Притащу сейчас бочонок пивка, должны будете и не только деньги! Но мясо с час точно придётся ждать, заказов много.

— Тогда рыбы сразу захвати сушеной, солёного миндаля, ну и сухариков что ли, — добавил Роб, — чтобы пиво на совсем голодный желудок не хлестать.

— Вот, сразу видно — наш человек! Сушёная рыба и сухарики — отличный выбор! А то тут некоторые, — Бран чуть кивнул подбородком в сторону незнакомой компании, — требуют «кофейный