Три судьбы—2 - Алексей Лапин

чемодан. Стало быть, она взяла с собой только часть вещей и перед вылетом планировала вернуться.

Ну, и прикинь, до чего Артемьев додумался! Пока москвичка с внучкой плавали, стянул у неё из пляжной сумки карточку от номера и побежал туда. Ему хватило пару минут, чтобы выкрутить кран над раковиной, создав видимость того, что его сорвало под давлением. Соответственно, вода начала затапливать этот номер и протекать этажами ниже. Поломка быстро обнаружилась и была ликвидирована. А администратор позвонил Ольге сообщить, что её вещи пострадали. Так что ей пришлось вернуться с детьми в отель.

— А далее оставалось только проследить, куда она уедет, — констатировал Мудров.

— Ну да. А уехала она на городском автобусе в частные апартаменты, в которых жил Золотов. Артемьевы поехали за ней на машине, сняли в соседнем жилом доме квартиру, выходящую окнами на нужный двор, и засели в засаду. Наблюдали за семейкой, выходящей к бассейну, и отметили, что пара не выглядит радостной. Дождались момента, пока к воротам дома почти одновременно подъехали два такси. В одном уехала Ольга с детьми, в другом Павел Золотов с чемоданом. Естественно, их интересовала не она, а он, за ним и последовали в аэропорт. А он зарегистрировался на рейс, вылетающий в Казахстан.

— И пока он пять часов болтался в воздухе, твои орлы на машине домчались из Омска до аэропорта Алма-Аты и «проводили» пассажира до дома, — завершил Мудров историю, концовка которой была ему хорошо известна. Но он любил слушать подробности дел, ибо дьявол, как известно, кроется в деталях.

Выехав на загородную трассу, Леонтьев разогнал джип до ста восьмидесяти километров.

— Превышаешь, — спокойно отметил Мудров.

— Так ты же меня отмажешь, если что, — рассмеялся любитель высоких скоростей. — Надо же испытать, на что эта красавица способна.

— От инспектора, конечно, отмажу, а вот от дурака, летящего по встречке, — вряд ли.

— Да ладно. У меня хоть и пуля в голове, а реакция отменная, — возразил Леонтьев, но скорость сбросил.

— А что касается гаишников, расскажу тебе пару забавных историй. Я был в отпуске, ехал на своей машине из Москвы и под Воронежем немного нарушил правила. Впереди ехал трактор на низкой скорости, я его обогнал и зацепил колесом сплошную. Смотрю профессиональным взглядом, думаю, где-то впереди должна быть засада. И точно. Проезжаю, боковым зрением вижу, как на дорогу выскакивает инспектор. Я как ехал, так и еду, смотрю — за мной машина с мигалкой, с проблесковыми маячками, с сиреной. Догоняет меня. Я остановился, подходит лейтенантик, опускаю стекло, даю ему свои документы: «Товарищ лейтенант, вопросы есть?» Тот в удостоверение глянул: «Товарищ генерал! Вопросы есть. Но на них есть ответы. Счастливого пути». И я подумал, что у парня большое будущее.

— Это точно. Мало того, что соображалка у парня работает, так у него ещё и чувство юмора отменное.

— А второй такой случай был на том же самом месте, — продолжил рассказ Алексей. — Я тогда уже был министром МВД Карачаево-Черкесии. Еду где-то под Воронежем по объездной дороге и снова нарушаю. Меня догоняют. Подходят капитан и прапорщик. У последнего лицо серое как асфальт, будто он всю жизнь простоял на дороге. Протягиваю своё удостоверение. А тот заявляет: «Ну конечно, если вы генерал, так вам всё можно». Капитан его за руку оттаскивает: «Пойдём, пойдём! Товарищ генерал, счастливого пути». И я понял, что прапорщик карьеры никогда не сделает, ибо законность — это свято, но надо иногда уметь и гибкость проявлять.

— Хорошо сказал, надо запомнить эту фразу, — отметил Владимир и мечтательно произнёс: — Эх, сейчас приедем, в домик заселимся, мангал разведём, в озерке окунёмся.

— Надеюсь. Если опять не случится нечто чрезвычайное, и нас не выдернут срочным звонком.

Москва, июль 2007 г

Маргарита с внуком прилетели из Египта после двухнедельного отсутствия в воскресенье. Александр встретил их в аэропорту, довёз мать до подъезда Ольги и уехал с сыном домой. Едва Рита открыла дверь своим ключом и вкатила в прихожую дорожный чемодан, как выскочившая из детской младшая сестра кинулась ей на шею:

— Привет, Ритусь, рада тебя видеть!

— Ты так хорошо от меня отдохнула, что уже успела соскучиться? — ровным холодным тоном произнесла старшая, и, отстранившись, скинула сандалии. — А загорела ты, надо думать, на балконе, под палящим московским солнцем?

— Ну, не сердись, я тебе всё объясню.

— Где ты была?

— Слетали с девчонками на недельку в Сочи.

— И для этого надо было хитростью выпроваживать меня из дома и не отвечать на звонки? — Маргарита босиком прошла в кухню, и достала их холодильника пластиковую бутылку с минеральной водой.

Ольга с виноватым видом присела на краешек стула:

— Я тебе всё объясню.

— Мне не нужны твои объяснения, тем более, насквозь лживые. В общем, так. Я сегодня же позвоню квартирантам и попрошу до конца месяца освободить мою квартиру. Живи дальше сама, как знаешь. Детство давно закончилось, и за свои поступки надо отвечать.

— Ба-ба, ба-ба, — в кухню одна за другой вбежали близнецы в одинаковых розовых пижамках и с собранными в хвостики светлыми волосами.

— Вы мои золотые, — Маргарита подхватила на руки обеих девочек, которые показались ей подросшими и потяжелевшими, и вышла из кухни.

В последующие дни провинившаяся сестра, взвалив на себя всю домашнюю работу, пыталась всеми способами задобрить обиженную родственницу и отговорить её от идеи съехать. Но Рита была непреклонна в своём решении и общалась сдержанно и отстранённо, как это умела делать их мама-Оля, когда сердилась на кого-то из членов семьи. В честь матери назвали младшую дочь, но её твёрдый характер унаследовала старшая.

Перелом в отношениях сестёр произошёл на шестой день после возвращения Маргариты из Египта, когда она после обеда, сидя в кресле, листала журнал «Ландшафтный дизайн», а Ольга, крутанувшись на компьютерном стуле, повернулась к ней лицом и сказала спокойно, будто подводя закономерный итог:

— Ну, вот и всё, Ритусь. Как пишут на омских сайтах, Павел и Костя снова арестованы. На этот раз им уже не выбраться на волю, к былым срокам ещё по три года за побег припаяют. Так что можешь не беспокоиться. Я с ним уже никогда не увижусь.

— Так вы всё-таки встречались?

— Да. Он так хотел увидеть дочек, — разведенная жена заключённого подошла к бару. — Мне надо выпить и расслабиться, пока девчонки спят. Всё равно гулять с ними в дождь не пойду. Тебе плеснуть виски?

— Плесни, раз такие новости. И как ты вашу встречу устроила? Я ведь видела, что ты что-то затеваешь, и догадывалась что, только не знала, как. Ты ведь не зря после его побега ночами по улицам шаталась?

— Зря. Надеялась, конечно, что Паша подошлёт кого-то с весточкой,