Тени исчезают на рассвете - Лев Израилевич Квин

Надя посмотрела в сторону, куда он указывал головой. В стене, возле кучи угля, зияла дыра. Она бросилась туда. Вытянув руки, прошла несколько шагов, пока не споткнулась о что-то. Нагнулась — чемодан! В тишине отчетливо раздавалось: "Тик-так… Тик-так…"

Адская машина!.. Надя попятилась назад. Но рассудок приказал: стой! Ведь там, наверху, плод многомесячных трудов стольких людей. И это все взлетит на воздух! Превратится в груду развалин!

Нет! Нет!..

Надя лихорадочно ощупала чемодан. Вот ручка. Схватила чемодан и потащила к выходу. Когда взорвется адская машина? Через час? Сию минуту?.. Скорей! Скорей!

"Тик-так… Тик-так…"

Человек, лежавший на полу, проводил ее безумным взглядом. Вот она уже на первой ступеньке… На третьей… На пятой… Вот взялась за ручку двери.

Ефремов не выдержал напряжения. Где-то в сложном механизме нервной системы выскочил какой-то винтик, лопнула какая-то пружинка.

— Ха-ха-ха! А-а-а! Ха-ха…

Вытащив чемодан на улицу, Надя на секунду остановилась. Куда? К стене! Бросить чемодан за стену.

"Тик-так… Тик-так…"

Но стена оказалась высокой. Одной рукой Надя ухватилась за выступ, поставила ногу в выем… И в этот момент часы перестали тикать.

— Ложись! — пронзительно крикнула она охранникам, бежавшим ей на помощь. Собрав все силы, вытянула чемодан на верх стены, столкнула вниз, на другую сторону, и упала.

Взрыва Надя не слышала. Она ощутила лишь страшную боль во всем теле от затылка до пят. Потом боль исчезла…

Надя не видела, как над ней склонились встревоженные лица Алексея и Ивана Ивановича, не чувствовала, как Алексей бережно взял ее на руки и понес… Она была без сознания.

У Олега Викторовича с вечера разболелась голова — видно, снова повысилось кровяное давление. Он лёг рано, но уснуть не мог. Беспокойно ворочался с боку на бок, то накрываясь простыней, то снова сбрасывая. Потом, стараясь не шуметь, стал одеваться.

— Куда ты? — спросила, проснувшись, жена.

— Не спится что-то. Пойду, похожу, может, лучше станет.

— Полуночник! Ни днем, ни ночью покоя не знаешь!

Жена поворчала немного, сладко зевнула, повернулась на другой бок. Вскоре легкое посапывание дало знать Олегу Викторовичу, что она снова заснула.

Он взял сапоги в руки, на цыпочках прошел в столовую и там обулся.

Вдали раздался мощный звук взрыва. Задребезжали стекла. Олег Викторович подошел к окну. В стороне, где находился текстильный комбинат, поднялся яркий столб пламени.

Выйдя во двор, Олег Викторович отправился было к воротам, но передумал. Нечего бегать, не маленький! Еще больше голова разболится. Лучше по хозяйству заняться — столько дел. Калитку вот починить надо, а то совсем развалится. Звонок с улицы тоже не работает: провод, вероятно, оборвался.

Он притащил из сарая лестницу, приставил к стене дома, где был прибит звонок и, кряхтя, полез по ступенькам. Нашел место обрыва, соединил концы. Потом нажал кнопку звонка у ворот. Тотчас же раздалась металлическая трель. Готово!

Спать все еще не хотелось. Олег Викторович вышел на улицу, сел на завалинку, закурил. Мимо торопливо прошли две женщины с узлами и корзинками. Олег Викторович проводил их взглядом. К поезду ночному спешат — вокзал тут близко.

Из-за угла выскочил человек и побежал, держась возле самых домов. Бежал он быстро, но как-то по-особому мягко: шагов его почти не было слышно. Вот он поравнялся с Олегом Викторовичем.

— Жаркин! — окликнул его удивленный завхоз. — Куда бежишь?

Жаркин метнулся в сторону, но сразу же остановился:

— Ах, это вы, Олег Викторович! Напугали!.. Слушайте, помогите мне задержать одного человека. Диверсант он, на текстильном комбинате что-то взорвал — слышали взрыв? Я его возле комбината увидел — случайно мимо проходил. Смотрю, человек бежит. А потом взрыв… Я за ним. Идет сюда, на вокзал, наверное. Я его другой улицей обошел и за милиционером. Только боюсь — ускользнет, пока обернусь. А вдвоем мы с вами его задержим… Вы не боитесь?

— Кто это боится? — насупился Олег Викторович, поднимаясь с завалинки. — Я боюсь? Да я его сейчас… Где он, твой диверсант?

— Я его опередил. Сейчас здесь будет… Вот он! Видите? Вы подойдите к нему, заговорите, а я сзади.

Жаркин отскочил к воротам.

Олег Викторович шагнул навстречу приближавшемуся человеку.

— Эй ты, дядя! — окликнул он его. — А ну-ка, стой!

— Что надо? — спросил тот, останавливаясь.

— Документы покажь, вот что.

Человек быстро шагнул вперед, и Олег Викторович вдруг ощутил сильный удар в подбородок. Он пошатнулся и, мотнув головой, тяжело сел на тротуар.

В этот момент Жаркин прыгнул на незнакомца. Тот, не ожидавший нападения сзади, быстро сунул руку в карман, но Жаркин сшиб его с ног и, не переставая работать кулаками, крикнул Олегу Викторовичу:

— Бегите за милиционером! Скорее! Я его подержу.

Олег Викторович медленно поднялся и, с трудом передвигая ноги, потащился по направлению к привокзальной площади.

Начальнику 2-го отделения милиции

капитану тов. Морозову

РАПОРТ

Довожу до Вашего сведения, что сегодня ночью, когда я находился на посту на привокзальной площади, ко мне подошел гражданин Сударев О.В. и заявил, что по улице Угольной, против дома номер 16, им вместе с гр. Жаркиным Ф.П. задержан диверсант. Я оставил пост и побежал по вышеуказанному адресу. Там был человек, лежавший на земле. Возле него стоял гр. Жаркин Ф.П. и другие граждане.

Гр. Жаркин Ф.П. заявил, что задержанный им и гр. Сударевым О.В. человек пытался выбросить маленький фотоаппарат, меньше половины спичечной коробки. Но Жаркин Ф.П. не дал ему это сделать и вырвал фотоаппаратик у него из рук. Тогда задержанный схватил какую-то стеклянную трубку, сунул себе в рот и сразу упал. Так заявил гр. Жаркин Ф.П. Фотоаппаратик он отдал мне.

Я осмотрел человека на земле. Он действительно оказался мертвым. Гр. Жаркина Ф.П. и гр. Сударева О.В. я задержал, а двух граждан, которые были поблизости, попросил позвонить в отделение милиции. После прибытия оперативной группы и установления фамилии мертвого — гр. Захаров Е.С. — начальник группы взял у меня фотоаппаратик и отпустил с места происшествия. Я вернулся на пост в 2 ч. 50 м. О чем и докладываю.

Милиционер 2-го отделения

младший сержант Мурашкин И. С.

НА РАССВЕТЕ

Алексей сидел один в приемной Ивана Ивановича. Он ждал Жаркина, чтобы вместе с ним пойти домой. Федя и Олег Викторович давали показания в соседнем кабинете.

На улице еще было темно — лишь чуть посветлел горизонт на востоке, обозначив зубчатый силуэт промышленной окраины с дымящими заводскими трубами.

Кошмарная ночь!.. Тишина погреба, тревожная, тугая, как взведенный курок. "Руки вверх, Семенов!"… Взрыв… Дикий хохот связанного по рукам и ногам человека в котельной… Распростертое тело