Леди и авантюрист - Лиз Карлайл

– Работа у меня такая, что все доходит до моих ушей, – объяснил он, поглаживая ухоженными пальцами скатерть. – Твоя верная ищейка Сиск вчера завалился ко мне в лавку, чтобы расследовать дело о, скажем, незаконном присвоении весьма редкой византийской иконы. Не сомневаюсь, что он изо всех сил старался раскрыть преступление, прежде чем его передадут по инстанциям.

Де Роуэн с насмешливым видом откинулся назад.

– Уволь, Кембл! – негромко воскликнул он. – Ты же вряд ли ведешь свои дела с жуликоватым ворьем и торговцами заложенного и описанного имущества?

Кембл принял задумчивую позу.

– Жизнь на Стрэнде не сахар. Хочешь не хочешь, а на кусок хлеба зарабатывать приходится.

– Я полагаю, что ты в своих делах не шибко преуспеешь, сидя на тюремных нарах, а за решетку ты угодить можешь запросто, – сухо заметил де Роуэн.

Кембл натянуто улыбнулся.

– Я знаю, что ты корифей в языках, де Роуэн, но как джентльмен может в одной фразе запросто переходить с изысканного языка на воровской жаргон, просто не понимаю.

– Подозреваю, что ты меня прекрасно понял.

– Понял, старина, можешь не сомневаться! – Кембл повернулся к Кэтрин и глумливо ухмыльнулся: – А вам, мэм, известно, что наш общий друг может сказать «поцелуй меня в задницу» аж на шести языках?

Кэтрин почувствовала, что должна сделать все, чтобы только удержаться от смеха.

– Кем, ты бы лучше думал про украденную икону, – проворчал де Роуэн.

– Дружище, не надо так хмуриться! – Кембл отечески похлопал де Роуэна по плечу. – Я скупкой краденого не занимаюсь. Если ни сном ни духом не ведаешь, что вещица ворованная, то что с меня взять, а? Я чист, как только что выпавший снег!

Он подмигнул, окинул презрительным взором скатерть и в очередной раз отвесил церемонный поклон.

– Теперь, прошу меня извинить, я вынужден вас покинуть, чтобы хорошенько выбранить владельца ресторана за то, что он выдает кусок дешевой тряпки за первосортную льняную скатерть! О чем он только думает! За таким столом пропадает весь аппетит!

Кембл повернулся, чтобы уйти, но в самый последний момент де Роуэн все же решился его остановить, мягко придержав за рукав.

– Кембл, погоди-ка минутку, – заговорил он. – Ты ведь по-прежнему знаком с кучей известных господ, верно?

– Старина, я весьма польщен! – Бывший джентльмен из джентльменов заломил ухоженную бровь. – Менять сведения на сведения с выгодой для себя всегда остается моим настоящим коньком.

Де Роуэн в нерешительности помедлил, но все же не очень охотно извлек из кармана листок, который ему передала Сесилия, и протянул его Кемблу.

– Мне хотелось бы, чтобы ты взглянул вот сюда, – негромко попросил он. – Прочти список, и тебе все станет понятно. Боюсь только, он не полный. Это мне бы и хотелось выяснить.

Кембл бросил взгляд на заголовок, наспех написанный Сесилией, дочитал до конца перечень фамилий и в изумлении выпятил губы.

– Ах, эта обаятельная леди Сэндс! – фыркнул он. – Очень понимаю тебя, старина! Похоже, список и правда маловат. Ты хочешь, чтобы я навел справки?

Де Роуэн с нескрываемым облегчением перевел дыхание. Кембл при всей своей напыщенности, похоже, более чем внимательно следил за всем, что происходит в Мейфэре – если вообще не во всем Лондоне, – и на его сведения можно положиться со спокойной совестью. Де Роуэн удовлетворенно кашлянул.

– Тогда я нанесу тебе визит завтра утром. Не возражаешь?

у Кембла брови полезли вверх.

– Ого, само собой! Приходи, я весьма заинтригован! – ответил он, возвращая листок де Роуэну. – Сделай любезность и приходи к четырем, чтобы мы спокойно попили чаю. И не забудь прихватить с собой мистера Сиска! Не следует упускать возможность лишний раз поупражняться в остроумии на ком-нибудь с дутым самомнением и напрочь лишенным мозгов.

Кэтрин смотрела вслед стремительно удалявшемуся Кемблу и, улыбаясь, заметила:

– Что за занятный парень!

– Вы заметили? – сухо проговорил де Роуэн.

Лицо ее просияло.

– Он мне понравился, и весьма. Думаю, у вас очень милые друзья.

– Кембл вовсе не мой друг, – поморщился де Роуэн.

Кэтрин весело рассмеялась:

– Тогда позвольте узнать, кем вы его назовете?

Де Роуэн хмуро уставился на телятину в тарелке. Черт возьми, кем же назвать Кембла? Он не подходил ни под какое определение. Более того, де Роуэн готов поклясться чем угодно, что в Кембле скрыто гораздо больше того, каким он представлял себя на публике. Всякая встреча с ним напоминала встречу с ловким жонглером с деревенской ярмарки. Глаз только и успевал следить за выхваченным из рукава цветистым шарфом, в то время как подлинная правда оставалась надежно укрытой от посторонних глаз.

Тем не менее, при всей его диковинной манерности Кема можно, без всякого сомнения, причислить к тем, к кому не страшно поворачиваться спиной. Если же он вам доверяет, то сможет предоставить кучу важных сведений. Познакомившись с ним в то время, когда скандал вокруг Общества Назареев был в самом разгаре, де Роуэн с тех пор не раз и не два советовался с ним по весьма щекотливым вопросам. Кем знал буквально всех и все.

– Ну, хорошо, – неохотно признал де Роуэн. – Он друг.

Кэтрин, не скрывая своего удовлетворения, улыбнулась и принялась перебирать вилкой овощной гарнир.

– Вы ведь сейчас занимаетесь убийством леди Сэндс? – поинтересовалась она, бросив в его сторону лукавый взгляд. – Господи, я же не ошиблась в вас, когда говорила, что вы кто угодно, но только не скучный человек.

Де Роуэн слегка насупился и посмотрел на нее открытым взглядом.

– Не могу себе представить, что обсуждение хода расследования убийства за ужином – признак хорошего светского тона, леди Кэтрин.

Однако от такого замечания интерес ее отнюдь не угас, скорее наоборот.

– Я вовсе не отношу себя к малодушным особам, – заверила она. – Кроме того, я убеждена, что именно по делу об убийстве вы вчера нанесли визит лорду Сэндсу. Для того чтобы помочь раскрыть убийство. Ужасное и отвратительное преступление! Надеюсь, полиция не считает Гарри виновным? – Она доверительно подалась вперед, посмотрев на него твердым и серьезным взглядом. – Конечно, все говорит за то, что это он: причины, удачная возможность, обстоятельства ... Но желание, мистер де Роуэн, желание совершить такое? Вот здесь-то его как раз вы и не найдете, потому что его просто нет.

Хотя де Роуэну и удалось ничем себя не выдать, но его искренне поразила схожесть ее рассуждений с его мыслями. Де Роуэн понял, что Кэтрин Вудвей не похожа ни на одну из женщин, которых он когда-либо знал. Он находил ее более чем желанной. Но прежде всего привлекало в ней чувство здравого смысла, практичность и реальный взгляд на жизнь. Перечисленные качества склоняли его к той близости отношений, от которой ему становилось неловко. Господи, да не собирается он ей доверяться, как бы ни казалось подобное соблазнительным!