Вторая Академия (СИ) - Ольга Дмитриевна Силаева

изолируем и будем сотрудничать, — спокойно сказал Рэй. — Почти наверняка никто не будет приговаривать его к смертной казни, так что тебе не стоит об этом волноваться. Он слишком ценен.

Я моргнула. Его голос звучал так успокаивающе, так убедительно…

…Что можно было забыть, кто произносил эти слова.

— Император Дрэйг и твой брат Джейен тоже думали, что никто не будет их убивать, — произнесла я, глядя ему в лицо. — И менее всего они подозревали тебя. Прости, если я не доверяю тебе, когда речь идёт о судьбе моего собственного отца.

Рэй медленно опустил руку.

Минуту мы молча смотрели друг на друга.

— Думаю, игра закончена, — спокойно произнёс Рэй. — Пора спать.

И, не дожидаясь моего ответа, отвернулся на другой бок.

Я проснулась, когда по голым плечам прошёлся прохладный воздух, словно кто-то открыл окно. Когда я ещё была ребёнком, моим любимым развлечением было наблюдать за прибытием ночных гостей отца, так что я научилась спать чутко, чтобы ничего не пропустить. И сейчас, кажется, я проснулась как раз вовремя.

Кровать была пуста, и Рэя нигде не было видно. Лишь мерцающие ветви с белыми цветами ланолии качались у раскрытого окна, ведущего в сад.

Рэй был в подземном саду. Один.

Я соскользнула с кровати, завернувшись в простыню от груди до пят. И, бесшумно ступая, подошла к раскрытому окну.

И услышала негромкий голос, говорящий с пустотой.

— …Прошло пять лет, но он всё ещё в Академии. Что бы ему ни было здесь нужно, он здесь, и нападение на Фаэль это доказывает. Я ведь прав, Джейен. Ты знаешь, что я прав.

Я вздрогнула. Он разговаривал… с мёртвым братом?

В следующее мгновение я увидела Рэя. Полуголый, в одних лишь лёгких штанах и расстёгнутой рубашке, он стоял у гибкого ствола, закрыв глаза. Голубое свечение ветвей превращало его лицо в призрачную маску, а пульсирующие золотистые споры мягко плыли вокруг него, будто бы размышляя вместе с ним.

— Я был полным идиотом, думая, что для переноса обязателен ментальный дар, — произнёс Рэй. — Делла Дон была человеком, а это значит, что Маркус способен занять любое тело, с даром или без. Под удар может попасть и Зеро, и Фаэль. И если с Зеро я совершенно точно замечу перемену, то Фаэль… Маркус знает её куда лучше, чем я. Он сымитирует её блестяще, и я пойму свою ошибку лишь тогда, когда у меня в горле окажется рунный стилет.

Я замерла, боясь дышать.

Минуту Рэй молчал.

— Пять лет назад он не убил меня, — произнёс он. — Не убил, потому что счёл меня безопасным. Он не догадывался, что настоящий Маркус будет бормотать в бреду, и понятия не имел, что ещё я сумел понять в ту ночь. Но сейчас он знает правду. Знает, что я его ищу и использую ради этого его дочь. Что он предпримет?

Короткая пауза, словно Рэй вслушивался в воображаемый ответ.

— Подослать ко мне убийцу вне Академии… почему-то я не думаю, что он это сделает. Убить последнего потомка великой династии? Слишком много шума, не говоря об упущенных возможностях. Но Фаэль? С ней всё куда сложнее.

Рэй вздохнул, ероша одной рукой волосы. Золотистая спора пролетела мимо его локтя и с тихим шипением лопнула.

— И что мне с ней делать? Водить за ручку и устраивать в своей постели на ночь? Укрыть в гробнице и телепортироваться к ней по утрам со свежим омлетом?

Я чуть не фыркнула.

— Я так хочу представить твоё лицо, Джейен, — с внезапной тоской произнёс Рэй. — Твоё настоящее лицо. Но тот последний раз, когда я тебя видел, всё ещё снится мне в кошмарах. Я мечтаю забыть ту минуту, мне надоело просыпаться в холодном поту и снова и снова твердить себе, что я не виноват, что никто не мог бы предугадать…

Он резко, судорожно вздохнул.

— Но я мог предугадать, верно? Если бы ты не запретил отцу подпускать меня к экспериментам, я бы понял, до какой степени он дошёл. Я бы смог тебя спасти. Я…

Рэй оборвал себя.

— Ладно. Не хочу просыпаться с покрасневшими глазами. Завтра у меня экспедиция, в конце концов. И Фаэль в моей постели. Наивная девочка, которую так легко обвести вокруг пальца. — Невесёлый смешок. — Впрочем, раз уж я не оставил её в карцере, а привёл сюда, похоже, это она обвела вокруг пальца меня. А ведь за эти пять лет тут бывал только Зеро, и то лишь когда я валялся между жизнью и смертью.

Споры сонно дрейфовали в прохладном воздухе. Сверху дул лёгкий бриз, и я, замерев, не сразу заметила, как две споры подлетели прямо ко мне. И не успела увернуться: обе с тихим треском разорвались прямо на моей груди, обсыпав простыню пушистыми белыми шипами.

Рэй обернулся.

— Надо же, — произнёс он ровным голосом. — Не только мне этой ночью не спится.

— Я… совсем недавно стою здесь, — выдавила я.

— Угу.

— Честно!

— Я верю.

Повисло молчание.

— Я правда первая из твоих студентов, кого ты привёл сюда? — тихо спросила я.

Рэй устало вздохнул:

— Я агент имперской разведки. Последнее, что тебе стоит делать — доверять мне, особенно когда я говорю, какая ты необыкновенная. Я лгу как дышу.

— Даже в разговорах с мёртвым братом?

— Особенно в них… — Рэй осёкся. Вздохнул. — Даже если всё, что я сказал сейчас, — правда, ты всегда обязана помнить, что оно может быть ложью.

Я молча глядела на него. Такое усталое лицо. И такое одинокое.

«У тебя вообще есть друзья?»

Я знала, что Рэй не подпустит меня к себе. Знала, что близость и доверие не для него. Знала — и стерегла свои чувства. Но здесь и сейчас он не был агентом разведки. Он был… Рэем, которому было очень плохо. И которому нужна была помощь.

Забыв о золотистых спорах, кружащихся в воздухе, я мягким шагом подошла к Рэю. И неожиданно для себя самой подняла ладонь и дотронулась до его щеки.

— Что случилось с твоим братом в последний раз, когда ты его видел? — тихо спросила я. — И почему тебе так больно?

Рэй издал короткий резкий смешок:

— Зная мою историю, ты могла бы догадаться.

Я покачала головой:

— Я внимательно тебя слушала, и ты сказал, что не виноват. Значит, речь шла не о предательстве, а о чём-то ином. Расскажи мне. Отчего ты много ночей подряд просыпаешься в кошмарах?

Рэй мгновение задумчиво глядел на меня.

А потом накрыл рукой мою ладонь, лежащую на его щеке, и медленно переложил её на мою щёку. Я