Открыта вакансия телохранителя - Наталья Бульба

— Таши. — В голосе Карима чувствуется волнение. И это волнение — за меня. И я, несмотря на кипящую во мне ярость, выдавливаю из себя улыбку. — Я зайду к тебе. Чуть позже.

Я, ничего не отвечая, киваю головой.

Несколько шагов до двери кажутся мне дорогой на эшафот. И хотя все, что произошло за последние минуты никак нельзя назвать катастрофой, уж держать удар и выкручиваться из разного рода ситуаций меня учили много и настойчиво, мое душевное состояние оставляет желать лучшего.

Потому что отец не мог не знать о втором дне истории, главный героем которой стал наш граф. И зная, он, тем не менее, отправил меня в это пекло. И отправляя меня в это пекло, он никак не мог не осознавать все те трудности, что будут стремиться помешать мне распутать этот ядовитый клубок. И осознавая…. Он, все-таки, отправил меня.

Вот только…. Я никогда не поверю, что таким нетрадиционным образом он решил избавиться от меня.

Дверь плотно закрывается за моей спиной. В очередной раз, взбивая в мелкую пыль два таких близких и настолько разных слова: вера и доверие.

Я насмешливо подмигиваю телохранителям Лорда, кивая на кабинет, откуда только что вышла: мол, сторожите мне зорко. Головой отвечаете.

И не дожидаясь, когда в их взглядах проявится заинтересованность, ухожу в сторону лестницы, ведущей в то крыло, где меня разместили. Удерживая себя от того, чтобы не проделать этот путь бегом.

И лишь когда уже другая дверь, словно иллюзией отгородила меня от возможных взглядов, я позволила себе не расслабиться — бессильно сползти на пол. Будучи уже не в состоянии сделать ни одного шага. Только поглаживать замершего на плече тарагора и шептать. Как заклинание.

'Все будет хорошо'.

Элизар Варидэр. Маг. Свободный охотник.

— Алраэль. — Он поднимает на меня взгляд искрящихся изумрудной зеленью глаз, в глубине которых уже давно выстроен весь наш разговор. И даже даны ответы на еще не заданные мною вопросы. — Я должен покинуть твой дом.

И не тени изумления. Все давно просчитано и очень ожидаемо.

— Ты готов ей поверить?

— Я готов поверить Арх'Онту. Но дело даже не в этом. — Если не знать этого эльфа так хорошо, как знаю его я, невозможно назвать то невесомое движение его губ улыбкой. Но он улыбается. И ждет, когда я закончу то, что он и так уже знает. — У меня просьба капитана Магического Патруля: я должен разобраться в этом деле. Все, о чем я могу просить тебя, не чинить мне препятствий. Но этот момент с тобой должны были решить еще до моего появления.

Он лишь кивает в ответ. Все так же не сводя с меня глаз.

— Если во всей этой истории замешаны Демоны Хаоса или Даймоны, я передам информацию в Патруль, а уж дальше — разбирайтесь без меня. Мне бы во всем происходящем вокруг меня найти концы, за который можно потянуть.

— А ты не думаешь, что все это связано друг с другом? — Вот теперь уголок губы дернулся уже более осязаемо. Словно выдавая то удовольствие, что испытывает мой друг.

И очень сильно напоминая мне другого темного эльфа, с которым меня однажды свела интриганка-судьба. Но я, вместо того чтобы ответить сразу, благо проблем с этим вопросом у меня никаких не возникает, оглядываюсь на Карима, стоящего у самой двери. Пытаясь понять, почему у меня в душе зреет уверенность, что лучше бы ему находиться сейчас совершенно в ином месте.

— Даже если и так. Пока ты не сочтешь необходимым мое участие во всем, что здесь творится, я предпочту в это не ввязываться.

— Эта барышня произвела на тебя сильное впечатление. — И нет даже следа насмешки. Просто еще один нюанс, который он будет учитывать, обдумывая предстоящее решение.

— Я думаю, что Повелитель, отправляя ко мне свою дочь, действительно понимал, с чем ей придется столкнуться. И если с Таши что-либо случится, ни слова обвинений в свой адрес я не услышу. Но… Я готов смириться с тем, что мою жизнь будет охранять женщина. И пусть это будет даже принцесса, если ее отцу было так угодно. Но я не готов позволить ей рисковать собой, когда речь идет о таком противнике, как Черные Воины. Поэтому я лучше отступлю сам, заставив ее последовать за собой. Либо, сделаю все, чтобы она была у меня на виду и не подвергалась излишней опасности. Даже если это несколько нарушит планы моего высокородного друга.

— И все-таки, ты ей доверяешь. — Его пальцы убирают заблудившийся в длинных ресницах волос, возвращая его к белокурой волне, что обрамляет его лицо.

— Да. Я ей доверяю. — Теперь уже совершенно четко и до конца осознавая, что это абсолютно точно отражает то, что я по отношению к ней испытываю.

— Именно это я и хотел услышать. — И на его лице распускается недвусмысленная улыбка: он очень доволен тем, что я произнес. — По приказу Правителя Элильяра я должен оказать полное содействие в расследовании событий не только тебе, но и посланнику Повелителя Арх'Онт. Я просто никак не мог предположить, что этим посланником будет наша милая Таши. Ожидая увидеть кого-либо более подходящего для этого статуса.

— Так ты….

— Спокойно, Карим. — Я успел прервать эмоциональную речь своего начальника охраны как раз на том месте, где он добрался до прародителей всего эльфийского племени.

Я, конечно, до подобного додуматься не мог, даже зная склонность длинноухих ко всякого рода выходкам, но некоторую наигранность происходящего почувствовать сумел.

— Как ты намерен действовать?

— Как? — Вот теперь он уже никак не прячет то, что составляет основу его сущности. Ехидство так и резвится на его губах. — Первое, что я собираюсь сделать, попросить Карима пригласить нашу барышню сюда. Затем, очень долго извиняться, буквально вымаливая у нее прощенье. Всеми теми способами, которые ее тарагор сочтет допустимыми. Причем, делать мы это будем вместе, так что тебе стоит начать готовиться. После того, как она сочтет, что все, что мы перед ней устроим, хоть как-то загладит нашу вину перед ней, я расскажу, что здесь делали человеческие маги. И мы вместе будем думать, что нам делать дальше. Чтобы оба правителя остались довольны нашими совместными действиями. Тебя такой план устраивает?

Вместо ответа, я перевел взгляд на Карима и кивнул, подтверждая, что все будет именно так, как сказал наш эльфийский Лорд.

И лишь когда за старым воином закрылась дверь, позволил себе, не пряча неудовольствия, которое испытывал, заметить:

— За те полгода, что мы не виделись, ты изменился.

— Тебя время тоже не оставило прежним. Но это не значит, что я перестану считать тебя другом. — В его глазах, на его лице нет даже тени раскаяния. За то, что из простого прощупывания кто и чем дышит, он устроил очень утонченную пытку для нервной системы. Причем, не своей.