Опасные любовные связи - Ким Болдуин

Ее перекосило, когда она увидела, сколько в двери замков. Ей сказали, что этот тип параноик. Но на то, чтобы отпереть замки, могло понадобиться пара минут, а в тот же коридор выходило слишком много соседских дверей. Ее могли заметить в любую минуту. Сначала она постучала, достаточно громко, чтобы в квартире услышали, а соседи не подняли тревогу. Когда ответа не последовало, Домино принялась за замки, и попала внутрь через три минуты.

Хотя Домино доводилось бывать в самых разных местах с жуткой антисанитарией, такого ей видеть в странах первого мира не доводилось. Помимо грязи и бардака, там стоял такой смрад, что дышать Домино пришлось через рот. Она обыскала квартиру и быстро нашла записку Хэйли, небрежно брошенную поверх всех бумаг в картонной папке на диване Васкеза. И хотя она успела быстрым взглядом пройтись по паре дюжин бумаг в других папках, запиханных в трудно-выдвигающиеся ящики, ничего больше примечательного в гостиной Домино не обнаружила.

Вдруг голоса за дверью заставили ее заскочить в спальню, потому что единственный замок, на который она потрудилась себя запереть дверь, открыли снаружи. Это был единственный замок, к которому не требовался ключ, чтобы закрыться изнутри.

Ее любопытство обратилось тревогой, когда она узнала один из голосов: он принадлежал Хэйли.

– Спасибо, Эдна, я вам очень признательна.

Домино слышала, как Хэйли зашла в квартиру, а потом заперла за собой дверь. Домино протиснулась за дверь спальни, там она спряталась достаточно неплохо, потому что могла следить в щелку за тем, что происходит в гостиной. Хэйли прошла в узком поле зрения, открывавшемся, если смотреть сквозь зазор между дверью и косяком, потом пошуршала бумагами и выругалась. Домино знала, что, если Хэйли смогла войти в квартиру без Мэнни, то искать записку она будет до победного. Домино неслышно сняла рюкзачок, достала лыжную маску и надела ее. Хэйли не должна была увидеть Луку.

Она слышала, как Хэйли воспроизвела сообщение на автоответчике, а потом стерла его с характерным писком. Потом она открыла тошнотворно-грязные ящики стола и поискала среди бумаг. Спустя пару минут Домино почувствовала приближение Хэйли и увидела в своем узком поле зрения, что та приближается к входу в спальню.

Домино еще плотнее вжалась в стену, держа теперь рюкзак у ног, и старалась собраться перед контактом с целью. Когда Хэйли вошла в комнату, Домино уловила жасминовые нотки знакомого парфюма. Она задержала дыхание, ощущая напряжение всеми нервными окончаниями, сердце ее бешено стучало. Она была более взволнована и тревожна, чем обычно в таких ситуациях. В ее голове пронеслась мысль: а что если эта разница связана с нарастающим притяжением к Хэйли.

Снова открываются и закрываются ящики, скорее всего, комода или прикроватных тумбочек, которые Домино успела заметить краем глаза.

Хэйли бубнила что-то себе под нос.

– Ну, где же они, где? – снова раздался звук перебираемых бумаг.

Домино отважилась на короткий взгляд в ту сторону. Хэйли была всего в паре метров от нее, спиной к ней, она наклонилась над кроватью, и читала документы, разбросанные по матрасу и везде вокруг.

– Господи Иисусе! О, Мэнни! – в голосе Хэйли звучало воодушевление, и Домино видела, как она взяла большой конверт и открыла его.

Домино выбралась из-за двери, но Хэйли, похоже, услышала или почувствовала это, и повернулась в ее направлении, как раз в тот момент, когда Домино была уже совсем рядом. Чтобы не дать Хэйли повернуться, она провела захват шеи из-под плеча, и заломила Хэйли руку. В обычных условиях она бы немедленно повалила жертву, но сейчас что-то ее остановило. Вместо этого она наклонила вперед голову Хэйли, та потеряла равновесие и упала на кровать лицом вниз.

Хэйли попыталась сопротивляться, но Домино прижала ее всем весом и достала пистолет. Прижала его к основанию шеи Хэйли, но не стала взводить курок. Потом она произнесла только одно слово, на тон ниже своего голоса, надеясь, что Хэйли не узнает его:

– Нет!

Хэйли замерла, уткнувшись лицом в матрас.

Ее стесненное дыхание, казалось, звучало очень громко. Домино слышала запах ее страха. Она ненавидела делать это, но выбора у нее не оставалось. Одной рукой держа пистолет у головы Хэйли, другой она вытащила конверт, который Хэйли только что открыла, и сгребла бумаги, раскиданные по кровати. Потом она поднялась, медленно, молясь, чтобы Хэйли оказалась достаточно рассудительной, и оставалась в том же положении. Домино пришлось рисковать, заговорив снова. Низким голосом. Хрипло. Угрожающе.

– Не двигаться.

Пятясь, она прихватила рюкзак уже на пути в гостиную, потом остановилась у дивана Васкеза, чтобы обыскать сумочку Хэйли на предмет записи убийства. Вместо нее Домино нашла DVD подписанный так: «Мадонна, специальное интервью телеканалу Эйч-би-оу, 2003». Этот умный ход чуть не заставил ее улыбнуться. Не удивительно, почему они не нашли запись среди всего, что было в квартире Хэйли. Домино положила диск в свой рюкзак, и взглянула еще раз в сторону спальни, успокоенная тем, что Хэйли не пыталась поднять глаза на нее или следовать за ней.

Открыв дверь в коридор, Домино стащила с себя маску, радуясь мысленно тому, что ни одно из окон Васкеза не выходит на парковку, и Хэйли не сможет увидеть, как она уходит. Сердце гулко ухало в груди. Никого на улице. Никто не видел, как она уходила. Однако облегчение быстро сменилось яростью, когда она осознала, что едва было, не случилось. В животе все перевернулось от мысли, что, если бы Хэйли попыталась бежать, ее пришлось бы пристрелить. Домино прошла к припаркованному микроавтобусу, ей было любопытно узнать, чем там занимался Рено, что не мог ее предупредить. Он лежал пластом, на спине, и с него градом лил холодный пот.

Домино позвонила Пирсу, сообщила новости и спросила, нужно ли им проследить за Хэйли, или лучше возвращаться в Вашингтон. Ей было сказано оставаться на месте и проследить, куда теперь пойдет Удар, поэтому Домино надела рыжий парик и солнечные очки, и отогнала микроавтобус подальше о «Мустанга» Хэйли. Пока она ждала, когда Хэйли выйдет из подъезда, Домино вставила DVD в ноутбук и просмотрела запись камер наблюдения. Без эмоций, ища признаки, по которым можно было бы ее вычислить.

Точно ли она взяла все? То, что было у Мэнни и все, что оставила Хэйли? Пирсу не особенно понравились события дня, но убирать Хэйли Домино отчаянно не хотелось. Объективизация, которая обычно характеризовала все задания, выполненные Домино, просто не работала во время операции «Затмение».

Глава четырнадцатая

Хэйли лежала, зарывшись лицом в вонючие покрытые пятнами скомканные простыни, которые Мэнни, похоже, никогда не стирал. Она не двигалась минут пять, пытаясь унять выпрыгивающее из груди сердце: Хэйли боялась, что скрутившая ее незваная гостья может вернуться. По очертаниям фигуры в черном, которую она успела краем глаза увидеть, по голосу, и, конечно, по тому, как ощущались прижавшиеся к ее спине груди, когда Хэйли оказалась поваленной на кровать, она понимала, что это была женщина. Очень сильная. Может быть, из ОЭН?