Звёзды внутри тебя - Натанариэль Лиат

уставилась на Сафо. Как бы хорошо та ни владела собой, в эту секунду ответ был написан у неё на лице.

Она и не подумала оправдываться:

– А в чём я не права?! Полукровки вообще не имеют права существовать! Они нелепые ошибки природы, которые к тому же появляются на свет из-за связей, подвергающих всех нас опасности! Вы что, правда верите, будто, если люди узнают, они примут нас как родных? Или вам нужна новая охота на ведьм?! Этот сумасшедший волк – меньшее из зол! Если о нашем существовании станет известно, нас истребят целиком! Несколько, пропавших без вести неполноценных – не такая уж большая плата за безопасность!

– Это ты сумасшедшая! – не выдержала Ингрид. – Ты хоть раз подумала о том, что случилось бы, сожри он двух драконов?! Сколько дел он наворотил бы с полученной от них силой?!

– Я с самого начала только и делаю, что пытаюсь отправить их домой! – Сафо изо всех сил шарахнула по столу и зло потрясла ушибленной рукой. – И теперь я наконец это сделаю, даже если ради этого придётся превратить их обоих в мышей!

– Ты в самом деле думаешь, что останешься главой совета? – негромко спросила Ингрид.

Сафо недобро усмехнулась. Её красивое лицо стало по-настоящему страшным.

– А кто мне помешает? – вкрадчиво поинтересовалась она. – Надеешься, слово какой-то жирной тюленихи и человеческой девчонки будет что-то весить против моего? Если у вас есть хоть капелька мозгов на двоих, в чём я изрядно сомневаюсь, то вы как хорошие девочки будете сидеть тише воды ниже травы. Иначе придётся диагностировать у вас обеих параноидальный бред и отправить лечиться в специализированную клинику. Поверьте, этого не хочется ни вам, ни мне. У меня хватает дел поважнее.

– Можешь вычеркнуть их в ежедневнике, – сказала Ингрид и подняла руку с телефоном.

– Запись твоих откровений уже в Сети. – Ингрид постучала ногтем по экрану, на котором был выложен пост с видео. – Думаю, скоро у них будет о-очень много просмотров.

Сафо зашипела, как кошка, и бросилась на неё.

– Нет! – пискнула Лу. – Рик здесь, за дверью! Если я закричу, он услышит!

Сафо замерла.

– Если закричу я, – сказала Ингрид, – то услышит даже моя бабушка на том свете. Так что давай-ка без глупостей.

Сафо с ненавистью переводила взгляд с одной на другую, словно придумывала для каждой мучительную казнь. Лу не знала, чем это может кончиться, но тут в дверь вежливо постучали и произнесли:

– Госпожа Адамиди, если вы не возражаете, мы войдём.

На пороге стоял внушительный молодой мужчина в незнакомой форме, и Лу сразу догадалась, что это дружинник. Лицо у него было хорошее. Люди с такими лицами одним своим видом помогают сохранять веру в справедливость и силу закона.

Сафо, как будто ставшую меньше ростом, увели без крика и шума. Ингрид показывала одному из дружинников только что снятое видео, а Лу в компании Рика стояла у окна, чтоб никому не мешать.

– Фэй недавно пришла в себя, эти бравые господа как раз расспрашивали её этажом выше, – объяснял тот. – Пришлось их немного отвлечь, но, думаю, они не сердятся.

– А вдруг Сафо подкупила кого-нибудь из дружины? – спросила Лу с тревогой.

– Даже если и так, видео разлетится быстро. Вряд ли ей удастся выкрутиться на сей раз, хоть она и умеет превращаться в змею. – Рик взглянул на удивлённое лицо Лу. – Да-да, а ещё в собаку, корову или ослицу. Но быть домашним скотом председателю городского совета как-то не к лицу, а вот змеёй – это благородно, как считаешь?

Когда дружинники закончили свою работу, Ингрид сказала Лу:

– Я пойду к Фэй, ладно?

Лу кивнула и решила, что ей тоже пора кое-кого навестить.

– А я поищу Эмери и Сэла, – сказала она Рику. – Спасибо, что привёл помощь. И… что сам помог вчера ночью. А ещё за нож. Он очень-очень выручил.

Найти ребят оказалось не так сложно: медсестра подсказала, на каком этаже их разместили, а там Лу сразу услышала знакомые голоса. Обрадованная, она поспешила вперёд, но замерла на середине шага.

Она узнала тон, в котором они говорили.

Лу научилась различать его в тот единственный раз, когда они с мамой ездили в гости к её родителям. Каждый день в их доме проходил по одному сценарию. Сначала всё было прекрасно, и все здорово проводили время, а потом, к вечеру, бабушка с дедушкой оставались одни на кухне, или в гостиной, или на террасе – и… начиналось. Мама говорила, что, когда люди давно обижены друг на друга, ссоры вырастают даже из самых глупых мелочей. Лу старалась не прислушиваться к тому, что бабушка с дедом говорят друг другу, но их слова жалили до крови, били как хлыст. Эти слова произносились, чтобы сделать больно, и у Лу каждый раз всё сжималось внутри, хотя эти злость и горечь были нацелены не на неё и предназначались не ей.

После той поездки она наконец поняла, почему мама так редко звонит родителям и почти никогда к ним не ездит. И ещё усвоила: когда люди – или драконы – разговаривают друг с другом вот так, им лучше не попадаться под руку.

– Я просто хочу выяснить, говорил ли он правду, – сказал Эмери за приоткрытой дверью палаты.

– Конечно, нет! – резко ответил Сэл. – Какая, к демонам, правда?! Да у этого мужика не то что не все дома – у него дома вообще никого! Он тебе ещё и не то наврёт!

– Ты не знаешь наверняка, – возразил Эмери. – Просто хочешь в это верить.

– Конечно, хочу! А чего ты от меня ждал? Что я скажу тебе: «Да, в добрый путь, иди и по собственной воле сдайся чокнутому амароку»?! Он же сожрёт тебя и добавки попросит!

– Он обещал вернуть девочке Искру.

Лу уже развернулась обратно к лестнице, потому что шпионить за друзьями – последнее дело, но, услышав эти слова, вдруг передумала. Да, это плохо, но… Ребята ведь говорят о ней. Она имеет право знать, что происходит и к чему надо быть готовой.

Она тихонько подкралась к дверям, притаилась за створкой и заглянула внутрь.

– Пусть даже он и правда может это сделать, мне плевать! – горячо говорил Сэл, беспокойно проводя рукой по волосам. Их, похоже, подровняли машинкой, и на голове у него остался только рыжий пушок. – Ты понимаешь, что ты умрёшь?! Что я скажу твоей матери?! Ты просто не видел её, когда тебя не стало в первый раз!

– Ничего. – Эмери устало потёр глаза. – Расскажешь, как всё было. Я не знаю. Я напишу