Карт-бланш - Света М.

этим условиям. И директор Дамблдор лично велел этому глупому петуху Фоуксу отнести меня туда.

— А зачем? — спросил Локхарт, который и сам задавался этим вопросом. Ведь Дамблдор мог просто отправить своего феникса на спасение мальчишек.

— А вот это второй мой секрет, который известен только мне и Директору. Годрик Гриффиндор был гулякой, повесой и пьяницей. Но! — Шляпа воинственно встопорщила перо, которым была украшена. — Но это не отменяет того, что он был настоящим героем, защитником слабых и просто благородным волшебником.

— Я и не думал оспаривать этот факт, — Гилдерой обаятельно улыбнулся.

— То-то же. Так вот, он был раздолбаем, как говорят сейчас, и все время терял что-нибудь. Поэтому он, подумав, сделал из меня хранилище своих самых важных вещей, одной из которых был его меч, выкованный гоблинами специально под его руку и закаленный в драконьем пламени.

— И этот меч сейчас у вас, уважаемая? — глаза Гилдероя зажглись предвкушающим огнем.

— Да, — польщенная таким неприкрытым восхищением, ответила Шляпа.

— И вы можете дать взглянуть на него? — Гилдерой уже видел в мечтах этот меч в богатых ножнах на его поясе.

— Увы, после смерти Годрика этот уникальный, не побоюсь этого слова, меч не видел света солнца, скрытый во мне великим колдовством.

— А, может, я попробую? — спросил Гилдерой, протягивая дрожащие от нетерпения руки к Шляпе.

— Ну, попробуй, — хихикнула Шляпа, — давненько во мне не шарили чужие руки.

Гилдерой мучительно покраснел от прозрачного намека и сел на место.

— То-то же, — хмыкнула Шляпа, — но за то, что ты вынес меня из Хогвартса, я скажу тебе имя того, кто на самом деле может вытащить из меня меч.

Глава 21

В Больничном крыле полным ходом шла подготовка к тому, чтобы наконец-то расколдовать несчастных окаменевших детей. Сначала, их хотели переместить в Мунго, но, собрав консилиум из колдомедиков, мастеров Чар и Проклятий и одного менталиста, решили, что это будет лишним риском. Мало ли как дымолетная сеть повлияет на детей, как и портключи. А перевозить на Хогвартс-экспрессе — рисковать привезти осколки, а не окаменевших детей. Именно поэтому все то время, пока профессор Снейп и его помощники доводили раскаменяющее зелье до совершенства, Больничное крыло переоборудовали по последнему слову современной колдомедицины.

Целитель Сметвик зычным басом гонял своих помощников, обустраивая помещение так, чтобы при возникновении экстренной ситуации иметь возможность быстро и правильно отреагировать и спасти детей, сохранив им здоровье и магию по максимуму. Оставалось дождаться особенного специалиста откуда-то из Польши, и можно было приступать.

Она вошла в Больничное крыло, и Сметвик едва не рявкнул на нее, что посторонним здесь не место, ведь выглядела она как семикурсница: небольшого роста, с простой косой и в неброской мантии, но фибула, скрепляющая воротник, говорила понимающему человеку о многом. Перед Сметвиком стояла практически легенда среди колдомедиков — Мартиша Фиалковская. Единственная среди представительниц прекрасного пола, известных представительниц, с мощным, полностью раскрытым целительским даром. Да, ее можно было принять за совсем юную девушку, только глаза выдавали возраст. Слишком мудрые, слишком много повидавшие.

— Доброго дня, — поздоровалась она с застывшим Сметвиком. У нее был хороший английский с небольшим акцентом, который лишь добавлял ей шарма.

— Мисс Фиалковская, — Гиппократ вспомнил о том, что он не только колдомедик и мастер по снятию сложных проклятий, но и холостой мужчина, который был бы совсем не против видеть рядом с собой симпатичную леди. Он подошел к ней, обхватил тонкие пальчики рукой, в которой они казались еще изящнее, и обозначил поцелуй: — Позвольте представиться, Гиппократ Сметвик.

— Рада. Вы меня, наверное, не помните, но нас однажды уже знакомили, — сказала она, слабо улыбнувшись.

— Не может быть! Я бы непременно вас запомнил, — Сметвик, как ни напрягал память, но не мог вспомнить ее лицо.

— Лет пятнадцать назад вы давали курс лекций… Конечно, вряд ли вы запомнили одну из нескольких десятков слушателей, — смешалась она, но тут же встряхнулась и пошла осматривать место предстоящей очень сложной работы. — Всё готово?

— Да, мы подготовили всё, что могли, осталось помолиться медицинским богам и приняться за дело, — Сметвик с облегчением перешел на профессиональную тему. Надо же было не заметить бриллиант под собственным носом!

— Мне сообщили, что, кроме детей, есть окаменевшая кошка и застывший призрак.

— Да, я вас проведу к ним. — Сметвик прошел к ширме, за которой на небольшом столике лежала кошка, а в углу, почти касаясь пола, висел призрак.

Заклинания, что использовала мисс Фиалковская, чтобы получить данные о физическом состоянии кошки, были Сметвику знакомы лишь отчасти — славянская школа очень сильно отличалась от традиционной европейской. А вот с призраком целительница работала по методике, совершенно непонятной Сметвику, но он благоразумно не вмешивался. Пусть хоть демонов вызывает, лишь бы детей на ноги поставила.

— Могу я увидеть образец зелья? — спросила Мартиша.

— Безусловно, — кивнул Сметвик, доставая из кармана мантии небольшой пузырек с ярко-красным содержимым.

Мисс Фиалковская аккуратно взяла его за горлышко, взглядом спросила разрешения вытащить пробку, которое немедленно получила, и, соблюдая технику безопасности, помахала ладонью над горлышком. Принюхалась, одобрительно кивая, а потом, поставив пузырек на столик рядом с кошкой, снова достала свою волшебную палочку и начала выписывать сложное заклинание, рассматривая тонкие цветные нити, что появлялись от ее колдовства.

— Его готовил гений, — восхищенно выдохнула она, подцепляя кончиком палочки нить заклинания, чтобы лучше рассмотреть структуру зелья.

— Он, конечно, гений, но больше дурак, — буркнул Сметвик, которого Снейп послал нецензурно, когда он имел несчастье предложить ему бросить преподавание и уйти работать в Мунго.

— Я даже могу предположить имя зельевара, — Мартиша плотно закрыла пузырек с зельем и вернула его Сметвику. — Профессор Снейп ведь до сих пор преподает в Хогвартсе?

— Вы правы, рецептуру разрабатывал профессор Снейп, мы присоединились уже на конечном этапе, — кивнул Сметвик и, увидев загоревшиеся предвкушением голубые глаза мисс Фиалковской, внезапно вспомнил ее. Она на лекциях не отводила от него восхищенного взгляда, буквально ловя каждое его слово. Она была такой юной и смешной со своими косичками. Мелкая, глазастая. Да, она не сильно изменилась с того времени, просто вместо восторженной девчонки сейчас перед ним стояла уверенная в себе женщина, знающая себе цену, вернее, знающая, что она настоящее бесценное сокровище.

— Что ж, — она посмотрела на Сметвика, заметила его заинтересованный взгляд и продолжила, тряхнув головой. — Через пару часов начнем. Стоит оповестить всех, чтобы собрались. А пока не найдется места, где я бы могла привести себя в порядок, переодеться, да и поесть бы не мешало, сил понадобится много?

— Конечно, — Сметвик пропустил ее вперед, подал руку,