Больное сердце - Андрей Русланович Буторин

Затем Тимур открыл один из небольших отсеков слева от себя по борту и достал оттуда набор инструментов.

«Будешь что-то ремонтировать?» – не разобрался в мыслях напарника Тимофей.

«Наоборот, ломать, – хмыкнул тот. – Нужно вывести из строя сигнальный маячок. Пиратам совсем не стоит знать, где мы находимся, так ведь?»

Спорить с этим было глупо, и Тимофей промолчал. Правда, он вспомнил, что в его времени на летательных аппаратах применялись системы опознавания «свой-чужой». Если, например, самолет попадал в зону контроля ПВО той страны, над которой летел, то его оборудование в ответ на соответствующий запрос автоматики так же автоматически посылал нужный код. А вот если нет, или если код оказывался неверным, самолет могли запросто сбить. Поэтому и сейчас ему стало немного неуютно, а если уж откровенно, то даже весьма сильно.

«Нас все равно собьют, хоть с маяком, хоть без, – успокоил его Тимур. – С маяком даже скорее, потому что будут точно знать, откуда глайдер. Но мы постараемся не попадаться им на глаза вообще».

Да, Тимур затеял весьма рискованное мероприятие. Куда безопаснее с точки зрения навигации и пилотирования было бы дождаться, пока ведомый пиратским лучом "Стриж" сбросит первую космическую скорость и опустится ближе к поверхности, чтобы затем уже отстыковаться на небольшой высоте без необходимости тратить горючее на торможение. Но это значило быть стопроцентно замеченными пиратами, и прячься – не прячься, а те бы все равно их вскоре нашли. А еще скорее – их просто собьют, как только они отстыкуются, глайдер пираты могут и не пожалеть. Вот потому он и хотел отстыковаться еще на орбите, в то время, когда пиратская база будет в тени и не сможет их засечь.

«Но все равно ведь!.. – не удержался Тимофей. – Мы ведь без них все равно погибнем, без этих пиратов! Если у нас кислорода всего на трое суток, да и воды всего шесть литров! Ну, еды на более долгий срок хватит, только ведь мертвецам она ни к чему…»

Он выпалил это, несмотря на то, что и так уже знал соображения на этот счет Тимура. Нельзя сказать, что он их полностью поддерживал, точнее, не особо верил, что так все может получиться, но и то, что у них не было другого варианта, кроме как сдаться почти на неминуемую погибель, Тимофей тоже прекрасно сознавал.

А Тимур, хоть поначалу и сам в это мало верил, теперь надеялся на то, что все же сумеет найти на Фросте научно-исследовательскую базу. Он корил себя за то, что не уделил в свое время этому вопросу чуть большего внимания. Еще будучи курсантом космолетного училища, он знал об открытии планетной системы у звезды 51 созвездия Пегаса. Но его, как впрочем, и остальных его сокурсников, в первую очередь интересовал Эстер с его почти земными условиями и удивительными деревьями. Две другие планеты – огненная и ледяная – ничуть не захватили его внимания. Хорошо еще, что запомнил название третьей – Фрост, – и то, что на ней основали базу. И все. Больше он про эту базу не знал ничего. Даже то, постоянная она, или туда наведываются от случая к случаю. А то и вовсе она могла оказаться автоматической, без присутствия людей…

«Тогда нам точно звездец», – поделился и Тимон своим соображением.

«Нет, – сказал Тимур. – Там в любом случае есть средства связи. Мы бы дали о себе знать».

Дальше он говорить не стал. Потому что прочие проблемы оставались все равно. Если спасение не придет очень быстро – а быстро оно может прийти лишь с Эстера, но там сигнал бедствия перехватят пираты, передадут своим на Фрост – и… круг замкнется. В смысле, пираты их схватят и убьют. Или просто убьют, что скорее. Так что идеальным выходом была бы не автоматическая, а жилая база. Пусть даже без людей, законсервированная. Как-нибудь они бы, может, там перебились. Хотя бы первое время, пока не придумали бы, как быть дальше.

«Но как найти эту базу? – опять не выдержал Тимофей. – Сам же говорил про иголку… И горючего мало».

«Мы ведь с тобой везучие, – невесело усмехнулся Тимур. – Даже помирали уже – и то ничего. Да и после этого не раз уже могли загнуться. Может, и сейчас повезет? Тем более, я вырубил только передающий маяк, а принимать сигналы мы вполне себе можем. Научная база – не пиратская, она не прячется, не шифруется, маяк у ней точно имеется. Другое дело, что да, ты прав, горючки для поисков нет, потому я и надеюсь на везение».

«Это полный шакс!» – сказал Тимон, используя ругательство напарника.

«Не ссы, – без особого энтузиазма откликнулся тот. – Не помираем ведь пока. И вообще, я уже говорил: мы оба это делали – и ничего».

«А я не хочу, чтобы ничего! Мне не понравилось, когда ничего! Я жить хочу!»

«Ну тогда в ближайшее время лучше не мешай», – неожиданно серьезно, даже сурово, ответил Тимур.

«Почему?»

«Потому что пираты ушли в тень».

Луч навигатора, который до этого был виден и на пульте управления катера, исчез. Тимур надел и закрепил на рукавах скафандра перчатки, а затем опустил стекло гермошлема. Пристегнулся к ложементу и еще раз сказал Тимофею:

«Все, не мешай. Не охай, не ахай под руку, вообще сделай так, чтобы я о тебе забыл. Раз уж тебе так не хочется, чтобы мы еще раз умерли. Понял?»

Тимон промолчал. Не потому, что обиделся, а потому что и в самом деле понял всю важность момента.

«Тогда поехали», – сказал Тимур, открывая шлюзовый затвор ангара.

Как назло, тот раздвигался по-черепашьи медленно. А ведь когда чего-то очень сильно ждешь, время вообще тормозит по-черному. Тимон уже начал опасаться, что так они и выбраться из корабля не успеют, и пиратская база снова поймает их на лучевую удочку. Но конечно же, за те пару минут, что открывался затвор, планета не успела так сильно повернуться, и глайдер отстыковался от «Стрижа» незамеченным пиратами.

Тимур повел шлюпку в сторону, подальше от корабля. А затем развернулся вперед кормой и включил двигатель на торможение. Прошло минут