Не позвать ли нам Дживса? - Пэлем Вудхауз

Что девушка, которой известно все, ласково прижимается к его груди, показалось Биллу настолько невероятным, что он вынужден был отпустить ее на минутку, отойти к столу и отпить немного шампанского.

– То есть ты в самом деле не шарахаешься от меня в ужасе? – спросил он, возвратившись и снова заключив ее в объятия.

– Конечно, нет. Разве похоже, чтобы я шарахалась от тебя в ужасе?

– Похоже что нет, – прикинув, заключил Билл. И поцеловал ее в губы, в лоб, в оба уха и в макушку. – Но беда в том, что у тебя есть все основания шарахнуться от меня в ужасе, потому что, убей меня, я не представляю себе, как мы теперь можем пожениться. Я совершенно нищ и еще должен буду как-то наскрести целое состояние, чтобы вернуть миссис Спотсворт деньги за пропавший бриллиант. Noblesse oblige, ты же понимаешь. Так что если она теперь не купит у меня дом…

– Конечно, она купит у тебя дом.

– Ты думаешь? Ну, не знаю. Во всяком случае, я приложу все мыслимые усилия. Кстати, куда она подевалась, черт подери? Когда я проходил в библиотеку, она была тут. Надо ее немедленно отыскать, а то у меня полна голова всяких словечек и оборотов из объявлений и, если она сейчас не окажется под рукой, все выветрится.

– Прошу прощения, милорд, – произнес Дживс, который во время их объяснения тактично отошел к двери в сад. – Миссис Спотсворт и леди Кармойл в данную минуту направляются сюда через лужайку.

Он с поклоном отступил от двери, пропуская миссис Спотсворт и следующую за ней Монику.

– Джил! – удивленно воскликнула Моника, останавливаясь на пороге. -Боже праведный!..

– Не пугайся, пожалуйста, – отозвалась Джил. – Все переменилось. Мир, мир навсегда.

– Ну и отлично. Мы сейчас ходили с Розалиндой, я показывала ей твои владения…

– …их аллеи, обсаженные историческими дубами, и весело журчащие ручьи, где плещутся форели и лини, и живописные виды в обрамлении цветущих кустов… И как вам, понравилось?

Миссис Спотсворт в экстазе всплеснула руками и закрыла глаза.

– Чудно! Восхитительно! – пролепетала она. – Я просто не понимаю, как вы можете со всем этим расстаться, Билликен!

Билл сглотнул:

– А я должен буду с этим расстаться?

– Безусловно, – ответила миссис Спотсворт категорическим тоном. -Для меня, во всяком случае, все решено. Это замок моей мечты. Сколько вы за все хотите в общей сложности?

– Я как-то не ожидал…

– Такая уж я. Терпеть не могу всякие проволочки и недомолвки. Если вещь мне нравится, я так и говорю и тут же выписываю чек. Вот давайте как решим. Я даю вам задаток, скажем две тысячи, а позже договоримся об окончательной цене.

– А можно три тысячи?

– Пожалуйста. – Миссис Спотсворт отвернула колпачок с авторучки, но, отвернув, остановилась. – Одну вещь я хотела бы уточнить, прежде чем подписаться над пунктирной линией. Этот дом не сырой?

– Да что вы! – заверила ее Моника. – Конечно, нет.

– Вы уверены?

– Здесь сухо, как в пустыне.

– Ну тогда прекрасно. Сырость – это смерть моя. Ишиас и люмбаго, можете себе представить?

В это мгновение с террасы вошел Рори, несущий охапку роз.

– Бутоньерочка для тебя, Мук, с комплиментами от Р. Кармойла, -провозгласил он, суя ей в руки роскошный букет. – А знаешь, Билл, собирается дождь.

– Ну и что?

– Как «ну и что»? Мой добрый, старый друг, ты разве не знаешь, что делается в этом доме во время дождя? Вода сочится сквозь крышу, вода проступает сквозь стены, вода, вода, кругом вода. Я только хотел тебе напомнить, как заботливый бойскаут, чтобы ты не забыл поставить ведра вверху, под чердачным окном. Ужасная сырость в этом доме, – продолжал Рори, дружески и доверительно обращаясь к миссис Спотсворт. – Река рядом, знаете ли. Я часто говорю, что тут в саду протекает река, а в доме…

– Прошу прощения, миледи, – прервала его горничная Эллен, появившаяся на пороге. – Могу я обратиться к миссис Спотсворт?

Миссис Спотсворт, с вечным пером в руке в ужасе внимавшая сэру Родерику, обернулась:

– Да?

– Мадам, – объявила Эллен, – украли вашу подвеску.

Эта девушка не отличалась умением тактично преподносить дурные вести.

Глава XX

Эллен с удовольствием ощутила себя в центре всеобщего внимания. На нее устремились все глаза, и многие из них были вытаращены. В особенности глаза хозяина, они, казалось, вот-вот выскочат из орбит.

– Да, – повторила Эллен в гораздо более четкой манере, чем невоспитанные Булстроуд-Трелони. – Я выложила для вас одежду на вечер и говорю себе: наверно, вы захотите опять надеть ту подвеску – и осмелилась открыть футляр, а подвески в нем нет. Ее украли.

Миссис Спотсворт заволновалась. Вещица, о которой шла речь, вообще-то была не особенно дорогой, рыночная цена ей, как объяснила миссис Спотсворт капитану Биггару, всего каких-нибудь тысяч десять, не больше, но – об этом она также говорила капитану Биггару – эта вещица была ей дорога как память. Мадам уже собралась было высказать все это вслух, но вмешался Билл.

– Что значит – украли? – возмутился он. – Вы, наверно, плохо искали.

– Нету ее, милорд, – возразила Эллен почтительно, но твердо.

– Вы могли ее обронить где-нибудь, миссис Спотсворт, – предположила Джил. – Замочек был не слабый?

– Ах да, действительно, – подтвердила миссис Спотсворт. – Замочек у нее был слабый. Но я точно помню, что вечером положила ее в футляр.

– Сейчас ее там нет, мадам, – повторила Эллен в который раз.

– Пойдемте все и поищем хорошенько, – предложила Моника.

– Пойти, конечно, можно, – сказала миссис Спотсворт. – Но боюсь… Я очень боюсь, что…

Она вышла вслед за Эллен. Моника, задержавшись на пороге, бросила разъяренный взгляд на мужа.

– Значит, Билл, – досадливо проговорила она, – продать дом не удастся. Если бы не этот болтун со своими остроумными замечаниями насчет воды и ведер, чек сейчас был бы уже у тебя в кармане. – И в сердцах удалилась.

Рори вопросительно посмотрел на Билла.

– Слушай, я, кажется, опять что-то сморозил?

Билл рассмеялся лающим смехом:

– Если ходить за тобой след в след в течение месяца, можно заморозить всю Африку.

– А насчет подвески? Может, я могу чем-нибудь помочь?

– Только тем, что не будешь больше вмешиваться.

– Давай я съезжу потихоньку на машине и привезу кого-нибудь из местной полиции.

– Сказано тебе: только не вмешивайся. – Билл взглянул на часы. -Через несколько минут начинается Дерби. Ступай в библиотеку и включи телевизор.

– Слушаюсь. Но если понадоблюсь, свистни мне.

Он скрылся за дверью библиотеки, а Билл разыскал глазами Дживса, скромно делавшего вид, будто его здесь нет. У Дживса, как у всех первоклассных слуг, был дар в минуты домашнего кризиса становиться как бы невидимым. Сейчас он стоял в дальнем конце гостиной и изображал из себя статую дворецкого.

– Дживс!

– Да, милорд? – откликнулся Дживс, оживая, словно Галатея мужского пола.

– Какие будут предложения?

– Полезных пока никаких, милорд. Но только что мне пришла в голову одна мысль, которая позволяет взглянуть на положение с более светлой стороны. Несколько ранее мы говорили о капитане Биггаре как о джентльмене, навеки исчезнувшем с нашего горизонта. Но может быть, в случае победы Баллимора капитан, оказавшись при изрядных деньгах, осуществит свой первоначальный план и возвратит подвеску, сделав вид, будто нашел ее где-нибудь в саду?

Билл прикусил губу:

– Вы думаете, это возможно?

– Это был бы разумный поступок, милорд. Подозрение, как я уже говорил, неизбежно падет на него, и, не возвратив драгоценность хозяйке, он попадет в малоприятное положение лица, разыскиваемого полицией, которого в любую минуту могут арестовать и привлечь к суду. Я убежден, что, если Баллимор придет первым, мы еще увидим капитана Биггара.

– Это только если он придет первым.

– Именно, милорд.

– Надо же, чтобы все будущее человека зависело от лошади.

– Таково положение вещей, милорд.

– Я сейчас начну молиться за победу Баллимора! – горячо воскликнула Джил.

– Да, пойди помолись, чтобы Баллимор бежал так резво, как никогда, -подхватил Билл. – Молись что есть мочи. Молись во всех углах. Молись…

Возвратились Моника и миссис Спотсворт.

– Да, – сказала Моника. – Подвески нет. Это точно. Я позвонила в полицию.

Билл пошатнулся:

– Что?

– Да. Розалинда не хотела, чтобы я звонила, но я настояла. Я сказала, что ты ни за что не допустишь, чтобы не было сделано все возможное для поимки вора.

– А ты… уверена, что подвеска украдена?

– Это единственное объяснение.

Миссис Спотсворт вздохнула:

– Ах, как обидно! Из-за меня такие неприятности.

– Вздор, Розалинда. Билл вовсе не против. Он хочет только одного: чтобы преступника изловили и засадили за решетку. Верно ведь, Билл?

– Еще бы! – отозвался Билл.

– И чтоб ему дали солидный, долгий срок. Будем надеяться.